СТАТЬИ >> БАНКОВСКОЕ ДЕЛО

Когда банк вправе отказать в кредите юридическому лицу

Автор: Оксана Грикевич, адвокат.

Кредитование юридических лиц, пожалуй, одна из наиболее востребованных банковских операций. Она позволяет организациям в короткие сроки привлечь значительные суммы денежных средств для удовлетворения своих хозяйственных нужд и потребностей. Варианты кредитов, предоставляемых бизнесу многочисленны и разнообразны. Тем не менее, зачастую фирмы уходят из банка с пустыми руками ввиду отказа.

Единого утвержденного перечня оснований для отказа в кредите не существует - каждый банк вправе самостоятельно определять такие основания. Однако кредитная политика любого банка основана на общих принципах. К ним относятся платность, срочность, возвратность, целевое использование и обеспеченность кредита, и причины, по которым банк отказывается предоставлять денежные средства, так или иначе, связаны с рисками нарушения указанных принципов. Мы рассмотрим наиболее распространенные из этих причин.

1. Предоставление заёмщиком недостоверных сведений и поддельных документов при оформлении кредитной заявки.

Представленные заемщиком недостоверные сведения не только препятствуют объективному анализу и оценке кредитной заявки, но и расцениваются как попытка ввести банк в заблуждение, что само по себе является веским основанием для отказа. Службы безопасности банков располагают широкими возможностями по выявлению недостоверных сведений и, если таковые будут обнаружены, то заемщику будет безоговорочно отказано в кредите. Еще одним следствием этого грубого нарушения может стать занесение «черный список» потенциальных заемщиков, что в будущем существенно осложнит получение кредитов даже в других банках.

2. Отрицательная кредитная история.

Служба безопасности банка занимается не только проверкой сведений представленных в заявке, но и изучением качества кредитной истории потенциального заемщика. Оно складывается из множества различных показателей, что предоставляет банкам широкий простор для отказа с последующей ссылкой на отрицательную кредитную историю фирмы. Однако что именно повлияло такую неблагоприятную для заёмщика оценку, зачастую, выяснить так и не удается. Как правило, это может быть имеющаяся на момент рассмотрения заявки просроченная задолженность по уплате кредита или процентов по нему. Также может оказаться, что количество или длительность просрочек по прошлым кредитам не соответствует требованиям банка. На отрицательную оценку кредитной истории может повлиять тот факт, что задолженность по ранее имевшимся кредитам организации не раз реструктурировалась или пролонгировалась.

3. «Нереальность» хозяйственной деятельности потенциальных заемщиков.

При проверке сведений и документов, представленных предприятием, банки делают большой упор на установление «реальности» потенциального заемщика. Заключение кредитного договора с фирмой-однодневкой или иной подставной фирмой может принести большие потери для банка, а потому в этом отношении они всегда проявляют должную бдительность. Заемщику следует быть готовым к тому, что банк потребует значительное количество всевозможных выписок, документов, отчетов и по полной программе проверит указанные в них сведения с целью выявить признаки «сомнительности» фирмы. В частности, подозрения могут вызвать покупной юридический адрес, сведения о директоре, выступающем преимущественно через посредников, количество штатных работников, отсутствие собственных либо арендованных основных средств, необходимых для осуществления деятельности, осуществление заемщиком запутанных, экономически необоснованных финансовых операций и многие другие показатели. Отсюда следует, что организация, заинтересованная в кредите, должна очень внимательно подойти к подготовке пакета документов и иных предоставляемых сведений, привести в порядок свои учредительные документы, управленческую и официальную отчетность, дабы внушить уверенность банку и не получить отказа в выдаче кредита.

4. Отказ в предоставлении информации.

На этапе анализа финансового состояния компании банку требуются сведения о доходах и расходах за определенный предшествующий подаче заявки срок, а также сведения об имеющихся активах и обязательствах. Нежелание предпринимателей детально и подробно предоставлять данные управленческой отчетности препятствует тому, чтобы банк полностью и объективно оценил бизнес и понял, на каких условиях ему необходимо работать с клиентом. Отказываясь в содействии банку, организации значительно увеличивают свои шансы остаться без кредита.

5. Высокая кредитная или иная финансовая нагрузка потенциального заемщика.

Эксперт на основании сведений об уже имеющихся кредитах или займах, а также прочих обязательствах клиента приходит к выводу, что выдача кредита может представлять собой существенный риск для банка, и на этом основании отклоняет заявку.

6. Неудовлетворительное финансовое состояние.

В ходе анализа финансового состояния эксперты также могут выявить отсутствие у фирмы реальных источников погашения кредита, убыточность деятельности предприятия, отрицательные показатели ликвидности и платежеспособности, а также прочие факторы, свидетельствующие о таком финансовом состоянии организации, которое не отвечает требованиям банка. К примеру, если бизнес не приносит дохода, то его владельцам сложно рассчитывать на получение кредита, поскольку банк не может быть уверен, что после его получения дела у предприятия пойдут лучше.

7. Нерегулярность и нестабильность дохода.

Для банков также важным фактором, оказывающим влияние на окончательное решение, является наличие регулярного дохода у организации-заемщика. Банк принимает во внимание не только текущее положение дел, т.е. статику, но и динамику развития бизнеса за определенный период. Это необходимо для прогнозирования финансового состояния заемщика на последующее время, ведь будущий доход – первостепенный источник средств для погашения кредита. Регулярность и стабильность дохода, как ни что иное, свидетельствует о кредитоспособности юридического лица и о возможности своевременного возврата кредита и процентов по нему в будущем. Таким образом, если в финансовом развитии фирмы наблюдаются резкие скачки (как во временных промежутках между приходом денежных средств на счета предприятия, так и в их размере), то банк может отказать в кредите.

8. Отсутствие ликвидного залогового обеспечения.

За редкими исключениями, банки предпочитают выдавать кредиты юридическим лицам при условии предоставления соответствующего залогового обеспечения. В пользу отказа в кредитовании может сыграть неликвидность залога. Речь идет о том, что при необходимости его реализации, вырученных средств будет недостаточно для того чтобы покрыть денежные обязательства клиента перед банком. Кроме того, может получиться так, что предлагаемое имущество, хоть формально и отвечает требованиям банка к обеспечению, но, ввиду отсутствия на него спроса на рынке, не сможет быть оперативно реализовано.

9. Несоответствующие цели получения кредита.

Здесь возможны несколько вариантов. Отказ может произойти по причине того, что цели и средства достижения, указанные в кредитной заявке, расходятся с основными принципами кредитной политики банка. Либо банк принимает решение, о том, что такие цели не являются оправданными или ставят под угрозу финансовое положение предприятия. Как следствие, банк, не желая идти на подобные риски, отказывает в кредите. Исходя из этого, чтобы повысить свои шансы, юридическим лицам, желающим получить кредит, необходимо обосновать банку четкую цель и привести экономические расчеты, свидетельствующие об эффективности использования занимаемых средств.

В заключение, следует отметить, что банки не стремятся разъяснять своим клиентам причины отказа в выдаче кредита, и на просьбу мотивировать такой отказ отвечают очень общими туманными фразами вроде «отказ по линии службы безопасности» и всё в этом роде. Таким образом, истинные причины отказа нередко остаются неизвестными для руководителей фирм, которые пытались получить кредит.

Однако, проанализировав наиболее распространенные основания для отказов, мы можем сделать вывод о том, что банки гораздо охотнее идут навстречу клиентам, если уверены, что последние смогут своевременно и в полном объёме исполнить свои обязательства по кредиту. Эта уверенность непременно должна подкрепляться официальными финансовыми показателями деятельности предприятия и безупречной кредитной историей. Знание данных положений поможет организациям более тщательно подготовиться к подаче кредитной заявки и по возможности избежать необоснованного отказа банка.


СТАТЬИ >> ИНВЕСТИЦИОННЫЙ МЕНЕДЖМЕНТ

ГЧП в России и зарубежом

Бектенова Гульмира Султановна
старший преподаватель кафедры «Банковское дело» РЭУ им. Г.В.Плеханова

C возникновением финансовых потребностей для крупномасштабных проектов, неограниченных муниципальными или государственными границами, в мировой практике появилось такое понятие как ГЧП, которое в недавнем времени пришло и на Российский рынок. В данной статье описана предыстория принятия PFI как формы PPP (ГЧП) властями Великобритании, поскольку на законодательном уровне и по объему реализованных проектов, именно она занимает лидирующее место. Также приведены примеры реализованных проектов с использованием схемы финансирования ГЧП в странах, лидирующих по количеству, стоимости и сроку реализации. Дано описание результатов, достигнутых Россией с момента принятия схемы ГЧП и направления развития.

В рамках реализации социально значимых проектов последнее время часто говорится о такой форме партнерства как ГЧП – Государственно Частное Партнерство. Данная форма взаимодействия бизнеса и государства не относится к новым формам, поскольку уже используется в ряде развитых стран, имеет на наш взгляд ряд удачно реализованных проектов. Причиной возникновения ГЧП можно определить необходимость реализации государственных социально значимых проектов в условиях недостаточности бюджетных средств, недостаточности профессионального опыта или знаний. Есть конечно другой вариант решения проблемы - это приватизация. но в случае приватизации стратегически важные объекты могут оказаться в частной собственности, что ограничит права и возможности государства. Альтернативой приватизации, на сегодняшний день является ГЧП. Например, реализация задачи развития ГЧП в Великобритании начиналась с решения вопросов управления. Применение механизмов государственно-частного партнерства началось с реализации проектов национального масштаба: строительство Евротоннеля, лондонского метрополитена, новых железных дорог.

Историческим основоположником ГЧП является Великобритания. Первый опыт ГЧП в Великобритании был получен в 1981 году в связи с перестройкой лондонских доков на основе новой дерегулированной и рыночно ориентированной политики планирования. В 1992 году Джон Мейджор, представитель консервативного правительства, c целью развития более эффективных общественных услуг высокого качества основал «Частную финансовую инициативу» (PFI) . Для реализации этой программы при правительстве были созданы специальные консультативные органы, на которые была возложена ответственность за подготовку проектов ГЧП. В состав этих органов входили представители и государства, и бизнеса. Однако эта схема финансирования была воспринята критиками, как одна из форм приватизации, что породило множество споров. Тем не менее, Министерство финансов нашло схему PFI выгодной и после выборов под давлением 1997 года Лейбористы ее приняли. Однако со стороны многих профсоюзных движений и членов старой лейбористкой партии PFI подверглась сильной критике.

В этом же 1997 году процедуры PFI были изменены, в результате чего возникли новые критерии правительственной поддержки проектов ГЧП (PPP). Парламент объявил, что PFI используется как метод управления только после строгого анализа, который будет проводиться с использованием методов экономического анализа и будет гарантировать что применение PFI подходит для данной сферы (учреждения). После того, как подобный анализ будет одобрен Правительством, Правительство рассматривает выгодность цены. Она определяется по правилу оптимального соотношения цены и качества или оптимальное соответствие целям, также по критерию удовлетворения потребностей конечного потребителя, пользователя. Далее проводится полная оценка всех затрат (расходов) и доходов, включая оценку рисков. Такой же метод используется и при оценке проектов при традиционном финансировании бюджетных проектов.

В 2002 году на конференции Лейбористская партия проголосовала против PFI, что не повлияло на проводимую политику правительства.

В период 1997-2003 гг. в Великобритании по механизму PFI реализовывалось 563 проекта общей стоимостью 35,5 млрд. фунтов. Из 563 проектов 451 были закончены, объекты введены в эксплуатацию, среди них:

- 34 больницы и 119 подобных учреждений

- 239 новых и «обновленных» школ

- 23 новых транспортных проекта, в том числе и платная автодорога вокруг северного Бирмингема

- 34 пожарных и полицейских участка

- 13 новых тюрем и центров подготовки служб безопасности

- 12 объектов по утилизации мусора и водоснабжению

- 167 других проектов в таких отраслях как оборона, сфера отдыха, культура, жилищное строительство и IT

За последнее время в отраслях мусоропереработки, возобновляемой энергии, образования, здравоохранения, социального жилья было реализовано более 100 инфраструктурных проектов с объемом финансирования от 5 до 500 млн. фунтов стерлингов.

Например:

Строительство школ в Лидсе: разработка финансовой модели, поиск финансирования, проведение переговоров с инвесторами. Объем финансирования составил 65 млн фунтов стерлингов. Проект реконструкции зданий в центре Лондона: разработка финансовой части бизнес-плана и механизмов возврата инвестиций. Объем финансирования составил 160 млн фунтов стерлингов. Проект строительства социального жилья: разработка финансовой части проекта, включая структуру финансирования, подготовка всей необходимой тендерной документации по проекту. Объем финансирования составил 130 млн фунтов стрелингов.

В России, состояние экономики, также создает условия, когда государство часть своих функций передает в частный сектор, по принципу уже работающих схем ГЧП развитых стран. Приоритетными направлениями финансирования проектов по схеме ГЧП являются социально значимые объекты.

В рамках реализации этих программ на сегодняшний день группа компаний Внешэкономбанка: банк Развития, Федеральный центр проектного финансирования занимаются финансированием социально значимых проектов.

Так в портфеле Внешэкономбанка находятся следующие проекты:

- Развитие инженерной инфраструктуры для развития промышленного кластера

- Реконструкция, модернизация и развитие водопроводно-канализационное хозяйство (ВКХ) городской агломерации

- Реконструкция, модернизация и развитие городской системы теплоснабжения на условиях концессии

- Строительство мусороперерабатывающих заводов (МПЗ) и модернизация городской системы управления твердых бытовых отходов (ТБО) для устойчивого развития

- Массовая реконструкция муниципальных и промышленных систем теплоснабжения в масштабах области

- Строительство центров трудовой миграции

- Реконструкция аэропорта

- Строительство транспортной развязки

- Строительство объектов здравоохранения

Проекты, поддерживаемые ГЧП, не ограничиваются географическим местоположением. Проекты, отвечающие направленностям ГЧП, могут находиться практически в любой точке страны, но для организации данного вида финансирования требуется обязательное участие органов субъектов федерации или органов местных самоуправлений. Для реализации этих программ в июне 2009 года было учреждено некоммерческое партнерство «Центр развития государственно-частного партнерства», который к сегодняшнему дню заключил соглашения о взаимодействии с администрациями следующих регионов:

Администрация Брянской области

Администрация Липецкой области

Администрация города Иркутска

Администрация города Смоленска

Администрация Волгоградской области

Правительство Новосибирской области

Правительство Ульяновской области

Правительство Орловской области

Правительство Республики Карачаево-Черкесии

Правительство Пермского края

Правительство Сахалинской области

Правительство Свердловской области

Правительство Челябинской области

Администрация Владимирской области

АУ ВО «Агентство по привлечению инвестиций Воронежской области»

ОАО «Агентство территориального развития Кировской области»

Министерство экономики Удмуртской Республики

ОАО «Корпорация Развития Республики Карелия»

Существует практика реализации проектов ГЧП во множестве других стран. Мы рассмотрим страны, которые являются лидерами данной схемы финансирования и реализации объектов.

В Израеле примерами некоторых проектов могут служить:

Строительство дорог (№ 531 и № 431): консультирование Министерства финансов, Министерства транспорта и Национальной дорожной компании Израиля по разработке структуры финансирования проекта строительства автодороги с использованием инструментов ГЧП. Объем финансирования

дороги № 531 оценивается в размере 500–600 млн долл. США,

дороги № 431—400 млн долл. США с периодом концессионной эксплуатации в 25 лет.

Тюрьма Беэр-Шева: консультирование Министерства финансов и Министерства внутренних дел по разработке финансовой модели проекта для проведения международного тендера по строительству первой частной тюрьмы. Объем финансирования оценивается в размере 50 млн долл. США, период концессионной эксплуатации составит 25 лет.

Проект реконструкции автодорог: финансовое консультирование проведения международного тендера Национальной дорожной компании Израиля по выбору подрядчика по реконструкции дорожного покрытия. Объем финансирования оценивается в размере 150 млн долл. США, период концессионной эксплуатации составит 25 лет.

Израильский ТЭК: финансовое консультирование Министерства инфраструктуры Израиля в рамках разработки программы и стратегического плана по изменению структуры энергоснабжения страны существует необходимость решения таких вопросов как возможность финансирования отдельных проектов в рамках реализации специальных государственных программ или новых идей, запуска новых производственных мощностей.

Кроме того децентрализация государственной поддержки и формирование сети «институтов развития» способствовало созданию различных каналов поддержки инновационной активности. Подобное экспериментирование и многообразие уменьшало риски «провалов государства» из-за неудачи конкретных институтов и в дальнейшем делало возможным расширение поддержки более эффективных из них при свертывании неудачных программ. Так, в Израиле программа «Yozma» фактически заместила неудачную программу «Inbal». В конце 1990-х гг. с учетом успешного предшествующего опыта было заметно увеличено финансирование программы поддержки технологических инкубаторов, а также программы «Magnet», ориентированной на поддержку совместных исследований, проводимых университетами и коммерческими фирмами.

На сегодня сформирована Value for money (VfM) - методическая и информационная база оценки количественных и качественных критериев конкретных проектов по соотношению ценности и издержек. Результаты сопоставления оценок VfM по проекту в варианте ГЧП с результатами, достигаемыми при традиционных подходах, рассматриваются как критически важные для принятия решения о целесообразности и обоснованности использования ГЧП.

При выборе схемы финансирования не стоит забывать, что британское правительство, например, не рассматривает PFI как панацею, способную разрешить проблемы государственной сферы. Из 45 млрд. фунтов инвестиций в государственную сферу только 11% были профинансированы через PFI, источниками финансирования прочих проектов являлись средства ведомственных бюджетов и ре-инвестиции из доходов от продажи активов.

Частные участники проекта действуют на основании партнерских соглашений с правительственными органами. Например, в проектах национальной системы здравоохранения в состав участников входят Primary Care Trusts (одна из структур системы здравоохранения, ответственная за оказание первой помощи в пределах локальной территории или в определенной сфере), местные власти (советы, правительства, Councils), подразделения Скорой помощи, которые взаимодействуют на основе партнерских отношений во главе с Правительственным органом, Партнерствами по здравоохранению.

В качестве методологического центра по вопросам теории и практики ГЧП Правительством Великобритании образовано Агентство Partnerships UK. Первоначально оно действовало в качестве рабочего подразделения Минфина по ГЧП, затем было преобразовано в совместную государственно-частную структуру (51% частного сектора).

Британские власти пользуются стоимостным цензом проекта. Подготовка проектов занимает много времени и ресурсов, при этом издержки на подготовку не сильно зависят от масштаба проектов (всегда присутствую стандартные статьи расходов – привлечение финансовых и инвестиционных консультантов, юристов, проведение операций по расчетам и т.д.). Очень большие суммы тратятся на переговоры и подписание договоров. Подавляющее большинство проектов в прошедшем времени включали основной капитал стоимостью не менее 20 млн. фунтов. Сейчас практическое правило таково, что проекты стоимостью менее 20 млн. фунтов не подходят для схемы PFI. Однако разработаны новые схемы, по которым небольшие проекты объединяются с тем, чтобы оправдать сроки и стоимость, необходимые для реализации по схеме PFI.

По оценкам экспертов, после Великобритания Ирландия занимает второе место по масштабу национальной программы ГЧП, которая активно осуществляется с 2000 года. В стране реализуется целый ряд инфраструктурных проектов в секторах экономики, энергетики, транспорта, переработки отходов, а также в сфере социальных услуг. Весной 1998 года в рамках Департамента окружающей среды, памятников архитектуры и местных органов власти была сформирована рабочая группа для исследования потенциальных выгод от использования механизмов ГЧП. К работе были привлечены консультанты (Федерация строительной промышленности, Конфедерация работодателей и работников Ирландии, Ирландский конгресса профсоюзов). Департаментом финансов и группой консультантов были проведены исследования по ГЧП. В результате Правительством Ирландии была принята концепция применения ГЧП как механизма реализации государственных инфраструктурных проектов.

Уже осенью 1998 года был сформирован централизованный орган по ГЧП – Центральный отдел по ГЧП в рамках Департамента финансов Ирландии. Также специальные отделы по ГЧП были сформированы в рамках Департамента окружающей среды, памятников архитектуры и местных органов власти, Департамента госпредприятий, Национального дорожного агентства, Департамента образования и науки.

1 июня 1999 г. Правительство Ирландии объявило о реализации 9 пилотных проектов через механизмы ГЧП и приступило к формированию практики в этой области. По состоянию на июль 2006 года в Ирландии реализовывалось 56 проектов ГЧП (обустройство бухты Дублина, строительство второго коммерческого моста на трассе М50, строительство шоссе № 4 Килкок – Киннегад и т.д.).

Таким образом, для Ирландии характерно централизованные управление проектами ГЧП через Центральный отдел по ГЧП в рамках Департамента финансов. Он занимается выработкой общей политики и координацией проектов. Реализацией проектов занимаются отделы по ГЧП в рамках отраслевых департаментов. Департаменты ответственны перед Правительством за реализацию проектов ГЧП, предусмотренных в их стратегических планах, Центральный отдел подотчетен непосредственно Правительству Ирландии. Общее количество персонала государственных служащих, специализирующееся на проектах ГЧП – 30 человек.

В США государственно-частное партнерство особенно широко распространено и приветствуется на муниципальном уровне государственной иерархии. В стране образован Национальный совет по государственно-частному партнерству, который выполняет функции выработки общей стратегии и координации в сфере ГЧП. Вопросы подготовки и реализации конкретных проектов ГЧП находятся в ведении местных органов власти. По данным Национального совета, в США из 65 базовых видов деятельности муниципальных властей (водопровод, канализация, уборка мусора, школьное образование, эксплуатация парковок и т.д.) средний город использует коммерческие фирмы при исполнении 23-х. В силу специфики правовой системы США нормативное регулирование ГЧП осуществляется законодательством отдельных штатов, которое, как правило, не носит шаблонный характер.

Интересен опыт США по развитию ГЧП в сфере технологических инноваций. В 1980 г. был принят Закон о технологических инновациях Стивенсона – Уайдлера, который потребовал от каждой федеральной лаборатории США создания офиса по выявлению коммерчески ценных технологий и их коммерциализации, а также создания центров совместных исследований. В рамках Министерства торговли США был учрежден специализированный орган, ответственный за реализацию государственной политики в данной области – Агентство по технологиям.

Условием деятельности Офисов являлось отсутствие конкуренции с аналогичными службами в частном секторе. Федеральные агентства, курирующие деятельность лабораторий, были наделены правом образовывать организационные структуры за пределами лабораторий, целью которых являлась передача технологий федеральных лабораторий правительствам штатов, местного уровня, а также частному сектору.

Для привлечения средств частного сектора в сферу технологий Законом 1986 г. заинтересованным фирмам был открыт доступ к научно-техническим ресурсам федеральных лабораторий в рамках т.н. договоров о совместных научных исследованиях и разработках (Cooperative Research and Development Agreement – CRADA). Закон о трансфере федеральных технологий 1986 г. (Federal Technology Transfer Act) предоставил университетам, федеральным лабораториям, частным фирмам, консорциумам и правительствам штатов право заключать кооперативные соглашения на проведение совместных НИОКР – CRADA. Эти соглашения, по существу, создали новый правовой инструмент взаимодействия государственного и частного сектора в США в сфере коммерциализации технологий. В то же время Закон определил и ограничения, связанные с национальной безопасностью. Идея CRADA была развития Законом о национальном трансфере технологий и достижений 1995 года, который определил, что федеральное правительство должно оказывать поддержку частному сектору через федеральные лаборатории при условии, что частный сектор будет компенсировать федеральному правительству передачу технологий. По структуре эти контракты являются ГЧП, в котором федеральные власти выступают заказчиком, обязательным партнером является частная промышленная фирма, а ходе выполнения работ достигаются результаты, имеющие коммерческую ценность. Законом о торговле и конкуренции 1988 г. было закреплено создание центров трансфера промышленных технологий и промышленных услуг, призванных содействовать достижению соглашения в процессе передачи технологий.

В мае 2006 г. японский парламент принял Закон о реформе общественных услуг, вступивший в силу в июле того же года. Суть этого закона заключается в подведении законодательной базы под систему соревновательных тендеров на оказание общественных услуг с участием как органов сферы общественного предпринимательства, так и частного бизнеса. Эта система, получившая название «рыночного тестирования» (сидзёка тэсто), призвана способствовать переводу в рыночное поле существенной части общественных услуг, субъектами которых традиционно являлись организации бюджетной сферы, подчиняющиеся центральному правительству или муниципальным властям.

Для реализации этой задачи была создана нормативная правовая база, регулирующая общий порядок и детальные механизмы государственно-частного партнерства.

Переход на систему «рыночного тестирования» проходит постадийно. На первой, предварительной стадии, начавшейся в 2004 г., правительством было принято решение о начале экспериментов и открытии доступа частного бизнеса в сферу оказываемых учреждениями центральной и муниципальной власти услуг. Одновременно началась активная подготовка соответствующего законопроекта. На общегосударственном уровне правительством было отобрано восемь «модельных проектов», в том числе такие, как управление Бюро по трудоустройству в сфере общественного предпринимательства (министерства труда и социального обеспечения), сбор пенсионных взносов национального пенсионного страхования и содействие вступлению граждан в негосударственную пенсионную систему национального благосостояния (Управление социального страхования), дополнительные услуги по охране и патрулированию тюремных учреждений (Министерство юстиции). К участию в тендерах на ведение деятельности в рамках «модельных проектов» на пилотной стадии допускались лишь частные компании. в июле 2006 г. в связи с вступлением в силу нового законодательства система «рыночного тестирования» вошла в свою основную стадию. Главной ее особенностью стало подключение к тендерам предприятий бюджетной сферы, которые вступили в соревнование с частными компаниями. Виды услуг, выставляемые на тендер в 2006 г., были определены правительственным трехлетним планом по реформе регулирования и стимулирования прихода частного сектора на рынок общественных услуг.

Помимо «рыночного тестирования», интересной формой опыта Японии в сфере частно-государственного партнерства является привлечение частных компаний к управлению учреждениями культуры, науки, образования и спорта, находящихся в непосредственном подчинении органов местного самоуправления. В число подобных учреждений входят художественные и иные музеи, национальные парки, общеобразовательные школы и детские сады, больницы, муниципальные центры для проведения общественных собраний, а также спортивные объекты. В соответствии с Законом о местном самоуправлении, муниципальные власти с сентября 2003 г. имеют возможность выбрать, будут ли они сами осуществлять управление указанными учреждениями либо привлекать для этого частный бизнес в лице «уполномоченных управляющих субъектов».

Одним из примеров практики заключения управленческих контрактов с частными организациями, получившим широкое освещение в японской печати, служит схема эксплуатации Нагасакского культурно-исторического музея. Префектуральные и городские власти г. Нагасаки, которые являются учредителями данного музея, заключили с частной компанией контракт об управлении сроком на пять лет, согласно которому обязанности в сфере управления будут разделены между муниципальной властью и частным бизнесом. Согласно данному контракту расходная часть бюджета музея делится на две части в соответствии со сферами ответственности сторон. Муниципальные власти берут на себя выплату заработной платы сотрудникам музея, покрытие общеуправленческих расходов, а также расходов на научные исследования, в то время как частная компания должна обеспечить покрытие расходов на содержание постоянной и временной экспозиций, работу музейного магазина, рекламу и т.д. При этом если источником «муниципальной части» музейных расходов являются муниципальные бюджетные средства, то часть управленческой ответственности, закрепленная за частным бизнесом, обеспечивается исключительно за счет стоимости входных билетов. При этом увеличение выручки составит доход частной компании.

Другой пример касается художественного музея префектуры Симанэ. Между префектуральными властями и частной компанией, специализирующейся на рекламно-маркетинговых услугах, был заключен контракт сроком на три года, согласно которому она, используя средства муниципального бюджета, обеспечивает делопроизводство, рекламу, а также осуществляет финансовый менеджмент музейного предприятия. В качестве преимущества подобной схемы указывается на гибкость управления: частная компания может реагировать на увеличение спроса путем найма временных работников и студентов, что часто бывает сложно сделать в рамках жесткого кадрового расписания, характерного для муниципальной структуры.

Статья написана с использованием материалов: ucates.ru, bdo.ru, pppcenter.ru, partnershipsuk.org.uk


СТАТЬИ >> НАЛОГИ, ЗАКОНЫ, ПРАВО

Чем в настоящее время грозит использование нелегального ПО

Автор: Оксана Грикевич, адвокат.

Нелегальное ПО для России – это все равно, что кофе по утрам. Мало кто осознает в действительности, кроме самих разработчиков, что компьютерные программы являются объектами авторских прав и охраняются действующим законодательством. Однако, в отличие от западных стран, в России использование нелегального программного обеспечения по сей день является скорее правилом, нежели исключением.

Большинство пользователей ПК не готово смириться с мыслью о покупке дорогостоящих компьютерных программ и предпочитают использовать «пиратские копии», тем самым нарушая законные права правообладателей. Недобросовестные пользователи самонадеянно рассчитывают, что ответственность их не коснется. А между тем, правоохранительные органы располагают достаточным спектром возможностей для обнаружения таковых и их привлечения не только к административной, но и уголовной ответственности.

Чем же угрожает использование нелицензионного программного обеспечения?

Самый очевидный риск - это привлечение к одному из видов юридической ответственности, речь о которых пойдет позже. Кроме того, используя нелегальное ПО, предприятия должны помнить о том, что их деятельность в любой момент может быть парализована в случае проведения проверки правоохранительными органами и изъятия компьютеров и серверов. При таких обстоятельствах, они могут не просто остаться без жизненно необходимой в их деятельности информации, но и не суметь исполнить свои договорные обязательства, что, в свою очередь, может повлечь потерю клиентов. Вдобавок к этому, сведения об использовании контрафактных программ или привлечении руководства компании к ответственности за такие нарушения могут нанести серьезный удар по её имиджу и деловой репутации, существенно снизить уровень доверия к ней. И наконец, нелегальное ПО, используемое в деятельности предприятия, попросту увеличивает технологические риски, связанные с нарушениями и сбоями в работе офисной техники.

Теперь поговорим подробнее о возможных видах ответственности, связанных с использованием нелицензионных программ.

1. Гражданско-правовая ответственность

На основании ст. 1252 ГК РФ правообладатель может в судебном порядке потребовать возмещения убытков от лица, неправомерно использовавшего результат интеллектуальной деятельности. Вместо возмещения убытков, он также вправе потребовать, в соответствии со ст. 1301 ГК РФ, выплаты компенсации:

- в размере от 10 000 рублей до 5 000 000 рублей, определяемом по усмотрению суда;
- в двукратном размере стоимости экземпляров произведения или в двукратном размере стоимости права использования произведения.

К данным видам гражданско-правовой ответственности нарушители могут быть привлечены и тогда, когда они уже были привлечены за данное правонарушение к уголовной или административной ответственности. В практике такие случаи распространены даже чаще, поскольку тогда у правообладателя нет необходимости в доказывании факта нарушения его прав.

Кроме того, ГК РФ предусматривает за совершение данных деяний еще одну меру, которая может быть применена лишь к юридическим лицам и индивидуальным предпринимателям. Согласно ст. 1253 ГК РФ, в отношении юридического лица, неоднократно и грубо нарушающего исключительные права на результаты интеллектуальной деятельности, суд может принять решение о ликвидации по требованию прокурора. Если такие нарушения совершает гражданин, то его деятельность в качестве индивидуального предпринимателя также может быть прекращена.

2. Административная ответственность

Административная ответственность за указанные нарушения наступает в соответствии со ст.7.12 КоАП РФ «Нарушение авторских и смежных прав, изобретательских и патентных прав». Согласно ей, ввоз, продажа, сдача в прокат или иное незаконное использование экземпляров произведений или фонограмм в целях извлечения дохода, если таковые являются контрафактными либо на них указана ложная информация, влечет наложение штрафа с конфискацией контрафактных экземпляров произведений и фонограмм, а также материалов и оборудования, используемых для их воспроизведения, и иных орудий совершения административного правонарушения. Размеры штрафа определяются следующим образом:

- для граждан – штраф в размере от 1 500 до 2 000 рублей;
- для должностных лиц – штраф в размере от 10 000 до 20 000 рублей;
- для юридических лиц – штраф в размере от 30 000 до 40 000 рублей.

3. Уголовная ответственность

Привлечение к уголовной ответственности за использование нелицензионного ПК осуществляется на основании ст. 146 УК РФ «Нарушение авторских и смежных прав». В соответствии с ч. 2 указанной статьи, незаконное использование объектов авторского права или смежных прав, а равно приобретение, хранение, перевозка контрафактных экземпляров произведений или фонограмм в целях сбыта, совершенное в крупном размере, влечет одно из следующих наказаний:

- штраф в размере до 200 000 рублей или в размере заработной платы/иного дохода осужденного за период до 18 месяцев;
- обязательные работы на срок до 480 часов;
- исправительные работы на срок до 2-х лет;
- принудительные работы на срок до 2-х лет;
- лишение свободы на срок до 2-х лет

Если же указанные деяния совершены группой лиц по предварительному сговору, либо в особо крупном размере, либо лицом с использованием своего служебного положения, то к лицу, совершившему преступление, может быть применено одно из следующих наказаний:

- принудительные работы на срок до 5-ти лет;
- лишение свободы на срок до 6 лет.

В качестве дополнительного наказания на осужденного может быть наложен штраф в размере до 500 000 рублей или в размере заработной платы/иного дохода осужденного за период до 3-х лет.

Поскольку российское законодательство признает субъектами уголовной ответственности только физических лиц, то в случае использования нелегального ПО в деятельности предприятия, ответственность будет нести лицо, по воле которого это произошло. Как правило, это руководитель организации, либо технический специалист, например, программист или системный администратор.

Ответить на вопрос, где проходит грань между административным правонарушением и преступлением, нам поможет примечание к ст. 146 УК. Из него мы можем сделать вывод о том, что уголовная ответственность будет наступать в случаях, когда стоимость использованного нелицензионного ПО или прав на него превышает 100 000 рублей. Здесь же необходимо добавить, что деяния признаются совершенными в особо крупном размере, если указанная стоимость превышает 1 000 000 рублей. В остальных случаях, т.е. при сумме ущерба меньшей, чем 100 000 рублей, нарушитель подлежит административной ответственности.

Необходимо отметить, что стоимость конкретных экземпляров будет рассчитываться исходя из их рыночной цены, которая запрашивается правоохранительными органами у правообладателей и рассчитывается, как правило, по верхней планке. Отсюда следует, что, в принципе, для привлечения к уголовной ответственности достаточно будет наличия, к примеру, 6-7 офисных компьютеров, нелегально оснащенных минимальным набором программ от Windows.

Проверки правоохранительными органами.

Чаще всего в роли проверяющих выступают сотрудники отдела по борьбе с экономическими преступлениями либо сотрудники Отдела по борьбе с преступлениями в сфере высоких технологий. Оперативно-розыскные мероприятия могут проводиться либо в ходе расследования уголовного дела, либо с целью его возбуждения при наличии у правоохранительных органов обоснованных подозрений в использовании контрафактных программ. Последний вариант, на практике, встречается гораздо чаще.

В качестве оснований для такой проверки могут выступать заявления от любых лиц, к примеру, от правообладателей или даже от конкурентов фирмы. Если же таких заявлений в правоохранительные органы не поступало, основанием может стать и некая оперативная информация, полученная из агентурных источников. Все дело в том, что ни в одном правовом акте мы не найдем развернутого объяснения относительно того, что можно считать обоснованными подозрениями. Из этого следует, что перечень оснований для осуществления проверки практически неограничен и риск попасть под прицел правоохранительных органов весьма велик.

Необходимо помнить, что любое оперативно-розыскное мероприятие проводится на основании соответствующего документа, выданного уполномоченным должностным лицом, к примеру, начальником подразделения ОБЭП. В случаях с проверкой, необходимо также присутствие понятых, а иногда и экспертов. Следствием такой проверки, как правило, может стать изъятие компьютерной техники в виду необходимости проведения экспертизы, что, непременно, фиксируется в протоколе. При этом, для такого изъятия, как многие полагают, решение суда не является необходимым. Закон наделяет сотрудников правоохранительных органов достаточными полномочиями для осуществления подобного рода действий.

Изъятие техники может нанести серьезный ущерб хозяйственной деятельности предприятия. Все дело в том, что срок изъятия системных блоков и серверов законодательством не установлен. На деле, это приводит к тому, что организация может остаться без техники на значительный срок, вплоть до окончания судебного процесса, если, конечно, будет возбуждено уголовное дело. Такие сроки на практике, могут достигать 4- 5 месяцев. А это значит, что, в случае если изъятая техника является единственным местом хранения необходимой информации, её отсутствие надолго парализует хозяйственную деятельность организации со всеми вытекающими последствиями.

Используйте лицензионное ПО или бесплатные аналоги ;)


Прыг: 035 036 037 038 039 040 041 042 043 044 045
Скок: 010 020 030 040 050 060 070 080 090 100 110
Шарах: 100