СТАТЬИ >> ФИНАНСЫ ГОСУДАРСТВА

Макроанализ пенсионной системы России

Соловьев А.К. д. э. н., проф. Финансового университета при Правительстве РФ, директор Центра прикладных актуарных исследований НИУ ВШЭ.

В экспертном сообществе главной макроэкономической угрозой считают проблему дефицита пенсионной системы. Однако это недостаточно обосновано, поскольку дефицит Пенсионного фонда РФ обусловлен комплексом внутрисистемных и внешних факторов — в первую очередь макроэкономических.

Не решена главная проблема пенсионной системы — одновременно и ее основная цель: не создан устойчивый экономический механизм материального обеспечения всех видов трудовых пенсионеров1. Эта проблема подразделяется на две.

  1. Ликвидация бедности и нищеты. Решение проблемы бедности пенсионеров в социальном государстве традиционно осуществляется на субсидиарной основе: свои пенсионные права гражданин должен зарабатывать самостоятельно, но если их не хватит для получения законодательно установленного пенсионного минимума, то доплата к пенсии производится из госбюджета. Однако в страховой пенсионной системе бедность одних граждан нельзя преодолеть за счет секвести-рования пенсионных прав других.
  2. Стимулирование трудовой активности каждого участника пенсионной системы к формированию собственных пенсионных прав. Для решения этой сложной задачи необходимо сформировать целевые критерии этих прав. Понятно, что это не может быть пенсионный минимум, который гарантируется всем. Но это не может быть и произвольный, политически, социально или конъюнктурно установленный размер пенсии (как в советское время для людей, выработавших «полный трудовой стаж» и имевших какие-либо заслуги перед обществом).

Таким критерием для страховой системы в «продвинутой» зарубежной практике обычно принимается уровень замещения утраченного заработка, который позволяет сохранить привычный материальный уровень жизни в старости. Для этого применяется специальный показатель — коэффициент замещения. В различных странах, исходя из исторически сложившихся социально-политических особенностей, его величина различается, но в мире принят стандарт: коэффициент замещения должен составлять не менее 40% утраченного заработка работника.

В статье проанализирована российская государственная пенсионная система, особое внимание уделено тому, как она выполняет свои основные функции (предотвращает бедность и стимулирует активность работника по формированию своих пенсионных прав). Также рассматривается вопрос, как установить социально приемлемый коэффициент замещения и не допустить рост дефицита бюджета Пенсионного фонда. Мы попытаемся определить, какими должны быть внешние макроэкономические показатели, чтобы пенсионная система функционировала стабильно.

Состояние пенсионной системы России

Если сравнивать размер пенсии с прожиточным минимумом пенсионера, то проблема бедности пенсионеров практически решена в 2010 г., когда была установлена социальная доплата к пенсии для всех категорий пенсионеров, размер трудовой пенсии которых не достигает прожиточного минимума пенсионера в регионе. Но из-за повышения нижней границы размера пенсионных выплат при одновременном замораживании «верхней границы» базы начисления страховых взносов (до сих пор он установлен на уровне 1,6 среднестатистической зарплаты и ежегодно индексируется) были ликвидированы стимулы к формированию собственных пенсионных прав (см. табл. 1). Об этом наглядно свидетельствует тот факт, что по размеру вновь назначаемые пенсии ниже предшествующих. Так, если в 2002 г. среднестатистическая трудовая пенсия составила 1481,7 руб., то средний показатель назначенных в этом же году — лишь 1295,9 руб. За десятилетие эти различия не были нивелированы.

Таблица 1

Размер среднестатистических выплачиваемых и назначенных трудовых пенсий (в расчете на конец года, руб. в месяц)

Трудовая пенсия

Назначенные в отчетном году

всего

по старости

по случаю

потери кормильца

по инвалидности

всего

по старости

по случаю

потери кормильца

по инвалидности

2002

1481,7

1590,3

789,1

1153,7

1295,9

1494,8

798,3

989,3

2003

1773,8

1908,2

1008,0

1360,6

1523,6

1780,0

134,8

1144,5

2004

2060,6

2216,7

1217,5

1573,8

1797,7

2039,5

1316,0

1358,4

2005

2575,1

2763,6

1490,5

1976,9

2278,8

2556,1

1437,0

1748,7

2006

2894,8

3098,8

1690,2

2179,0

2561,8

2930,6

1620,2

1934,7

2007

3737,3

3972,7

2111,1

2863,6

3313,6

3571,1

2031,2

2614,4

2008

4652,2

4909,7

2754,2

5481,4

4152,8

4407,2

2775,5

3216,7

2009

6314,3

6630,1

3727,0

4767,1

5582,9

5878,7

3654,0

4407,3

2010

7810,6

8165,7

4809,6

5100,4

6442,3

6810,0

4314,5

5087,2

2011

8509,7

8876,0

5323,3

5496,8

6920,9

7324,1

4549,8

5502,8

Источник: форма № 94 (Пенсии) «Сведения о численности пенсионеров и суммах назначенных им пенсий».

Особенно наглядно потеря пенсионных прав проявляется в страховой части трудовой пенсии, то есть без учета уравнительного влияния фиксированного базового размера страховой части трудовой пенсии (см. табл. 2).

Таблица 2

Снижение среднего размера страховой части трудовой пенсии (без фиксированного базового размера страховой части трудовой пенсии)

2002

2005

2008

2011

Средний размер СЧТП*, всего

930,2

1510,5

2561,9

5035,1

в том числе назначенные в отчетном году

789,7

1278,7

2210,5

3808,4

отклонение, %

-17,8

-18,1

-15,9

-32,2

Средний размер СЧТП* по старости

1013,5

1645,8

2742,6

5287,1

в том числе назначенные в отчетном году

941,2

1486,5

2405,0

4076,2

отклонение, %

-8

-11

-14

-30

* СЧТП — страховая часть трудовой пенсии.

Источники: расчеты автора; форма № 94 (Пенсии) «Сведения о численности пенсионеров и суммах назначенных им пенсий».

Причины отставания пенсий по новым назначениям от пенсий, назначенных ранее, заключаются в следующем:

  • увеличение периода дожития при исчислении страховой части трудовой пенсии;
  • сокращение продолжительности стажевого периода, учтенного при конвертации «советских» пенсионных прав (до 01.01.1991 г. и до 01.01.2002 г.), что приводит к снижению сумм валоризации и конвертации пенсионных прав;
  • снижение размера тарифа страхового взноса на солидарно-распределительную часть пенсии (из-за увеличения отчислений на формирование накопительной пенсии до б п. п.);
  • усиление зависимости размера пенсии от размера заработка после 01.01.2002 г.;
  • зависимость среднего фиксированного базового размера страховой части трудовой пенсии от возрастной структуры пенсионеров, районов их проживания, наличия у них иждивенцев и группы инвалидности.

Наряду со снижением размера новых назначенных трудовых пенсий к объективным экономическим причинам, ограничивающим справедливое формирование страховых пенсионных прав, следует отнести: низкий уровень тарифных ставок при формировании этих прав, сохранение льготных тарифных режимов по страховым отчислениям для вновь возникающих рыночных сфер хозяйственной деятельности (например, для инновационных, инвестиционных, информационных секторов экономики) и низкую зарплату абсолютного большинства застрахованных в пенсионной системе лиц. Последний фактор мы считаем главным, поскольку, по экспертным оценкам, не менее 73 фонда оплаты труда составляет теневая зарплата, по которой не производятся отчисления в Пенсионный фонд (см. табл. 3).

Таблица 3

Распределение занятых по найму в зависимости от размера заработка

2012

2013

2020

2030

Численность занятых по найму (млн чел.)

46,55

46,35

45,79

45,77

Среднемесячная заработная плата (руб.)

26 402

29 562

60 502

133 920

Численность занятых по найму (млн чел.) с заработной платой*:

ниже средней в экономике (65,3 %)

30,35

30,22

29,86

29,84

равной средней в экономике (6,7%)

3,13

3,11

3,07

3,07

выше средней в экономике (28,0 %)

13,07

13,02

12,86

12,85

* В прогнозе Министерства экономического развития РФ от 13.04.2012 г. сохраняется доля фонда заработной платы в ВВП и оптимизация структуры численности занятых по найму в зависимости от уровня заработной платы.

Источник: прогноз МЭР.

Наряду с негативным влиянием зарплатного фактора, снижение размера новых назначений пенсии в действующей пенсионной системе обусловлено сокращением продолжительности стажа более чем на четыре года (только за последнее десятилетие). Это следствие безработицы и теневой занятости. В итоге, не имея объективной возможности вырабатывать принятые на международном уровне пенсионные нормы по стажу, данные категории работников априори лишаются права на достижение коэффициента замещения, определенного рекомендациями Международной организации труда (см. табл. 4).

Таблица 4

Снижение продолжительности страхового стажа по видам трудовой пенсии в зависимости от года назначения пенсии (лет)

Вид трудовой пенсии

Средняя продолжительность страхового стажа

Назначения трудовых пенсий до 2002 г.

По старости

34,3

По инвалидности

21,7

По случаю потери кормильца

24,7

Назначения трудовых пенсий после 2002 г.

По старости

30,2

По инвалидности

21,4

По случаю потери кормильца

23,2

Источник: расчеты автора по данным программно-технического комплекса системы персонифицированного учета назначений и выплаты пенсии региональных отделений Пенсионного фонда РФ.

Наряду с отмеченным выше негативным влиянием на выполнение институциональных функций пенсионной системы (в основном на формирование пенсионных прав застрахованных лиц) таких факторов, как динамика заработка и продолжительность трудового стажа, следует выделить комплекс факторов, которые негативно влияют на другую расходную составляющую пенсионной системы — финансовую обеспеченность государственных пенсионных обязательств. Так, в 2013 г. дефицит пенсионной системы запланирован на уровне 1,07 трлн руб., в 2014—2015 гг. он составит 1,1 — 1,2 трлн руб. По отношению к объему ВВП недостаток собственных средств в долгосрочной перспективе прогнозируется на уровне 2,1—2,3% (см. табл. 5). Следует отметить, что с макроэкономических позиций размер такого дефицита вполне управляем, он не может послужить сколь-нибудь значимой причиной финансовой дестабилизации в стране. Однако сохранение такого дефицита неотвратимо ведет к снижению коэффициента замещения средней трудовой пенсии с 38 до 23% средней заработной платы в экономике. В связи с этим необходимо выявить факторы формирования данного дефицита.

Таблица 5

Прогноз недостатка собственных средств в распределительном компоненте бюджета обязательного пенсионного страхования

2015

2020

2030

2040

2050

Объем, трлн руб.

-1,2

-3,1

-6,4

-13,3

-24,2

Доля ВВП, %

1,5

2,3

2,1

2,2

2,3

Источники: расчеты автора; федеральный закон от 03.12.2012 № 218-ФЗ «О бюджете Пенсионного фонда Российской Федерации на 2013 и плановый период 2014—2015 годов»; прогноз Министерства экономического развития Российской Федерации от 13.04.2012.

Возможности финансирования пенсионной системы

Рассмотрим институциональные причины дефицита Пенсионного фонда РФ. Пенсионная система России — многокомпонентная, динамически меняющаяся экономическая система. Ее стабильное функционирование зависит от комплекса факторов (демографических, макроэкономических, трудовых), от модели государственного пенсионного обеспечения (солидарно-страховой, накопительной, бюджетной).

Государственное регулирование внешних факторов развития пенсионной системы предусматривает:

  • в сфере демографии: повышение рождаемости, снижение смертности в детском и трудоспособном возрастах, контролируемое использование внешней трудовой миграции, улучшение качества здравоохранения и профилактики заболеваемости;
  • в сфере макроэкономики: опережающее повышение производительности труда, увеличение заработной платы, снижение уровня инфляции, ликвидацию теневой экономики;
  • в сфере рынка труда: недопущение сокрытия зарплаты, создание новых рабочих мест и снижение уровня безработицы, сокращение рабочих мест с вредными и опасными условиями труда.

Эксперты Всемирного банка с конца XX в. формируют убеждение, что при солидарно-распределительной пенсионной модели, финансирующей накопленные пенсионные обязательства из текущих страховых поступлений, демографический кризис неизбежно приведет либо к чрезмерному росту нагрузки на страхователей (или федеральный бюджет), либо к снижению пенсий.

Но демографический кризис прогнозировали и в конце XX в., и во втором десятилетии XXI в., а последние прогнозы демографов относятся уже к середине XXI в. Чтобы нивелировать негативные демографические последствия для долгосрочной финансовой устойчивости пенсионной системы, рекомендуется отказаться от базового принципа — солидарности поколений — в пользу индивидуально-накопительных способов пенсионного страхования. Накопительные способы призваны нейтрализовать прямое влияние сокращения численности младших поколений на финансовую обеспеченность пенсионных обязательств. Но насколько это предложение верно? Чтобы ответить на этот вопрос, рассмотрим макроэкономические параметры, которые используются при прогнозировании развития пенсионной системы (Соловьев, 2012а).

Первый параметр — продолжительность жизни населения в возрасте выхода на пенсию (55 лет у женщин, 60 лет у мужчин) (Вишневский и др., 2012). В 2016 г. этот показатель составит 22,1 года, а к 2030 г. прогнозируется на уровне 22,5 года, то есть в течение этого времени среднестатистический пенсионер будет получать пенсию. Второй параметр — численность наемных работников. С 46,3 млн человек в 2012 г. их число снизится к 2030 г. до 40,8 млн и сохранится на таком уровне до 2040-х годов. Поэтому до 2030 г. нагрузка пенсионной системы на работающих по найму будет расти, а к началу 2030-х годов численность получателей трудовой пенсии окончательно сравняется с численностью основных плательщиков — наемных работников (см. рис.).

Чтобы ответить на вопрос, насколько это критично для стабильности пенсионной системы, проанализируем современную ситуацию. В настоящее время соотношение пенсионеров и населения в трудоспособном возрасте в целом не столь критично: на 100 пенсионеров по труду приходится около 120 наемных работников, но уже сейчас по данным за 2012 г. каждый шестой субъект Российской Федерации имеет соотношение работающих и пенсионеров не более 1 к 1. При таком соотношении для поддержания в прогнозируемом периоде трудовых пенсий на уровне 40% текущей средней номинальной начисленной зарплаты в экономике тариф страховых взносов должен составлять 33,6% от заработной платы (без ограничения размера базы для начисления страховых взносов).

Прогноз численности получателей трудовых пенсий

Почему соотношение пенсионеров по труду и отчисляющих в Пенсионный фонд РФ в данный момент почти один к одному? Ответ простой: платят не все занятые. По данным Росстата, удельный вес населения в трудоспособном возрасте (88,8 млн человек) составляет 62,6% численности постоянного населения, доля лиц старше трудоспособного возраста — 21,4%, то есть на 100 человек старше трудоспособного возраста в 2012 г. приходилось 292 человека в трудоспособном (соотношение 1:2,92). Однако, как уже было сказано, не все платят в Пенсионный фонд. Чтобы показать, насколько это критично для стабильности пенсионной системы, рассчитаем долю отчислений в Пенсионный фонд, если бы выполнялись два условия: в полном объеме страховые взносы поступали за всех лиц трудоспособного возраста, занятых трудовой деятельностью, а не только наемных работников; право на получение трудовой пенсии имели только люди старше трудоспособного возраста (нет «льготников» и «досрочников» всех категорий). В этом случае тариф страховых взносов в Пенсионный фонд РФ, необходимый для обеспечения минимального 40/ о-го солидарного коэффициента замещения текущей средней начисленной заработной плате в экономике всем получателям пенсии, номинально мог бы составить не более 14%, то есть почти в два раза ниже нынешнего уровня.

Но в действительности каждый пятый из получающих трудовую пенсию не достигает общеустановленного пенсионного возраста. Это получатели досрочных пенсий по старости в соответствии со ст. 27-28 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», пенсионеры по инвалидности и по случаю потери кормильца. Таким образом, на рынке труда на 100 пенсионеров приходится порядка 255 трудоспособных граждан (соотношение 1:2,55). Отсюда следует, что необходимый тариф страховых взносов должен быть увеличен до 15,7%. Отметим, что данная величина ниже, чем в европейских странах.

Однако уровень занятости трудовых ресурсов в экономике России составляет около 70%, то есть лиц, за которых должны уплачиваться взносы, почти на 73 меньше, чем формально трудоспособных граждан. Таким образом, нагрузка системы обязательного пенсионного страхования — соотношение численности занятых в экономике и получателей трудовых пенсий — должна пропорционально возрасти и составить 1,83 (соотношение 1:1,83). Для поддержания финансовой устойчивости такой системы (обеспечивает пенсию на уровне 40%) тариф отчислений от фонда заработной платы должен пропорционально возрасти и составить 21,8%.

Но не все занятые в российской экономике уплачивают страховые взносы в Пенсионный фонд РФ, а индивидуальные предприниматели, численность которых постоянно возрастает, формируют свои пенсионные права на льготных основаниях — исходя из минимального размера оплаты труда. В результате величина отчислений этой группы граждан более чем в 3 раза ниже отчислений среднестатистического наемного работника. Таким образом, основная нагрузка по финансовому обеспечению системы обязательного пенсионного страхования лежит на работающих по найму гражданах.

Снижение тарифа страховых взносов без сокращения численности пенсионеров и размера пенсий возможно только при увеличении численности уплачивающих взносы.

Вернемся к прогнозу на 2030 г. По оценкам, численность населения в трудоспособном возрасте составит 77,7 млн человек, то есть на 100 пенсионеров по труду будет приходиться 167 человек в трудоспособном возрасте. Если все они будут в полной мере выплачивать взносы в Пенсионный фонд, то требуемый тариф составит 24° о, то есть фактически сегодняшний уровень нагрузки.

Достижению финансовой стабилизации будет способствовать последовательное сокращение и ликвидация скрытой оплаты труда. В 2000—2003 гг. величина скрытой оплаты труда постепенно снижалась с 59,3 до 45,5% фонда заработной платы (см. табл. 6), но с 2006 г., после проведения налоговой реформы (снижения ставки единого социального налога в Пенсионный фонд РФ на 8 п. п.), доля скрытой оплаты труда выросла до 54,9% к 2010 г. При этом ее удельный вес в ВВП постоянно рос: с 11,09% в 2000 г. до 13,9% в 2010 г.

Таблица 6

Динамика скрытой оплаты труда

Показатель

2000

2001

2002

2003

2004

2005

2006

2007

2008

2009

2010

[1] Скрытая оплата труда, млрд руб.

810

994

1249

1496

1995

2551

3450

4450

5200

5790

6450

[2] Фонд заработной платы, млрд руб.

1367

1972

2648

3291

3973

4948

6137

7984

10242

10607

11746

Соотношение [1] к [2], %

59,25

50,38

47,17

45,47

50,22

51,56

56,21

55,74

50,77

54,59

54,91

Доля скрытой оплаты труда в ВВП, %

11,09

11,11

11,54

11,33

11,72

11,80

12,82

13,38

12,60

14,91

13,92

Источники: расчеты автора; отчеты Росстата «Среднесписочная численность и начисленная заработная плата работников организаций по видам экономической деятельности по федеральным округам и субъектам Российской Федерации» за 2000—2010 гг.; статистические сборники Росстата «Национальные счета России» в 1997—2004 гг. и 2004—2011 гг.

Начисление взносов на скрытую оплату труда принесло бы в бюджет Фонда свыше 1,4 трлн руб., при условии, что дефицит в 2013 г. составит менее 1,1 трлн руб. Это позволило бы в пределах указанной суммы в два раза увеличить индексацию всех видов пенсий.

Анализ показывает, что для обеспечения финансовой устойчивости бюджета Пенсионного фонда РФ необходимо принять меры по изменению демографических, экономических и социально-трудовых факторов, то есть направленных, с одной стороны, на увеличение численности населения, способного к трудовой деятельности, а с другой — на более активное вовлечение всех секторов рынка труда в активное формирование собственных пенсионных прав на основе легализации заработной платы. Однако экономический эффект от этих мер проявится только в средне- или даже в долгосрочной перспективе. Поэтому особое внимание государство должно уделять тем факторам, на которые оно может повлиять.

Меры стабилизации пенсионной системы

В сложившихся экономических и демографических условиях невозможно создать эффективную пенсионную систему только путем параметрических реформ внутри государственной пенсионной системы2. Без адекватного изменения демографических и макроэкономических факторов с учетом заданных параметров пенсионной системы любые эксперименты по сбалансированности ее бюджета сведутся либо к повышению тарифа страховых взносов, либо к поиску незарплатного/ общеналогового источника финансирования, либо к различным способам сокращения численности пенсионеров (повышение возраста, увеличение требований по стажу, замораживание индексации пенсии, секвестирование пенсионных прав работающих пенсионеров и т. п.).

Рассмотрим, как внешние и внутренние факторы могут влиять на сбалансированность пенсионной системы.

Внутренние факторы преодоления дефицита Пенсионного фонда РФ. Сразу оговоримся, что оптимизация условий формирования пенсионных прав в данной ситуации принципиальной роли не играет, поскольку при недостатке финансовых ресурсов ее стабилизирующее влияние на бюджет Пенсионного фонда будет незначительным.

Если основываться на базовом принципе страховой пенсионной системы — адекватности пенсионных обязательств накопленным страховым правам, то к причинам недостатка финансовых ресурсов (см. табл. 7) можно отнести3:

  • недостаточность 4 п. п. тарифа на финансирование базовой составляющей трудовой пенсии;
  • отвлечение б п. п. тарифа из распределительного компонента пенсионной системы на накопительную часть трудовой пенсии, финансовое бремя которого в связи с этим увеличивается;
  • недостаточность тарифа для выплаты досрочных и льготных пенсий;
  • недостаточность тарифа на страховую часть трудовой пенсии (около 5 п. п.).

Эти проблемы, выражающиеся в недостаточности тарифа на все основные виды выплат из бюджета Пенсионного фонда РФ, обусловлены влиянием внешних факторов, на которые пенсионная система не может воздействовать.

За время, прошедшее после пенсионной реформы 2002 г., эффективный тариф на страховую часть трудовой пенсии снизился с 9,85% (в 2002 г.) до 9,34% (в 2009 г.). Причиной стало длительное отсутствие индексации границ базы для начисления страховых взносов (они были пересмотрены единожды в 2005 г.). Дополнительным фактором снижения эффективного тарифа на страховую часть стал отток средств в накопительный компонент пенсионной системы, так как с 2002 г. в структуре численности застрахованных лиц увеличилась доля лиц, родившихся после 1967 г.

Таблица 7

Причины дефицита бюджета ПФР в расчете на 2013 г. (млрд руб.)

Дефицит бюджета ПФР

-1070,4

в том числе:

ФБР*

-583,4

доходы

1434,0

в том числе:

солидарная часть тарифа

1104,2

трансферт по выпадающим доходам

329,9

расходы

2017,4

в том числе:

выплата ФБР*

1906,8

в том числе досрочникам по старости

145,0

расходы на погребение

7,8

начисленные, но не уплаченные страховые взносы

3,9

обеспечение текущей деятельности фонда

99,0

СЧТП**

-487,0

доходы

1694,2

в том числе:

страховые взносы

1661,9

дополнительный тариф на досрочников

24,7

расходы

2181,2

выплата СЧТП** без валоризации

2181,2

в том числе досрочникам по старости

177,0

* ФБР — фиксированный базовый размер страховой части трудовой пенсии.

** СЧТП — страховая часть трудовой пенсии.

Источники: расчеты автора; Федеральный закон от 03.12.2012 № 218-ФЗ «О бюджете Пенсионного фонда Российской Федерации на 2013 и плановый период 2014—2015 годов».

Вследствие несбалансированной тарифной политики финансовая устойчивость пенсионной системы в современных условиях — текущая и долгосрочная — основана на субсидиарной поддержке за счет трансфертов из федерального бюджета. Текущий дефицит бюджета ПФР по собственным средствам составит в 2014 г. 1,1 трлн руб., или 1,5% ВВП. Таким образом, недостаточность тарифа составит 7,7% фонда заработной платы. В течение всего прогнозного периода до 2050 г. дефицит — и как доля ВВП, и выраженный в п. п. тарифа — увеличится по сравнению с уровнем 2014 г. Удерживать долю дефицита на нынешнем уровне удастся лишь за счет постепенного снижения коэффициента замещения и невыполнения ориентиров по увеличению соотношения пенсии и минимального прожиточного минимума (см. табл. 8).

При этом дефицит страховой части трудовой пенсии меньше, чем дефицит ее фиксированного базового размера. Однако в долгосрочной перспективе доля дефицита по страховой части трудовой пенсии возрастет вдвое — до 1% ВВП, а по ее фиксированному базовому размеру — до 1,3 % ВВП.

Исходя из проведенного анализа причин формирования дефицита страховой пенсионной системы для решения проблемы финансовой обеспеченности государственных пенсионных обязательств нужно устранить выявленные факторы, формирующие данный дефицит: недостаточный страховой тариф на сформированные пенсионные права пенсионеров (несбалансированная тарифная политика), правовые основания для нестрахового перераспределения пенсионных прав (льготные и досрочные виды пенсий). Также необходимо компенсировать финансовые ресурсы, изымаемые из солидарного перераспределения на формирование индивидуально-накопительных прав будущих поколений (Соловьев, 2011).

Таблица 8

Прогноз дефицита бюджета Пенсионного фонда РФ

2014

2015

2020

2030

2040

2050

Всего, млрд руб.

1107,1

1229,8

3 063

6 386

13 292

24 175

в % ВВП

1,5

1,5

2,3

2,1

2,2

2,2

в % тарифа с действующим «потолком»

7,7

7,7

11,8

11,1

11,5

11,5

в том числе:

дефицит по ФБР*, млрд руб.

707,1

775,9

1836

3577

7697

13 674

в % ВВП

1,0

1,0

1,4

1,2

1,3

1,3

в % тарифа

4,9

4,9

7,1

6,2

6,7

6,5

дефицит по СЧТП**, млрд руб.

400,0

453,9

1227

2 808

5595

10 501

в % ВВП

0,5

0,5

0,9

0,9

0,9

1,0

в % тарифа

2,8

2,8

4,7

4,9

4,8

5,0

* ФБР — фиксированный базовый размер страховой части трудовой пенсии.

** СЧТП — страховая часть трудовой пенсии.

Источники: расчеты автора; Федеральный закон от 03.12.2012 № 218-ФЗ «О бюджете Пенсионного фонда Российской Федерации на 2013 и плановый период 2014—2015 годов»; прогноз Министерства экономического развития Российской Федерации от 13.04.2012.

В то же время отдельные эксперты рассматривают альтернативные варианты решения проблемы дефицита: ограничение индексации пенсионных прав и пенсий (в частности, переход от индексации по темпу роста зарплаты на инфляцию), повышение пенсионного возраста, невыплата (либо какое-либо ограничение) трудовых пенсий работающим пенсионерам, расширение индивидуально-накопительной составляющей обязательного пенсионного страхования и т. п. (Гурвич, Кудрин, 2012). Однако подобные альтернативные варианты параметрических реформ неизбежно сталкиваются с институциональными противоречиями в страховой пенсионной системе, базовым принципом которой должна служить эквивалентность размера трудовых (страховых) пенсий сформированным пенсионным правам в трудоспособный период застрахованного лица. На практике это означает, что при увеличении трудового стажа работника и сокращении периода «дожития» (периода реализации страховых прав) ему должны вернуть весь объем прав, только за более короткий период. В противном случае это не страхование.

Требует решения вопрос об изменении тарифа для лиц, уплачивающих страховые взносы в фиксированном размере (индивидуальные предприниматели, адвокаты, нотариусы, частные детективы и др.), который существенно ниже обычного страхового взноса, хотя указанные категории граждан пользуются тем же объемом пенсионных прав, что и остальные застрахованные лица. Здесь возможны два варианта — выравнивание тарифа страхового взноса для всех категорий застрахованных лиц либо установление для льготных категорий добровольного пенсионного страхования (вместо обязательного) в страховых компаниях или негосударственных пенсионных фондах (Соловьев, 2012b).

Основной вывод, который следует из анализа условий развития отечественной пенсионной системы, состоит в том, что выполнение функций по материальному обеспечению пенсионеров в страховой пенсионной системе и ее долгосрочная устойчивость зависят от макроэкономического и демографического развития страны. Кроме того, целесообразно рассмотреть вопрос о распространении системы обязательного пенсионного страхования на все категории трудовых ресурсов (государственных служащих, проходящих военную и правоохранительную службу в соответствующих силовых ведомствах, по аналогии с государственными гражданскими служащими, которые подлежат обязательному пенсионному страхованию на общих основаниях). Это позволило бы ликвидировать проблему дефицита Пенсионного фонда РФ, поскольку страховые отчисления в отношении новых категорий застрахованных лиц стали бы поступать в текущем периоде, а обязательства по их пенсионному обеспечению возникли бы через 15—20 лет.

Автор выражает искреннюю благодарность Е.Б. Новиковой, Н.Н. Нуриевой, М.И. Лейковой, Н.Н. Сорочкиной за помощь в получении данных.


1 Трудовые пенсии по старости, инвалидности, по случаю потери кормильца.

2 Стратегия долгосрочного развития пенсионной системы Российской Федерации / Утверждена Распоряжением Правительства Российской Федерации от 25.12.2012 № 2524-р.

3 Заключение на основе расчетов автора.


Список литературы

Вишневский А., Васин С, Рамонов А. (2012). Возраст выхода на пенсию и продолжительность жизни // Вопросы экономики. № 9. С. 88 — 109. [Vishnevskii А., Vasin S., Ramonov А. (2012). Retirement Age and Life Expectancy in the Russian Federation // Voprosy Ekonomiki. No 9. P. 88 — 109.]

Гурвич E., Кудрин A. (2012) Старение населения и угроза бюджетного кризиса // Вопросы экономики. № 3. С. 52—79. [Gurvich Е., Kudrin А. (2012). Population Aging and Risks of Budget Crisis // Voprosy Ekonomiki. No 3. P. 52—79.]

Соловьев A. (2011). Преодоление дефицита пенсионной системы России // Финансы. № 8. С. 61 — 64. [Solovyev А. (2011). Overcoming the Pension System Deficiency in Russia // Finansy. No 8. P. 61 — 64.]

Соловьев A. (2012a). Актуарный прогноз долгосрочного развития пенсионной системы России // Экономист. № 6. С. 55 — 64. [Solovyev А. (2012а). Actuarial Forecast of Long-term Pension System Development of Russia // Economist. No 6. P. 55 — 64.]

Соловьев A. (2012b). Базовый элемент пенсионной системы // Финансы. № 12. С. 57—62. [Solovyev A. (2012b). Basic Element of the Pension System // Finansy. No 12. P. 57-62.]


СТАТЬИ >> ЭКОНОМИКА ПРЕДПРИЯТИЯ

Организация расширенного воспроизводства на основе амортизационных технологий

Автор: И.С. Купрейчик,
аспирант кафедры управления инновациями и организации производства,
Вологодский государственный технический университет.

Произвести продукцию, имеющую конкурентные преимущества на внешнем и внутренних рынках, можно только при наличии в используемой технологии принципиального отличия от технологий, применяемых у конкурентов. Причем это отличие должно быть защищено как интеллектуальная собственность производителя. В противном случае конкуренты используют этот технологический прием без согласия авторов.

Таким образом, при освоении новых видов продукции в составе основных фондов должен появиться нематериальный актив. Отчислениями от материальных и нематериальных активов в таком случае образуют амортизационный фонд предприятия.

По определению амортизационные отчисления – это денежный эквивалент износа технологической системы [3]. То есть денежный эквивалент технологического износа должен использоваться для восстановления именно данного износа, а денежный эквивалент функционального и экономического износа должен направляться для их восстановления. В связи с этим амортизация материальных активов по своей экономической сущности может обеспечить только простое воспроизводство основных фондов. Это означает, что инвестирование расширенного воспроизводства активной части основных фондов осуществляется только за счет амортизационных отчислений от нематериальных активов, обеспечивающих инновационное развитие предприятия.

В условиях рыночной экономики, амортизационные отчисления не являются независимым параметром в экономике производственного процесса, поэтому требуют системного подхода к анализу амортизационного механизма.

Амортизационные отчисления на нематериальные активы причисляются к прочим операционным затратам на производство продукции, и согласно существующему законодательству, не облагаются налогом на прибыль.

Как уже отмечалось выше, амортизационный фонд от нематериальных активов идет на расширенное воспроизводство, то есть на модернизацию, освоение новых видов продукции и новые разработки [2]. В связи с этим, важное значение приобретает выбор способа начисления амортизации.

В настоящее время наиболее актуальным является нелинейный метод начисления амортизации, хотя большинство предприятий продолжают начислять амортизацию линейным методом.

Любое предприятие вправе по своему усмотрению выбрать удобный для себя способ начисления амортизации, отразив свое решение в учетной политике. Причем от того, какой метод будет выбран, зависит скорость списания на расходы стоимости актива. В налоговом учете амортизацию можно начислять двумя способами – линейным и нелинейным (п.1 ст.259НК). При первом способе амортизация начисляется равномерно на протяжении выбранного срока. В случае же выбора нелинейного метода начисление амортизации происходит по-другому.

С 1 января 2009 вступили в силу изменения в ст.259 Налогового кодекса РФ в части начисления амортизации нелинейным методом. В основном данное изменение коснулось определения нормы амортизации и списания основного объекта в конце срока амортизации.

Нельзя не отметить, что данный метод имеет явное преимущество – на первоначальном этапе начисления амортизации позволяет использовать более ускоренный механизм. При этом норма амортизации, с учетом изменений в законодательстве, определяется по следующей зависимости:

А = В х k / 100 (1),

где: A – сумма начисленной за один месяц амортизации для, соответствующей амортизационной группы; B – суммарный баланс соответствующей амортизационной группы; k – норма амортизации для соответствующей амортизационной группы.

В целях применения нелинейного метода начисления амортизации используются следующие амортизационные группы для установления нормы амортизации (Таблица 1):

Таблица 1 – Амортизационные группы.

Амортизационная группа

Срок полезного использования, мес.

Норма амортизации (месячная), %

Первая

13 – 24

14,3

Вторая

25 – 36

8,8

Третья

37 – 60

5,6

Четвертая

61 – 84

3,8

Пятая

85 – 120

2,7

Шестая

121 – 180

1,8

Седьмая

181 – 240

1,3

Восьмая

241 – 300

1,0

Девятая

301 – 360

0,8

Десятая

Свыше 360

0,7

В случае, если суммарный баланс амортизационной группы (подгруппы) становится менее 20 000 рублей (с 2011 года - 40 000 рублей), в месяце, следующем за месяцем, когда указанное значение было достигнуто, налогоплательщик вправе ликвидировать указанную группу (подгруппу). При этом значение суммарного баланса относится на внереализационные расходы месяца, следующего за тем, в котором суммарный баланс достиг означенной величины.

Если истек срок полезного использования объекта, амортизируемого нелинейным способом, то налогоплательщик имеет право исключить данный объект из состава группы. Суммарный баланс группы при этом не меняется и порядок начисления ежемесячной амортизации по данной группе остается неизменным [1].

Механизм организации расширенного воспроизводства на основе амортизационных отчислений на нематериальный актив был рассмотрен на примере технологии производства высокопрочной марки стали Х70 в рамках производства ОАО «Северсталь».

На данную технологию производства оформлен патент, который учтен и оценен доходным подходом.

Рыночная стоимость данного патента по результатам оценки составила 783 602 710 руб.

Расчет амортизации был произведен нелинейным методом.

Исходя из выбранного срока полезного использования (60 месяцев) данный нематериальный актив будет относиться к третьей амортизационной группе, соответственно норма амортизации составит 5,6 %. Предположим, что в данной амортизационной группе только один основной актив.

Таблица 2 – Расчет амортизации нематериального актива в виде патента на технологию, оцененного доходным подходом.

Месяц

Величина амортизации нелинейным методом, руб.

Остаток суммы для амортизации (при нелинейном методе), руб.

Сумма амортизации за период (нелинейный метод), руб.

Величина амортизации линейным методом, руб.

Остаток суммы для амортизации (при линейном методе), руб.

Сумма амортизации за период (линейный метод), руб.

1

43 881 751,76

739 720 958,24

43 881 751,76

13 060 045,17

770 542 664,83

13 086 165,26

2

41 424 373,66

698 296 584,58

85 306 125,42

13 060 045,17

757 482 619,66

26 146 210,43

3

39 104 608,74

659 191 975,84

124 410 734,16

13 060 045,17

744 422 574,49

39 206 255,60







60

1 464 305,25

24 684 002,81

758 918 707,19

13 060 045,17

0,00

783 628 830,24

Исходя из представленных в таблице данных, следует, что амортизационные отчисления на нематериальный актив (в данном случае – патент на технологию производства марки стали Х 70) позволяют увеличить средства, которые могу быть направлены расширенное воспроизводство, так как согласно существующему законодательству они не облагаются налогом на прибыль в размере 20 %.

После окончания установленного срока полезного использования нематериального актива он должен быть исключен из группы амортизации. Суммарный баланс группы при этом не меняется.

Таким образом, при использовании начисления амортизации на нематериальные активы снижается налогооблагаемая прибыль предприятия и появляются средства, которые должны использоваться на дальнейшее инновационное развитие, что необходимо для поддержания конкурентоспособности и получения прибыли в условиях рыночной экономики.



Список литературы:

1. Налоговый кодекс РФ (Ч. 2), гл. 25 от 06.08.2001 № 110-ФЗ. – М.: Книга-сервис, 2002. – 384 с.

2. Симаков, И. Г. Инновационный подход к управлению амортизационными отчислениями / И. Г. Симаков // Соврем. менеджмент:проблемы и перспективы: труды науч. -практ. конф. – СПб, 2007. –С. 99–102.

3. Шичков, А. Н. Экономика технологических систем активной части основных фондов предприятия//Эконом. анализ: теория и практика. – 2005. – № 3. – С. 24–32.


СТАТЬИ >> ЭКОНОМИКА РОССИИ

О стоимостном приросте и его инновационности

Левчаев Петр Александрович - доктор экономических наук, профессор кафедры финансов и кредита Мордовского государственного университета имени Н.П. Огарева.

Рассматриваются вопросы сущности инноваций и финансовой инновации. Показана важность стоимостной природы финансовой инновации. Даются размышления о перспективах инновационного развития России.

Приступая к рассмотрению финансовых аспектов инновационного развития страны, приходится констатировать, что выбранная направленность и проблематичность этой тематики сегодня, как никогда важна, она не просто актуальна, она имеет определяющее значение для экономики нашего государства. На самом высоком уровне задаются вопросами о концепции и направлении вектора развития России и местоположении национальной экономики в мировом разделении труда и стратегической расстановке сил в будущем.

После многих лет реформ приходит зачастую понимание того, что реализуемые меры часто не приносят ожидаемого видимого результата. В чем же дело? Все так хорошо работало, имело положительную реализацию, опыт применения за рубежом и вдруг такой скромный результат. Вот и наступает осознание того, что многие разработки мировой экономической мысли, реформаторства не могут «прижиться» в отечественной экономике – слишком разные первоначальные условия, особенности менталитета, исторические особенности. Задумываясь над инновационной направленностью развития страны, мы пытаемся не только определить стратегические ориентиры, но и оценить возможность, приемлемость их тактической реализации.

Сложность исследования данной проблематики обусловлена еще и тем, что отсутствует четкое и общепризнанное понимание того, что такое инновация, что есть инновация в той или иной сфере науки. И это несмотря на то, что термин введен в оборот еще в первой половине XX в. классиком политэкономии австрийцем Й. Шумпетерем. В настоящее время энциклопедическим является следующее определение инновации: «новшество в производственной и непроизводственных сферах, в области экономических, социальных, правовых отношений, науки, культуры, образования, здравоохранения, в сфере государственных финансов, в финансах бизнеса, в бюджетном процессе, в банковском деле, на финансовом рынке, в страховании и т.д.» [1]. Но вряд ли это определение добавляет четкости в определении сущности и специфики данной без преувеличения ключевой категории. Кроме того, необходимо учитывать и масштаб, эффект к которому приводят нововведения, ведь очевидна фундаментальность понятия инновации, факторов лежащих в основе этого явления.

То же можно сказать и относительно финансовой инновации, под которой понимается «новшество в финансовой сфере, результат процесса создания новых финансовых методов, инструментов, видов операций, платежных систем и технических приемов, способствующих: улучшению функционирования финансовых учреждений; ускорению финансовых потоков; улучшению финансирования предусмотренных расходов; снижению рисков и издержек; ускорению финансовых операций; повышению эффективности бизнеса» [1]. Данное определение также не имеет в своем составе выраженного, доминирующего финансового признака, позволяющего выделять «инновационные» разработки и решения среди общепринятых.

Остановимся подробнее на финансовом аспекте этого вопроса, хотя понятно, что в современном мире любая инновация принимается только тогда, когда дает стоимостной прирост экономике. Вот и получается, что с этой точки зрения финансовая инновация – интегральный показатель, имеющий в своей основе факторы самой различной природы и порядка, но неизменно реализующие себя в оценке экономической эффективности.

Таким образом, инновацию с точки зрения финансовой науки, особенностей современного мироустройства мы определяем как нововведение, обеспечивающее в итоге качественный рост первоначальной стоимости. Спорным является вопрос о критериях такого качества – надо полагать, что 15%, 40 ли здесь будет мало, поскольку мы по-прежнему говорим скорее о приросте к имеющемуся образованию. Нам же принципиально важно новое стоимостное образование. Если говорить о качестве нового порядка, то нужно иметь ввиду кратный рост стоимости, но это вряд ли достижимо. В экономике, финансах измеряют процентный прирост, поэтому более 100 % прироста – здесь, пожалуй, можно говорить о качественном росте, о создании нового стоимостного образования. Выходит, что с финансовой точки зрения по реализации запланированного инновационного проекта (важно также определится с временными границами реализуемого проекта, ориентиром может служить мировой опыт в аналогичной сфере) мы должны иметь ощутимый по сравнению с имеющимися на рынке технологиями стоимостной прироста. Иная же эффективность в нашей экономике вряд ли обеспечит ее выход на уровни принятые в передовых странах. Но нам важно выйти на мировой рынок и соответствовать принятым здесь требованиям. На мировом финансовом пространстве правила задают транснациональные корпорации и банки, интересам которых часто уступают даже государства. За подтверждение нашей состоятельности (например, через сертификацию продукции и т.д.) нам приходится платить по общемировым ценам. Это притом, что отечественная экономика зарабатывает преимущественно на сырьевом секторе, а не на инновационной продукции или интеллектуальных услугах обеспечивающих ведущим странам наибольшую долю добавленной стоимости.

Взгляд на инновацию с позиции финансов важен еще и потому, что он будучи результирующим стоимостных потоков и генерации стоимости, сводит воедино, оценивает конечную эффективность самых различных усовершенствований. Прирост финансовых ресурсов, стоимости позволяет оценить любые нововведения, будь-то организационной структуры, технологии, конечного продукта и т.д.

Но на что же должен опираться рост стоимости? На уникальные конкурентные преимущества органично присущие экономической системе. Инновационная направленность развития, помимо очевидной новизны, предполагает лидерство в поведении и эффективность в реализации задуманных планов. Это и есть инновационный путь. В любом другом случае мы следуем за лидером, т.е. в лучшем случае оказываемся на втором месте.

Зачастую мы как потребители, не задумываемся о том, что вроде бы такое благо как доступность импорта, совместное производство имеют в конечном итоге для отечественной экономики часто и негативные результаты – мы идем, привыкаем идти в векторе, выбранном не нами, но мировым лидером. Экономическая экспансия может предполагать последовательность этапов реализации услуг и занятия места на рынке: продажа товара; продажа технологических линии по производству комплектующих, продукции; продажа франшизы; продажа технологии производства; продажа и размещение производства, формирование устойчивой потребности в данном товаре или услуге. При таком поведении, мы, в лучшем случае, «хватаемся за хвост», но не знаем, куда смотрит лидер.

В какой мере способна на инновационный уклад развития отечественная экономика, которая привыкла, к тому же, к экстенсивной направленности развития, росту, основанному на экспорте сырьевых ресурсов? Рост стоимости должен опираться на реальные возможности экономики, созданные возможности и перспективы развития. Однако существуют и предельные для данных условий темпы тактического развития экономической системы. В стратегическом плане они определяются доминирующими научными концепциями, под которых и сформированы, формируются практически ориентированные меры и соответствующее институциональное обеспечение.

Рост стоимости (в т.ч. относительно ВВП) есть скорее критерий для отбора лучших проектов, а не для всей совокупности экономических объектов, поскольку надежность и темпы развития любой системы определяются показателями слабейшего ее элемента Такие критерии определят точки роста на уровне предприятий, отраслей, регионов, национальной экономики. Но существуют и точки убытка, в которых непроизводительно используется стоимость. Поэтому следует учитывать как темпы прироста стоимости в быстроразвивающихся и конкурентоспособных сегментах (сотовая связь, телекоммуникации и пр.), так и в отстающих (например, в ЖКХ). Таким образом, рост стоимости отдельного бизнеса, предприятия, отрасли, региональной, национальной экономики – вот критерий эффективности осуществляемых инноваций, а инновация – это там, где мы первые, стратегия же – это инновационный вектор развития всей системы.

Концепция стоимости бизнеса сейчас довольно популярна, имеет разработанный прикладной инструментарий. Да и каждый руководитель-практик знает, что и с чем сравнить, чтобы объективно оценить стоимость того, чем он управляет. Если предприятие, отрасль и т.д. дают прирост в соответствии с установленными темпами инновационного роста (развития), то значит это образование не только востребовано в современном экономическом укладе, но и попадает в цикл инновационного экономического развития. Но важно еще научиться здесь функционировать, создав самоподдерживающуюся (за счет конкурентных преимуществ, очевидных или перспективных экономических выгод) тенденцию роста. Прирост стоимости какого-либо образования означает, что поведение экономического субъекта положительно оценивается рынком, а при такой оценке оплата бывает больше, чем конкурентов.

Рост стоимости – это подтверждение рынком выбранного предприятием курса, практики хозяйствования руководителя, квалификации работающих (им и заработную плату можно повысить), доверия акционеров (они получат на вложенные средства достойный %), состоятельности, самостоятельности региона (авторитета его руководства у населения, других губернаторов) и экономической мощи государства (возможности влиять на расстановку сил в мире и реализовывать собственный интерес). Рост стоимости это показатель того, где завтра она приумножится, а если она уже выведена из оборота (бизнеса, предприятия и т.д.), то значит производное от этого не получит развития (в т.ч. социальные гарантии, и даже общечеловеческие ценности окажутся под угрозой) и о конкуренции в инновациях здесь уже вряд ли можно говорить.

Каким должно быть поведение экономических субъектов, чтобы, не обладая первоначально преимуществом в финансовых ресурсах, имеющейся стоимости, обеспечить инновационный акцент развития? Эти меры, формы существования и поведения экономических систем уже известны экономике – специализация (когда экономический субъект добивается роста стоимости, делая ставку на конкурентоспособность в отдельном, узком сегменте), кооперация (рост стоимости происходит за счет финансовой мощи, обеспечивающей превосходство ряда параметров бизнеса и вытеснение низкорентабельных конкурентов). Только так мы можем осуществить качественно новые введения и даже, заняв доступные ниши, потеснив конкурентов, впоследствии стать не только первыми, но и инновационно развивающимися в мировом разделении труда.


Литература

1. Финансово-кредитный энциклопедический словарь / колл. авторов; Под общ. ред. А. Г. Грязновой. – М.: Финансы и статистика, 2004. – 1168 с.

2. Левчаев, П.А. К вопросу о современном рассмотрении категории финансов. // Финансы и кредит № 26 (458), Москва, 2011. - С. 2-5.

3. Перспективы инновационно-модернизационной модели развития экономики России. // Финансы и кредит № 23 (455), Москва, 2011. - С. 2-7.


Прыг: 005 006 007 008 009 010 011 012 013 014 015
Скок: 010 020 030 040 050 060 070 080 090 100 110
Шарах: 100