СТАТЬИ >> ЭКОНОМИКА РОССИИ

Экономика и регистрационно-паспортная система

Василий Колташов, руководитель Центра экономических исследований
Института глобализации и социальных движений (ИГСО).

Еще задолго до крушения феодализма, в Западной Европе передовые мыслители ставили вопрос о естественности личной свободы. В пику идеологам феодализма, критики старого порядка указывали: выбор ремесла, места проживания есть личное дело каждого, а свободным человека сотворила природа. Идеологи абсолютной монархии, напротив, утверждали, что все чем владеет человек, будь то права, либо собственность, даровано королем и может быть потребовано обратно по его воле.

Спор сторонников феодальной монархии и защитников «естественных человеческих прав» только казался исключительно теоретическим. На деле он отражал не просто различные принципы правовой организации общества, но и полярные принципы организации экономики, что являлось нормальным для средневекового хозяйства, совершенно не подходило для капиталистического ведения дел. Система феодальной Европы требовала жесткого контроля над работником при его зависимости от владельца земли. Развитие рыночных отношений диктовало обратное.

Торговые и промышленные компании, банкирские дома нуждались в гарантиях своей неприкосновенности перед лицом государственной бюрократии. Право короля отбирать все, что ему захочется, в любое угодное время, не подходило для ведения дел. Для роста капитала также требовалось право его свободного передвижения. Необходимым было устранение преград для сбыта товаров в любой части страны. Внутренние таможни считались одним из главных экономических зол старой эпохи.

Однако развитие производства требовало еще одной важной для рыночной экономики свободы — свободы перемещения рабочей силы. Без наличия у наемных работников права на беспрепятственную миграцию и возможности выбирать место проживания, создание новых предприятий было бы крайне проблематичным. Фактически для хозяйственного развития стран на основе товарного производства и свободного труда требовалось наличие всех трех экономических свобод: на перемещение капиталов, товаров и рабочей силы. Работник мог быть только лично свободным, самостоятельно принимающим важнейшие для его жизни решения. Это повышало его заинтересованность в результатах труда, делало возможным применение новой техники.

Первыми в этом направлении стали развиваться Великобритания, Нидерланды, Соединенные Штаты и Франция. К концу XVIII столетия именно эти зоны мировой экономики оказались передовыми. В дальнейшем другие государства шли по их следу. Без свободного сбыта и приобретения товаров внутри страны немыслим был национальный товарный рынок. Запреты для коммерсантов на ведение дел вне некой территории сковывали развитие предприятий, тормозили все экономическое развитие той или иной державы. Наличие преград для миграции работников лишало компании возможности расширять производство и торговлю. В результате рост общественного благосостояния замедлялся. Развитие национального рынка оказывалось искусственно сковано.

Решенные в XVI-XIX веках для Западной Европы и Северной Америки проблемы остаются во многом реальными для современной России. Истины «экономически необходимых» свобод давно считаются прописными. Однако в рамках российской реальности они далеко еще не реализованы. Действующий в стране институт регистрационного учета (прописки) и особых внутренних паспортов создает препятствие для миграции граждан со свободным выбором ими места проживания. Фактически в России в полной мере не существует третья (связанная с наемными работниками) из необходимых «экономических свобод».

Данная ситуация вполне соответствует структуре российской экономики, существовавшей в период 1993-1998 годов, но не является подходящей для хозяйственной системы сформировавшейся после рецессии 1998-1999 годов. Экономический рост 1999-2008 годов изменил характер российского национального хозяйства, сделав его более близким к Западной экономической модели. Время 1991-1998 годов оказалось настолько тяжелым для российской экономики, что, пережив кризис 1998-1999 годов, страна практически не заметила рецессии 2001 года. Первоначально предприятия оживающего национального хозяйства опирались в основном на местные возможности привлечения рабочей силы. Примерно к 2003 году обнаружилась ограниченность локальной модели получения трудовых ресурсов. Для инвестирующих в производство компаний (прежде всего европейских) стало ясно: опора лишь на региональные трудовые ресурсы неизбежно ведет к дефициту специалистов. Попытки привлечь кадры из других регионов упирались в действующие на российском рынке труда правовые нормы, препятствующие свободному движению работников.

Экономический подъем 1999-2008 годов происходил с очень низкого уровня, но он оказался быстрым и вскоре вывел Россию в число успешных экономик мира. Страна оказалась привлекательной для иностранных инвестиций. В 2007 году общий приток средств в экономику России по сравнению с другими странами BRIC (Бразилия, Россия, Индия и Китай) был самым значительным. В первой части 2008 года РФ также оставалась лидером, опережая Бразилию и следующую за ней Индию. Интерес инвесторов к России в значительной мере объяснялся быстро увеличивавшимся после кризиса 1998-1999 годов внутренним рынком страны. Некоторые компании, создавая промышленные предприятия в России, не спешили выходить с акциями на фондовый рынок, стараясь сохранить полный контроль над выгодным бизнесом.

На конец марта 2008 года накопленный иностранный капитал в экономике России составил 221 млрд. долларов. Эта сумма была на 45,9% больше, чем в 2007 году в этот же период года. Значительную часть ее составляли кредиты, охотно предоставлявшиеся российским компаниям в условиях быстрого роста экономики. Реализуя крупные инвестиционные проекты, российские компании стремились привлекать средства и посредством первичного выставления на торги собственных акций (IPO). В 2007 году российские компании привлекли 47,3 млрд. долларов инвестиций на внешних рынках акций и облигаций.

Рост экономики России поднимал долю страны в общемировом ВВП. В 2005 году доля России в мировом ВВП составляла 3,09%, ненамного опережая Италию (2,96%) и Бразилию (2,88%). В 2007 году она достигла 3,18%. По номинальному объему ВВП национальное хозяйство РФ стало к началу 2008 года десятым в мире. Рост ВВП России с 1999 по 2007 год составил 83%. Объем промышленного производства увеличился на 74%, продуктов сельского хозяйства — на 40%. Среди отраслей российской промышленности наиболее сильными оказывались: добыча топливно-энергетических полезных ископаемых, целлюлозно-бумажное производство, металлургия и электроэнергетика.

В 2007 году в России было добыто 491,5 млн. тонн нефти и газового конденсата. Годовой рост добычи составил 2,2%. В 2006 году он также был равен 2,2%, в 2005 году — достигал 7,9%. Внешнеторговый оборот России вырос в 2007 году на 25,8% (до 552,2 млрд. долларов). Положительное сальдо достигло 152,8 млрд. долларов. Если экспортировала страна в основном сырье, то в импорте первое место занимали машины и оборудование — 35-36 %. В России быстро росло автомобилестроение, легкая промышленность. При этом на рынке все время недоставало автомобилей. На продукцию автомобилестроения ежегодно приходится более 10% ввоза. Создаваемые во всей стране автомобильные заводы долгое время не испытывали никаких затруднений со сбытом, получая на рынке высокую прибыль (см. Колташов В., Кагарлицкий Б., Романенко Ю., Герасимов И., Кризис глобальной экономики и Россия (Доклад Института глобализации и социальных движений), М., 2008.).

За годы экономического подъема страна сильно изменилась. В отличие от 1990-х годов, в России почти исчезла практика задержки заработной платы. Население массово забрасывало приусадебные участки. Загородные дачи все больше превращались из экономического подспорья в места отдыха людей. Заработная плата становилась основным источником существования большинства работоспособных граждан. Распространявшееся от Москвы к крупным городам и дальше экономическое оживление вовлекало в процесс производства и управления, а также сферу услуг миллионы людей. Снижалась безработица, работодатели стремились по максимуму использовать трудовые ресурсы предприятий.

Они не были заинтересованы в дополнительной занятости сотрудников, что было распространено в период 1991-1999 годов. Массе людей больше не требовалось терять время на выращивание овощей в огородах или вести мелкую торговлю. Они ориентировались на получение стабильного заработка в одном месте. Экономический рост обеспечивал занятость, изменяя вместе с тем все российское общество. Изменялась психология работников, формировались новые жизненные цели и потребности.

Произошла стабилизация социальной структуры общества. Сложились новые средние слои. В отличие от «среднего класса» 1991-1998 годов, они включали в себя гораздо более широкий набор профессионалов. Из «среднего класса» отчасти выпали мелкие предприниматели, массово разорявшиеся в период рецессии 1998-1999 годов. Понизился статус рядовых работников торговли [1]. Зато значительно увеличилась группа квалифицированных рабочих, выросла прослойка офисных служащих, занятых как в корпорациях, так и меньших компаниях. Более многочисленным стал слой управленцев. К 2008 году доходы представителей российского «среднего класса» стали приближаться к уровню ЕС. За время с 1999 по 2008 год они быстро росли, поднимаясь с очень низкого уровня. Постепенно, примерно с 2005 года, рост реального заработка замедлился в Москве. Одновременно развернулось быстрое увеличение заработной платы в регионах. В начале 2008 года, по наблюдению специалистов Института глобализации и социальных движений (ИГСО), доходы представителей регионального «среднего класса» отставали от заработков средних слоев столицы только на 25-35%. В 2001 году различие было намного больше. Доходы работавших в Москве специалистов были в 2-3 раза выше, чем у региональных профессионалов.

Важной чертой второй фазы экономического роста (примерно с 2004 года) стала растущая нехватка квалифицированных специалистов. Именно повышением спроса на ранее почти не востребованные кадры и объясняется рост зарплат. Экономика также нуждалась и в неквалифицированных работниках, спрос на них возрастал, удовлетворяясь преимущественно за счет иммиграции. Доходы малоквалифицированных рабочих оставались низкими. Они могли вдвое и втрое уступать западноевропейским. С проявлением нехватки квалифицированного персонала выяснилось, что его численность объективно ограничена, а ее увеличение требует специальных условий. Квалифицированные кадры нельзя было получить посредством привлечения дополнительного числа иммигрантов из отсталых азиатских регионов. Они могли быть получены почти исключительно в процессе воспроизводства рабочей силы, для которого существующий паспортно-регистрационный режим являлся серьезной помехой.

Зафиксированный с 2004 года рост оплаты труда (прежде всего в сегменте квалифицированных работников) не представляет собой временного явления. Несмотря на развернувшуюся в 2008 году глобальную экономическую дестабилизацию, отмеченная в 2004-2008 годах тенденция является долгоиграющей. Старые кадровые ресурсы экстенсивно исчерпаны.

Это означает, что в дальнейшем станет необходимым создание механизмов способствующих воспроизводству рабочей силы. Однако первичное значение имеет упразднение искусственных препятствий для воспроизводства рабочих. В условиях быстрого хозяйственного развития России 2000-х годов работодатели столкнулись с проблемой локального дефицита кадров. Особенно остро она встала для новых индустриальных предприятий, созданных при активном участии иностранного капитала. Уже в 2003 году обнаружилось: наличие необходимых той или иной компании специалистов на российском рынке труда еще не означает возможность их привлечения. Люди, обладавшие необходимой квалификацией, имелись в стране, но включение их в деятельность предприятия требовало смены ими места проживания. Именно это представляло основную проблему. Потенциальные кадры не могли быть свободно привлечены, поскольку смена места жительства означала для них серьезные бюрократические трудности, оборачивалась потерей значимых прав.

На новом месте специалисты-мигранты должны были по закону проходить забюрократизированную процедуру регистрации. При этом отсутствие у них собственного жилья являлось серьезной проблемой. Без собственной недвижимости практически нереально было получить регистрацию по месту жительства в другом регионе, что означало непредоставление человеку многочисленных социальных прав. Проблемой становилось буквально все: от приобретения автомобиля до устройства детей в школу. Получить положенную по закону бесплатную медицинскую помощь по общенациональному полису также было нельзя. Проблемой длительное время являлось взятие кредита в банке. В предоставлении займа могли отказать, сославшись на отсутствие местной регистрации (прописки), или назначить процент выше обычного. В результате мигрантами становились преимущественно молодые люди, которые, как правило, не имели собственного жилья. Они меняли место проживания, не проходя официальной процедуры регистрации, а в лучшем случае, покупая «подлинные» справки о законном пребывании в данном населенном пункте. Прежде всего, такая практика действовала в Москве — экономической столице страны, фактическое население которой приблизилось в 2008 году к 20 млн. человек. Региональные предприятия просто испытывали нехватку специалистов, набрать которых в других территориях России оказывалось непросто.

Рабочие-мигранты из других регионов не могли получить нормальный легальный статус, поскольку он не был автоматическим для граждан РФ на всей территории страны. Они избегали контактов с государственными органами (включая суды), не имели возможности создавать нормальные семьи и рожать детей. В таких условиях большинство работников рассматривало свое пребывание в другом городе как временное, несмотря на безуспешные попытки легализоваться для постоянного проживания.

Действующий в России порядок регистрационного учета в 2003-2004 годах оказался смягчен. Правительство пошло на создание правовых лазеек для граждан, позволив им жить и работать не по месту официальной регистрации. Однако проблемы связанные с привязкой многочисленных прав к месту постоянной регистрации сохранились. Невозможным оставалось поменять паспорт, получить ИНН или заграничный паспорт. Все эти вполне обычные действия порождали трудноразрешимые проблемы, связанные с особенностями российской паспортно-регистрационной системы. Обращения граждан, работавших вне регионов официальной регистрации, в органы государственной власти неизменно заканчивались одним и тем же – отсылкой в соответствующие органы по месту прописки. Работники-мигранты постоянно ощущали себя гражданами другого государства в собственной стране. В результате, наиболее экономически активная часть общества превращалась в дискриминированную часть граждан, которую настоятельно лишали возможности вести «нормальную жизнь». Вместо единого рынка труда в России существовало множество связанных локальных рынков. Перемещение наемных работников из одного такого рынка в другой не являлось противозаконным, однако влекло за собой социальные риски и многочисленные проблемы.

Экономическое развитие страны настоятельно требовало изменения этой ситуации. Она изменялась объективно: новое трудовое поколение вынуждено было строить самостоятельную жизнь, оно было морально подготовлено к поиску работы по принципу наибольшей выгодности. Миллионы россиян оставляли родные места и стремились найти себя в новых регионах. Материальные плюсы являлись определяющими. Однако экономические выигрыши от смены места жительства легко могли быть съедены бюрократическими проблемами.

Рынок труда в России нельзя назвать свободным. При этом он не является и управляемым государством, поскольку механизмы бюрократического распределения потоков рабочей силы практически не функционируют. Движение трудовых ресурсов является стихийным. Направление потоков рабочей силы определяется вполне рыночными законами. Люди стремятся мигрировать в те регионы, где их профессиональные качества могут обеспечить наибольший доход. Несвобода рынка выражается в наличии жестких внутренних барьеров, препятствующих движению наемных работников, и наличии норм, изменяющих правовое положение людей при смене места проживания. Паспортный и регистрационный режим в России выступает в виде внутренней преграды, искусственно разбивающей национальный рынок труда. Данный режим совершенно не соответствует задачам экономического развития страны, успешному привлечению инвестиций в реальный сектор, развитию предприятий практически во всех отраслях экономики. Бюрократическая привязка человека к месту формального проживания (система регистрационного учета) является причиной ряда хронических проблем в развитии российского национального хозяйства.

В результате действия паспортной и регистрационной системы в одних регионах страны скапливается избыток рабочих рук, в то время как другие — развивающиеся более динамично — испытывают их нехватку. Общее наличие нужных различным компаниям специалистов оборачивается невозможностью привлекать их в необходимых количествах. Это сдерживает развитие предприятий. Регистрационная и паспортная система также тормозит приток инвестиций в реальную экономику, поскольку наем и концентрация необходимой массы специалистов упирается в совершенно нерыночные преграды. Сложные регистрационные нормы снижают активность даже потенциально наиболее экономически подвижной части общества. В значительной мере в результате действия жестких регистрационных порядков люди не считают естественным делом смену области проживания, предпочитая оставаться на насиженных местах при минимальных заработках, но с действующими гражданскими правами. Это оборачивается большим региональным разбросом в оплате труда, а местами и высокой безработицей.

Проживание в населенном пункте отличном от места регистрации влечет за собой не только фактическую потерю в правах для граждан, оно оборачивается также дополнительной финансовой нагрузкой. В случае создания семьи (ни один из членов которой не является прописанным в данном месте) расходы еще более возрастают. Проживающие не по месту формальной регистрации граждане вынуждены полностью оплачивать медицинское обслуживание, поскольку выданные им по месту работы страховые полисы не действуют без прописки. Им также часто приходится нарушать закон, давая взятки чиновникам в ответ на вымогательства. Коррупционные статьи расходов являются достаточно большими. Они включают в себя: взятки милиционерам, проводящим проверки документов на улице (прежде всего в Москве); взятки участковым милиционерам, выслеживающим «незаконных лиц». Дорогостоящей является покупка подлинных и фальшивых документов: заграничных паспортов, свидетельств о регистрации по месту пребывания и всевозможных справок. Получение практически любой бумаги для российского гражданина, проживающего не по прописке, превращается в ее покупку.

Потеря времени на прохождение запутанных бюрократических процедур также является важным экономическим фактором. Она принуждает многих граждан (даже проживающих по месту прописки) идти на коррупционное решение проблем. Посредниками между людьми и бюрократическими институтами выступают разнообразные фирмы, связанные с чиновниками. Выигрыши многочисленных групп бюрократии от получения взяток, порожденных действием паспортно-регистрационной системы, невозможно оценить, они очень велики. Однако это выигрыши исключительно паразитических структур.

Выгоды от режима прописки коррумпированных сотрудников милиции и представителей иных властных ведомств лежат дополнительной нагрузкой как на гражданах, так и на экономических институтах общества. К любопытным последствиям это приводит в Москве. Если жители города, имеющие прописку, любят поворчать на тему отнимающих у них заработок иностранных иммигрантов, то мигранты-россияне, как правило, являющиеся квалифицированными работниками, высказывают свои претензии. Многие из них считают, что москвичи готовы работать за гроши и просто обваливают зарплаты на рынке. Причина подобных оценок в немалой степени состоит в искусственно созданной разнице в расходах. Имеющие прописку и собственное жилье люди пользуются своими правами российских граждан.

Их медицинские полисы признаются, детей принимают в школу и детский сад с меньшими проблемами. Милиция не пытается постоянно вымогать у них деньги, а получение документов не требует крупных затрат (иногда до нескольких тысяч евро). Воспроизводство рабочей силы, т.е. воспитание и обучение детей, обходится нелегальным гражданам значительно дороже, чем имеющим регистрацию. Все это суммарно становится нагрузкой для предприятий, которые объективно не могут обойтись в развитии без привлечения необходимых кадров. Рыночная экономика не способна полноценно развиваться при наличии норм, прикрепляющих человека к месту и принуждающих его нарушать законный порядок для элементарного изменения места работы. Результатом действия данных норм в России является затруднение для компаний набора персонала и увеличение затрат на его привлечение. Регистрационно-паспортная система приводит к удорожанию квалифицированных специалистов. При этом материальные выигрыши для работников в значительной мере съедаются издержками, связанными с действием регистрационных норм. Вопреки общепринятому представлению о миграции, как явлении, влекущем за собой падение заработной платы, наличие в России режима прописки вызывает повышение оплаты труда квалифицированных работников. Регистрационная дискриминация только усложняет набор специалистов, делая их услуги более дорогими.

Регистрационный и паспортный режим оказывает многообразное влияние на деятельность компаний, не сводимое только к издержкам найма. Порядок юридического прикрепления граждан к определенному месту способствует усилению текучки кадров в компаниях. В связи с ускорившейся в России с 2004 года инфляцией, проблема быстрой сменяемости персонала сделалась крайне важной для многих предприятий. Не имеющий регистрации по месту проживания работник испытывает большую нагрузку, связанную с социальными расходами, арендой жилья, коррупционными затратами на постоянно требующуюся «легализацию». Сокращение реального заработка быстрее приводит его к выводу о необходимости смены места работы. В результате компании теряют наиболее квалифицированный персонал. В период 2006-2008 годов в некоторых фирмах, согласно наблюдению специалистов ИГСО, ежемесячно могла меняться десятая часть сотрудников. Нередко люди увольнялись, едва только успев войти в курс дел. Частая смена персонала вызывала путаницу, перегрузки, сбои. В конечном итоге она не могла не повлечь за собой потери в прибыли [2].

Необходимо подчеркнуть, что вина за текучку кадров в немалой степени лежит на высшем менеджменте компаний, как правило, не стремившемся индексировать зарплаты. Потери предприятий от быстрой смены персонала маскировались до 2008 года высокой рентабельностью, обусловленной благоприятной конъюнктурой. Вследствие бесполезности медицинских полисов для незарегистрированных по фактическому месту проживания сотрудников, компании стремились предоставлять определенным группам работников социальные пакеты. Они представляли собой дополнительную медицинскую страховку (облегчавшую приобретение лекарств и получение медицинской помощи), возможность оплачиваемого работодателем отдыха, санаторно-курортного лечения. Социальный пакет мог предполагать оплату обучения, проезда до работы, часто — включал бесплатное питание сотрудников на работе, иногда — обеспечивал оплату проживания. Однако это не могло быть полноценным решением ни для работодателя, ни для персонала. Обслуживание в частных клиниках обеспечивало снятие лишь одной из проблем, порожденных регистрационным режимом. В то же время, социальные пакеты не могли компенсировать инфляционных потерь в зарплатах и существенно снизить кадровую текучку. Это означало, что возникавшие под ее воздействием проблемы с развитием предприятий оставались нерешенными.

В целом стратегическому развитию компаний мешали: проблемы с наймом персонала необходимого уровня, текучка кадров, дополнительные расходы на медицинское страхование части сотрудников, вызываемые, в первую очередь, стремлением сэкономить. Все эти проблемы были связаны с паспортной и регистрационной системой в стране. Действие в России порядка юридического прикрепления граждан к месту формального проживания вызывало также иные проблемы экономического характера. Проживающие не по месту прописки граждане, а также лишенные документов иммигранты, вследствие коррупционной нагрузки, почти полной отчужденности от национальной системы здравоохранения и социального страхования (включая пособия по безработице) ослаблялись как потребители товаров. Средства, которые могли быть ими расходованы на приобретение необходимых товаров и услуг, в большей мере уходили на оплату дорогой медицины и удовлетворение коррупционных аппетитов бюрократии. Это затрудняло отдых, получение медицинской помощи, лишало поддержки в случае потери заработка, что становилось преградой для повышения качества рабочей силы, в конечном итоге, мешало ее воспроизводству.

Регистрационно-паспортная система влияет на производственные отношения. Наиболее явным представляется ее воздействие на проблему мотивации сотрудников. Работники лишенные постоянной регистрации рассматривают свое проживание в том или ином регионе как временное, хотя de facto оно является постоянным. Это влияет на их отношение к работе: она не воспринимается многими как постоянная, избираемая на длительный срок. Также навязанный статус не проживающего, а находящегося в месте пребывания, со всей следующей ограниченностью в правах, отрицательно влияет на карьерные устремления многих работников. Раз проживание и работа носят лишь временный, обусловленный исключительно материальными потребностями характер, рост в иерархии предприятия легко может отойти на задний план. Все это оборачивается затруднениями в мотивации сотрудников, усложняет установку связи между ними и интересами компании. Регистрационная и паспортная система оказывает влияние на бюджетные расходы и поступления. Граждане, проживающие не по месту официальной регистрации, не видят смысла в налоговых отчислениях с заработка, поскольку лишены возможности нормально пользоваться своими правами. Они, как правило, равнодушно относятся к тому, что большая часть их заработной платы не облагается налогами, является серой. С другой стороны, государство расходует огромные средства на обеспечение функционирования сложной паспортнорегистрационной системы, содержит многочисленный неэффективный штат чиновников.

Однако жесткий регистрационный режим не обеспечивает достижение провозглашенных целей: получения информации о местах проживания граждан для выполнения ими своих обязанностей перед государством и облегчение расследования преступлений. Вместо этого паспортный и регистрационный режим в стране способствует росту коррупции в правоохранительных и иных органах, нанося серьезный вред экономическому развитию. Меняя место проживания, люди выпадают из поля зрения «своих» чиновников.

Несмотря на произошедшую почти повсеместно легализацию коммерческих предприятий, в России сохраняются структуры, не имеющие государственной регистрации и не платящие налоги. Их деятельность часто является противозаконной (например, публичные дома и магазины подпольной продажи алкоголя) или просто нелегальной (расклейка объявлений, торговля, оказание различных услуг, подпольные мастерские). Наиболее заметные из подобных предприятий могут иметь формально легальный статус, никак не согласовывающийся с их фактической деятельностью. Такие структуры нанимают людей без оглядки на их правовое положение и организуют свою деятельность с грубыми нарушениями трудовых норм.

На нелегальных производствах часто встречаются высокий травматизм (вообще не соблюдается техника безопасности), вредные и тяжелые условия труда. Продолжительность рабочего дня может превышать 12 часов, а работы нередко ведутся без выходных. Заработная плата часто задерживается, иногда — не выплачивается совсем или крайне редко, небольшими частями, имеют место избиения работников. Все это характерно и для вполне легальных предприятий, прибегающих к найму лиц, не имеющих законного статуса в России.

В описанных условиях трудятся в основном иммигранты из Средней Азии, Китая и других стран, находящиеся на территории РФ незаконно. В городах существуют целые теневые «биржи» труда, компании, содействующие найму нелегальных работников. Нередко они помогают людям найти работу за материальное вознаграждение.

В не лучшем положении, чем нелегальные иммигранты, находятся люди, не имеющие паспортов или располагающие только старыми советскими паспортами, выданными на территории РСФСР и других республик СССР. Не имея собственного жилья, а с ним и места постоянной регистрации, они не могут получить новые паспорта и остаются на нелегальном положении. Не имеющие паспортов или располагающие советскими паспортами люди лишены возможности легального трудоустройства. Их положение отличается от положения нелегальных мигрантов только невозможностью депортации на родину (доказать наличие российского или иностранного гражданства для владельцев советских паспортов часто не представляется возможным). Эти люди также, как и другие категории работников, лишены социальной и правовой защиты. Легализация для них возможна, главным образом, благодаря дорогостоящей покупке российских паспортов (чаще всего с региональной пропиской) в многочисленных юридических фирмах, сотрудничающих с чиновниками, ведающими регистрацией граждан и выдачей паспортов. Получить российское гражданство законным путем (пройдя через сложные бюрократические процедуры) без необходимых бумаг (старого паспорта, свидетельства о рождении и т.д.), наличия разрешения на временное проживание как доказательства проживания в России более пяти лет практически нереально.

Институт прописки не вписывается в новую социально-экономическую структуру российского общества. Рыночные отношения являются господствующими, однако потенциал свободного рынка труда еще далеко не использован. Экономика нуждается в устранении бюрократических помех для передвижения рабочей силы, что является одним из важнейших условий, способствующих созданию новых предприятий, росту капиталовложений и расширению деятельности отечественных и зарубежных компаний. Устранение существующего регистрационного и паспортного порядка повысило бы потребительскую активность населения, явившись стимулом для улучшения ситуации с воспроизводством и повышением качества рабочей силы. Выйдя из регистрационного подполья, многие граждане-мигранты могли бы более полно реализовать свои профессиональные качества, применить и восполнить знания.

В случае отказа от преобразований, уже ставшие хроническими проблемы на рынке труда в условиях экономического роста сделаются еще более острыми. Компании продолжат испытывать возрастающие трудности с набором персонала и нести совершенно излишние издержки, что будет негативно отражаться на рентабельности. Экономика не сможет развиваться с максимальной динамикой, рост потребления останется меньше возможного. Это станет тормозом для увеличения производства. Квалифицированные работники будут продолжать уезжать за рубеж, где они смогут лучше себя реализовать и обустроить быт, несмотря на меньший заработок. Существующий в России паспортно-регистрационный порядок противоречит потребностям рынка. Он неминуемо должен быть устранен. Без нормального рынка труда развитие товарного рынка и роста институтов экономики не может продолжаться успешно.

Дальнейшее хозяйственное развитие России требует качественных перемен: отказа от внутренних паспортов с заменой их удостоверениями личности, отмены действующих норм регистрации, ликвидации ограничения прав граждан территорией проживания. Заменяющее современный паспорт удостоверение личности должно стать документом, подтверждающим только личность гражданина, без указания семейного положения, адреса регистрации и прочей приписной информации: региона выдачи документа, территории постановки на военный учет. Удостоверение личности, в отличие от паспорта, - не разрешение на перемещение и проживание, не путевое свидетельство, а удостоверяющий личность гражданина документ.

Меняя место проживания вместе с местом работы, человек не должен терять время на бюрократические процедуры. Регистрация должна стать быстрой и уведомительной, без внесения в документы отметок о месте проживания. Пребывание в любой части страны должно являться свободным, без какого бы то ни было разрешения властей. Процедура выдачи загранпаспорта должна быть существенно упрощена, сводясь к выдаче документа по требованию гражданина без всякого бюрократизма и освидетельствования. Различные сборы при уведомлении о перемене места жительства или получении документа также стоит упразднить. Необходимым является распространение действия прав граждан на всю территорию страны, а не только на место прописки. Разумным является также упрощение процедуры получения российского гражданства для иностранных мигрантов. Это способствует их социализации, а для наиболее грамотных станет возможностью подняться на более высокую квалификационную ступень. Одновременно упрощенная легализация иностранных мигрантов привяжет их к национальному рынку как потребителей. Важно также облегчить получение российского гражданства лицам без гражданства (не располагающим никакими документами) или имеющим старые советские паспорта.

В результате подобных преобразований в России завершилось бы создание единого рынка труда. Возникло бы целостное правовое пространство для граждан. Это облегчило бы жизнь граждан, повысив их заинтересованность в экономической миграции. Для национального хозяйства описанные меры дали бы больше рабочих рук, во многом избавив работодателей от затратных поисков необходимых профессионалов. Все это положительно сказалось бы на потребительском рынке и повысило бы инвестиционную активность в стране.

См. также:
- Исторический обзор регистрационной и паспортной системы


Сноски:
[1] Колташов В.Г., «Средний класс» в России: материальное положение, сущность, сознание». Аналитический журнал «Левая политика» №1 2007, С. 46-53.
[2] Российские компании не держатся за персонал. Информация. Электронная страница Института глобализации и социальных движений (ИГСО), 8 июля 2008 года: http://igso.ru/news.php?readmore=94
Источник: Книга "Паспортно-регистрационная система Российской Федерации. Анализ эффективности" /Под ред. Б. Л. Панича, Е. В. Ринн. — С.-Пб., 2009. — 240 с. ISBN 978-5-98240-055-0

СТАТЬИ >> РАЗНОЕ

Исторический обзор регистрационной и паспортной системы

Василий Колташов, руководитель Центра экономических исследований
Института глобализации и социальных движений (ИГСО).

Было бы неверно полагать, что прописка и система внутренних паспортов, ограничивающих права граждан зоной разрешенного проживания, являются в истории исключительно российским явлением.

Напротив, подобные порядки существовали во многих странах в различные периоды времени. Они зародились на Древнем Востоке затрагивая прежде всего сельское население. Затем проявились в сословном порядке средневековой Европы. Но наиболее полное свое выражение они получили в эпоху упадка Римской империи, найдя воплощение в позднем римском праве (вульгарном римском праве, послужившем основой для средневекового и позднейшего права).

По своей сути регистрационная и паспортная системы России представляют форму ограничения рабочей силы в свободе передвижения и выбора места проживания. Паспортно-регистрационная система устроена и функционирует таким образом, что люди могут трудиться без утраты многих своих прав лишь по месту формально установленного проживания. Паспорт выступает разрешением на передвижение, одновременно свидетельствуя о постоянном месте жительства человека. Институт прописки лишает российских граждан свободного выбора места жительства. Прописка (вся система регистрационных норм) и паспорт служат лишь формальным выражением правового порядка, согласно которому человек фактически не имеет права без разрешения государственных органов покидать место, в котором обязан проживать. Переселяясь на другую территорию, где ему не принадлежит жилая недвижимость, гражданин оказывается на полулегальном положении. Получение прописки, выступающей как разрешение на проживание, становится для него крупной проблемой. Это оборачивается серьезными затруднениями всего развития российской экономики.

Порядок ограничения свободы передвижения и проживания для отдельных групп населения практиковался в истории на протяжении тысячелетий. Он мог быть очень суровым и относительно мягким, но никогда не определялся характером правителя. В основе установления норм контроля над населением всегда лежали экономические интересы определенных групп общества. Крестьян прикрепляли к земле и занятию, чтобы не дать им возможности уйти от эксплуатации. Работник, привязанный к средствам производства и конкретному месту обитания, не мог ускользнуть от феодала, присваивавшего часть крестьянского урожая и обязывавшего бесплатно трудиться на себя. С такого зависимого труженика государству удобней было собирать налоги.

Жесткость прикрепления крестьян и ремесленников зависела от интересов правящего обществом класса. В одних исторических условиях отсутствие у большой части населения прав на свободу выбора места обитания способствовало хозяйственному развитию общества, в других — являлось его тормозом. Иногда выражало глубокий кризис всей прежде существовавшей системы экономических отношений и возникавших на их основе институтов. Когда экономическое развитие требовало освобождения рабочих рук от спутывавших их ограничительных норм закона, это неминуемо происходило как вследствие общественных потрясений, так и законодательных преобразований.

Римский образец общества с широким распространением ограничительных норм в праве граждан менять место жительства, а с ним и профессию начал складываться в конце III века. Предшествовавший этому исторический период был временем глубокого кризиса всего римского рабовладельческого общества. На протяжении почти столетия средиземноморскую империю сотрясали непрерывные гражданские войны, восстания и вторжения варварских племен. Свирепствовали эпидемии. Наиболее сложный этап полосы нестабильности, продолжавшийся почти 50 лет, получил название «эпохи солдатских императоров». Накал политической борьбы был так велик, что императоры, правившие более двух лет, считались удачливыми. Никакой законной передачи власти, как правило, не происходило. Одного главу империи смещал другой.

Конец политическому хаосу положил император Диоклетиан, правивший с 284 по 305 год. Он стабилизировал управление, но установил порядок, лишавший большинство свободных жителей империи их прежних прав.

В период расцвета римского государства в Ι–ΙΙ веках в экономике господствовали товарные отношения. Все свободное население, от римских граждан до отпущенных на свободу рабов, могло беспрепятственно перемещаться по стране и выбирать себе место жительства исходя из собственных интересов. Люди не были ограничены в праве избрания профессии.

К началу IV века многое изменилось. Римская хозяйственная система переживала тяжелейший кризис: прежние отношения рушились, многие города приходили в упадок, население сокращалось. Доходы от торговли снижались. В деревне происходил переход от производства на продажу к натуральному хозяйству. Место небольших поместий с использованием рабского труда занимали крупные имения — латифундии, землю в которых возделывали арендаторы. Налоговые поступления непрерывно сокращались. Люди бежали от тягот налогов, оставляя свои занятия. Государство теряло финансовую устойчивость.

Чтобы сдержать распад старого общества, Диоклетиан принял жесткие меры. Он запретил подданным покидать места своего жительства и менять виды деятельности. Кузнецы должны были оставаться кузнецами, передавая по наследству не только имущество, но и обязательное занятие, кожевенники — кожевенниками, земледельцы — земледельцами. Владельцы мастерских или торговых предприятий обязаны были содержать их любой ценой. Все несли налоговые и иные тяготы в полной мере. После Диоклетиана другие правители империи, даже разделенной на Западную и Восточную державы, продолжали придерживаться той же политики. Самым тяжелым оказалось положение сельских арендаторов — колонов. Их статус был почти приравнен к статусу рабов. Прежний порядок заключения письменных и устных договоров с владельцем земли отменялся, колоны прикреплялись к ней навечно, были обязаны обрабатывать ее, выплачивая все подати.

Созданный правовой порядок получил название прикрепления человека к месту и роду занятий. Изменять свое положение без разрешения власти не дозволялось. Тех, кто пытался бросить потерявшее всякий смысл, но прежде приносившее плоды дело, сурово наказывали. Сословная система римского общества стала жестче, более репрессивной. Бюрократическая машина империи выросла. На протяжении IV–VI веков нашей эры императоры Западной и Восточной римских империй ужесточали порядок, установленный Диоклетианом, параллельно упрощая законодательство. Своего пика этот процесс достиг в годы правления императора Юстиниана (527–565 годы), воплотившись в его кодексе. Юридическое основание для прикрепления человека к месту и ограничения его права на передвижение было разработано в римском государстве. Это не спасло его от хозяйственного ослабления и распада. Однако правовой базис, оформленный довольно детально, был создан и в дальнейшем не раз использовался.

Корни российской системы прописки и паспортов лежат в глубоком прошлом. Вместе с зарождением на Руси феодального государства менялась вся система общественных прав и свобод. Еще до принятия христианства, княгиня Ольга отменила прежнюю практику полюдья, походов правителей за данью на формально подвластные государству племена. Вместо полюдья устанавливался оброк, собираемый уже не военной силой, а относительно мирно. Учету подлежали дворы, люди и скот племен. В зависимости от богатства подвластных земель устанавливался и регулярный оброк.

В дальнейшем, земли, прежде принадлежавшие крестьянам-общинникам, оказались собственностью феодальной аристократии — боярства, во главе которой стояли князья. Система учета голов и имущества свободных землепашцев (смердов) превратилась в систему учета богатства феодального владения. Крестьяне попадали в зависимость к его хозяевам. Помимо внесения натурального оброка, они должны были также трудиться на его пашне — отрабатывать барщину. На их плечи ложилась и другая работа в хозяйстве господина. Сопротивление закабалению свободных крестьян подавлялось, а устанавливавшийся порядок подкреплялся идеологией православного терпения и послушания. Закладывались основы многовековой системы несвободы, в новых условиях выразившейся в форме прописки и паспортного порядка.

Многие смерды пытались бежать от феодальной эксплуатации, укрываясь в диких краях и распахивая новые земли. Но феодальная экспансия шла по их следам, настигая уже на новом месте. Постепенно, столетие за столетием, феодальные отношения экстенсивно захватывали все новые и новые территории, поглощая «свободные земли». Однако географические особенности России не позволяли феодальной власти добиться полного контроля над миграцией крестьян, остановить их бегство от хозяев. Не помогала даже опора на сильную монархическую власть и бюрократию Московского царства. Если французскому или немецкому крестьянину некуда было бежать от своего господина, то русский крестьянин мог укрыться среди казаков на реке Дон или податься на Волгу.

Характерно, что установление в России паспортной системы оказалось связано с устранением государством последних свободных от феодальных норм территорий. Долгое время Московское царство вынужденно было терпеть казачью автономию на Дону. Формально эти земли входили в состав государства, но их жители имели особые права. В Москве находилось посольство Донского войска — зимовая изба. Судить казаков на территории московского государства могли лишь такие же казаки. Но главной проблемой для феодального государства оставалось правило казаков: «С Дону выдачи нет». Оно означало, что любой зависимый человек, не имевший права покидать определенное ему место проживания без разрешения господина, превращался на берегах Дона в свободного. Государство терпело такое положение исключительно из-за военной необходимости: казаки защищали его рубежи. Однако после крестьянского восстания 1707–1710 годов, в котором активно участвовали и казаки, самовольные привилегии Дона оказались ограничены.

Право личной свободы оставалось за теми, кто уже имел его. Новые переселенцы на Дон должны были либо возвращаться хозяевам, либо превращаться в зависимых людей казацкой верхушки. На Дону разрешалось отныне пахать землю, выращивать хлеб. Но наряду с небольшими наделами рядовых казаков, продолжавших нести военную службу, появлялись поместья верховых казаков, получавших аристократические титулы от царя.

Паспортная система в России установилась в начале XVIII века. В 1719 году император Петр I ввел обязательные паспорта («проезжие грамоты») для крестьян. Покидать пределы места постоянного жительства без паспортов воспрещалось. Паспорт выписывал крестьянину его господин — помещик. При задержании властями крестьянина без паспорта, он рассматривался как беглый, как нарушитель закона. К этому времени в России уже прочно установилась система крепостного права, ставшая предшественницей современной прописки. К 1721 году паспорта полагалось иметь всем лично свободным подданным империи. В их «проезжих грамотах» обязательно указывались имя, отчество, фамилия, дата рождения, губерния и город, где они проживали. Обязательным пунктом было сословие, принадлежность к которому определяла права и обязанности подданного. Российский паспорт, в отличие от паспортов в Западной Европе, не служил свидетельством личности путешественника, облегчая пересечение многочисленных границ, а являлся разрешением на перемещение.

Даже свободные люди, за частичным исключением дворянства, не могли самовольно изменять место проживания. Жить полагалось по месту прописки, т. е. «приписания» к месту. Наиболее сурово нормы этой первой прописки работали в отношении евреев, религиозных сектантов, цыган и состоявших под надзором полиции лиц. Но самыми бесправными были крестьяне, составлявшие основную часть жителей России. Причиной введения паспортов и установления крепостного права как более жесткой формы феодальной зависимости стало вхождение России в мировой рынок, но отнюдь не расширение внутреннего рынка страны. До XVI века хозяйственное развитие России мало отличалось от развития экономики Франции или Германии. Однако превращение Англии и Нидерландов в мировые центры потребления хлеба, пеньки, льна и других продуктов феодального хозяйства изменило характер формирования экономики стран Восточной Европы.

Рост собственных городов замедлился, а расширение промышленности оказалось подчинено логике развития мирового рынка. Вместо ослабления феодальной зависимости в России произошло ее усиление. Приобретя возможность выгодно поставлять за рубеж продукты своего хозяйства, русские дворяне оказались также заинтересованы в полном контроле над работником — зависимым крестьянином. Такую политику стало проводить государство, превратив к концу XVIII века крестьян не просто в зависимых людей, но низведя их до положения рабов. Для контроля над огромной массой населения страны устанавливалась паспортная система, вводился порядок прикрепления человека к господину. Крестьян стало возможно продавать, отделяя от земли.

Установление паспортно-крепостнического порядка в России обеспечило дворянские хозяйства практически бесплатными рабочими руками. В горной и металлургической промышленности массово использовался подневольный труд крепостных, приписанных к определенному месту, роду занятий и владельцу. По желанию господина люди могли быть отправлены на каторгу или сосланы в Сибирь. Крестьян позволялось истязать. Их убийство хозяином, как правило, не преследовалось. Никакого самостоятельного правового статуса они не имели, а являлись собственностью. Крепостные составляли ничтожную часть потребителей страны. Основными покупателями товаров, преимущественно зарубежных, были дворяне, за ними следовали купечество и свободные городские слои. На протяжении XVIII века, начиная с индустриализации Петра I, экономика России росла. Но главным ориентиром для нее оставался внешний рынок. Развитие внутреннего рынка страны шло крайне медленно. Бóльшая часть возникших в XVIII веке предприятий в текстильной, горной и металлургической промышленностях работала на экспорт. Сбыт сельскохозяйственных продуктов иностранным купцам оставался главным источником денежных средств русского дворянства.

Пока в мировой экономике сохранялась прежняя система международного разделения труда, Россия должна была оставаться «отсталой», на деле периферийной страной. Порядок паспортного контроля должен был делаться строже, как и общий надзор над населением. В начале XIX века были введены загранпаспорта. Со временем во внутренних паспортах появилась графа «вероисповедание». К концу XIX века внешний вид паспорта приблизился к современному. «Проезжая грамота» стала книжечкой. В паспортах начали делаться отметки о регистрации. Паспорта выдавались на год. За выдачу нового документа требовалось платить пошлину в казну.

Господство в России подневольного труда создавало колоссальное отличие ее правовой системы от системы стран, где свободный наемный труд являлся нормой. Паспортная система не была российским изобретением. К началу XVII века она существовала во всех государствах Западной Европы. Возрождая древнюю традицию греков и римлян выдавать свободным путешественникам подорожные бумаги, европейские страны вводили аналогичные документы. В них нередко указывались черты владельца: цвет волос, форма носа, бровей, рта, рост и иные признаки. Однако вслед за крахом феодального строя ускорился рост численности класса наемных работников, часто перемещавшихся по стране и менявших место проживания вместе с работой. Развитие внутренних и внешних сообщений (железные дороги, морской и речной транспорт) тоже внесло свой вклад. Паспортная система получила импульс упрощения.

Паспорта оставались, но только для выезда за границу. Внутри стран начали использоваться удостоверения личности. Никакого прикрепления человека к месту и виду деятельности не допускалось. Все это способствовало быстрому общеэкономическому развитию стран Западной Европы и США, росту благосостояния населения, а значит, и расширению внутренних рынков. Россия обслуживала этот процесс как поставщик сырья, продовольствия и покупатель промышленных товаров.

Буржуазные революции XVI – XIX веков в Европе и Америке ликвидировали феодальные ограничения на перемещение капиталов, передвижение и выбор места проживания людей. В результате возникли национальные государства с единым гражданством и национальные рынки (включая единый рынок труда). Первыми на этот путь встали Нидерланды и Англия, надолго превратившиеся в центры мирового хозяйственного развития. Затем произошло освобождение североамериканских колоний и образование США, разразилась Великая французская революция. В революционные 1848–1849 годы дух преобразования проник почти всюду в Европе. В обиход вошли такие понятия, как свобода выбора места проживания и свобода передвижения.

Крушение хозяйства, основанного на феодальных нормах, началось в России сразу после волны европейских революций 1848–1849 годов. Произведенное ими политическое преобразование старого мира обуславливалось его экономическим развитием. Начиналась эпоха новой техники, а вместе с ней и заката старых отношений. В 1861 году император Александр II под давлением крестьянских выступлений объявил об отмене крепостного права. В Европе в то время разворачивался невиданный индустриальный подъем. Цены на продовольствие шли вверх. Но чтобы продавать больше хлеба, Россия должна была его больше производить, а для его подвоза к портам требовались сети железных дорог. Опираясь только на массовый подневольный труд, достичь таких изменений было нельзя.

Без наемного труда техническое обновление страны было невозможно. Но и дворянские земли не могли бы давать больше продукта без привлечения дополнительных трудовых ресурсов. Дворянство не желало как давать крестьянам землю, так и освобождать их без выкупа. Правительство в условиях роста в низах возмущения не могло не пойти на реформы. Власть решила освободить крестьян, обязав последних отработать на господ или внести откупные платежи за получаемый в собственность (по завышенной цене) участок земли.

Административные и правовые преобразования в Российской империи были значительны. Зависимость крестьян от помещика (их бывшему владельцу) носила уже иной, правовой характер — являлась экономической, долговой. Это создавало условия для дальнейшего изменения прежней системы, в которой большинство жителей страны было практически лишено прав. Однако получение крестьянами личной свободы не означало демонтажа паспортной системы. В виде пережитка крепостного права в государстве сохранялся институт прописки. Россия оставалась страной существенных бюрократических ограничений свободы передвижения и выбора места проживания.

Паспорта выдавались подданным по месту их рождения. Переезжая в какой-либо город, они обязаны были сдавать их в полицию на прописку. Полицейские чиновники вносили в документ отметку о новом месте проживания человека и проверяли подлинность паспорта, при наличии подозрений наводили справки. Однако заменить паспорт в любом месте государства было невозможно. Для выполнения этой операции людям приходилось ехать через всю страну в родную губернию, где они заменяли старый паспорт новым. Выполнение такой операции отнимало массу времени и средств, вызывая немалые возмущения. Прежде всего паспортные затруднения касались лиц, не имевших собственного жилья, как правило, бывших крестьян, ставших городскими рабочими, класс которых начал быстро расти с 1880-х годов. В паспортах таких новых горожан значилось сословие — «крестьянин».

В 1873–1878 годах мировую экономику поразил тяжелый кризис. Вслед за ним произошло падение мировых цен на хлеб. Низкие цены на продовольствие продержались до последних лет XIX века. Но то, что стало проблемой для сельского хозяйства, обернулось выигрышем для промышленности. Крестьянские хозяйства разорялись, несмотря на меры, предпринимаемые правительством. Отток рабочих рук из сел в города усиливался. За два последних десятилетия XIX века российская индустрия прошла период беспрецедентного подъема. Резко увеличились темпы экономического роста. В страну с избытком дешевой рабочей силы хлынул иностранный капитал. В итоге производство стали за период 1895–1900 годов выросло в 5,7 раза, в то время как за период 1861–1885 годов оно возросло всего в 1,6 раза. Не менее внушительным оказалось повышение темпов роста производства и в других отраслях. Внутренний рынок России расширялся, в нем быстро возрастала доля использования труда наемных работников.

Несмотря на отмену в конце XIX века царским правительством норм, обязывающих подданных всегда иметь при себе паспорт, страна была еще очень далека от реальных свобод выбора места проживания и передвижения. Прописка паспорта в полиции не являлась простой формальностью. Получение полицейской визы в паспорте означало разрешение проживать и работать в данном населенном пункте. Паспорта являлись долгосрочными документами, за получение которых не требовалось платить пошлины. Прописка также не оплачивалась. Паспорт полагалось иметь при себе во время любого выезда более чем на 50 верст от места прописки. Для выезда из страны требовалось разрешение властей, решавших выдавать или не выдавать подданному заграничный паспорт. Проживание где-либо без прописки считалось незаконным. Человек, нанимавшийся на работу и не имеющий прописки, оказывался бесправен. Полиция всегда могла найти его пребывание в данном населенном пункте противозаконным.

С ликвидацией крепостной зависимости большая часть населения России получила личную свободу. Но эта свобода была ограничена нормами регистрационной и паспортной систем, действующих в империи. Правовой порядок страны имел массу сознательно сохраненных властью пережитков крепостнической эпохи. Прежде всего они затрагивали интересы наемных работников, не имевших частной собственности и своего жилья. Только в результате революции 1905 года российские подданные всех сословий получили возможность относительно свободно избирать место жительства. Революция принудила Николая II отменить откупные платежи, крестьяне теперь превращались в полноценных собственников своих ничтожных земельных наделов. Они также получали право покидать родные места, поскольку более не удерживались обязанностью внесения откупных платежей. Эти изменения отвечали задачам быстрого индустриального развития России начала XX века. Полицейский контроль при этом сохранялся, как сохранялись и запреты для «неблагонадежных и опасных политических элементов» проживать в промышленных центрах. Паспорта и прописка документов в полиции оставались.

Качественные перемены принес 1917 год. Падение самодержавия положило конец всему подпиравшему его сословному праву. Неравенство людей перед законом в старой России вполне отражало господство помещичьего дворянства. Теперь пережитки крепостнической России, казалось, сметались безвозвратно. Советская власть отменила паспортный режим и прописку (1918 год). Документом, удостоверяющим личность, мог быть любой документ. Заграничный паспорт выдавался только для выезда за рубеж. Передвижение по стране и выбор места проживания являлись свободными. Однако к концу 1920-х годов в стране произошли серьезные перемены.

После смерти Ленина власть в СССР оказалась в руках бюрократической прослойки. Левая оппозиция во главе с Троцким была разбита. Обращение ее к рабочим и партийным массам не дало результата. Сталин как глава бюрократии сосредоточил в своих руках основную власть. Народные массы отстранялись от управления. Из партии вычищались старые революционные кадры, ставшие «неблагонадежными». На их место приходили молодые управленцы, мало связанные с идеями большевизма. Партия разрасталась, превращаясь в лояльное новым верхам болото.

Власть бюрократии еще более возросла после мирового кризиса 1929–1933 годов, больно ударившего по экономике советской России. Резкое падение мировых цен на хлеб совпало с «кризисом хлебозаготовок». Крестьяне требовали повышения закупочных цен и не спешили сдавать зерно государству. Ответные меры власти оказались жесткими. Хлеб начали изымать, перейдя затем к принудительному созданию колхозов. К 1933 году страна оказалась совершенно непохожей на ту, какой была еще в 1928 году. Господствующими стали административно-командные методы управления. В 1932 году в СССР произошло возвращение к регистрационно-паспортной системе. Каждый советский гражданин получал внутренний паспорт. В отличие от паспорта царской России новый документ имел фотографию владельца. В паспортах содержались сведения о дате рождения, национальности, социальном положении, отношении к военной службе.

Указывались семейное положение и прописка. Для выезда за рубеж требовался заграничный паспорт и разрешительная виза. В правиле «всеобщего» распространения паспортов исключением стали колхозники, составлявшие большую часть населения страны. Паспорта не выдавались также военным, инвалидам и заключенным. В СССР была создана Паспортно-визовая служба (ПВС), включенная в структуру органов внутренних дел (НКВД). На ПВС возлагался «учет населения городов, рабочих поселков и новостроек, разгрузка этих мест от лиц, не занятых общественно-полезным трудом, а также очистка от укрывающихся кулацких, уголовных и иных антиобщественных элементов» (Постановление ВЦИК и СНК от 27.12.1932 «Об установлении единой паспортной системы по Союзу ССР и обязательной прописке паспортов»). ПВС должна была регистрировать прописку населения, ставшую к 1935 году разрешительной.

Сельские труженики не имели паспортов, равно как и права ухода из колхоза и переселения в город, до 1950-х годов. Трудодень вместо формы распределения колхозной прибыли по труду был раздачей оставленной бюрократией малой части урожая. Положение колхозников было схоже с положением государственных крепостных. При Сталине практиковалось прикрепление деревень к крупным государственным сановникам, например маршалам. Такое «дарение» деревень часто означало для колхозников облегчение их положения. Без официального разрешения колхозники не имели права переселяться из деревень. Миграция рабочей силы из сел контролировалась бюрократически.

Перемены в СССР к 1934 году были налицо: вместо удостоверений личности были введены паспорта, была отменена свобода передвижения и проживания граждан. Прописка становилась формой государственного разрешения на проживание, означавшего также разрешение на трудовую деятельность. В СССР были введены трудовые книжки, где отмечалась причина увольнения работника. Свобода самостоятельно выбирать места проживания была жестко ограничена. К концу 1930-х годов бюрократия жесткими мерами остановила вызванную низкими зарплатами текучесть кадров в промышленности. Опираясь на жесткий контроль над трудовыми ресурсами страны, бюрократия смогла преодолеть кризисный период. Создание тысяч новых предприятий сделало СССР индустриально-аграрной страной. Возросла численность городского населения. Резко упала зависимость экономики от внешнего рынка. Однако созданная в 1930-е годы система не подходила для нормального (не догоняющего) экономического развития. Ко времени смерти «отца народов» в СССР проявился кризис сталинской прописки.

Проблемой номер один для советской экономики являлось сельское хозяйство. Условия жизни на селе были очень тяжелыми. Поэтому к началу 1950-х годов массовым явлением стало бегство людей из деревень, несмотря на наличие паспортного режима в городах. С 1949 по 1953 год количество трудоспособных колхозников в колхозах (без учета западных областей страны) сократилось на 3,3 млн. человек. Глубокий кризис сельского хозяйства создавал угрозу голода. Нехватка продовольствия усиливала напряженную обстановку в промышленных центрах. Реформы оказались неизбежными. Были отменены жесткие меры, направленные против тружеников села. Колхозники, как и остальные советские граждане, получили паспорта. Они смогли более свободно переезжать в города для работы или учебы. Материальное положение сельских жителей резко улучшилось. Произошло общее смягчение паспортной и регистрационной системы. При этом внутренняя миграция населения оставалась ограниченной, что противоречило Конституции. Прописка оставалась формой выражения неравенства, указывая на наличие или отсутствие у гражданина тех или иных местных привилегий. Без прописки устроиться на работу было очень сложно. Особенно сложно было получить прописку в Москве и Ленинграде. Одним из условий ее получения для мигрантов являлась работа в течение нескольких лет на непривлекательном месте («лимит»). Наличие подтвержденного рабочего места являлось условием получения прописки.

28 августа 1974 года Совмин СССР утвердил Положение о паспортной системе. Паспорта стали бессрочными. Паспортизация распространилась на все население страны. Исключение составляли только военнослужащие. Графы паспорта остались прежними. Из документа исключалась лишь строка о социальном положении, но сохранялась графа национальность. В паспорт полагалось вносить данные о браке, имеющихся детях. В нем указывалась прописка, группа крови гражданина. При изменении фамилии ввиду замужества паспорт требовалось менять. Согласно Положению 1974 года, гражданин, изменивший место жительства или выбывший в другую местность на временное проживание на срок свыше полутора месяцев, обязан был выписаться перед выбытием. Наличие жилплощади на новом месте требовалось подтвердить. После прибытия на новое место, для того чтобы прописаться, необходимо было подавать заявление с согласием лица, предоставляющего жилую площадь. Исключением были командировки, каникулы, выезды на дачу, отдых или лечение. Заболевшему вне региона прописки человеку оказывалась медицинская помощь.

При переезде на все действия по выписке и прописке, включая личные посещения государственных учреждений, гражданину отводилось три дня. Власти имели право немотивированно отказать в прописке на новом месте. После этого гражданину предписывалось в 7-дневный срок выбыть из соответствующего населенного пункта. Без прописки проживать на любой территории СССР запрещалось.

Существовавшая в СССР система прописки и паспортного контроля отвечала характеру организации советского общества с господством бюрократического слоя и государственным контролем над перемещением рабочей силы. Бюрократическое управление капиталовложениями сочеталось с административным регулированием потоков рабочей силы. Недостаточное материальное мотивирование наемных работников компенсировалось административными мерами. После скачка мировых цен на нефть в 1973 году ускорилось возвращение России на мировой рынок. Партийно-государственная бюрократия СССР осознала себя не управляющим «общенародной собственностью», а потенциальным владельцем доходных предприятий. В 1991 году консервативные силы в КПСС потерпели поражение. СССР распался. Началась приватизация. Экономические условия вновь изменились.

Отмена прописки в 1991–1993 годах оказалась формальной и временной. В 1993 году прописка законодательно заменялась регистрацией по месту жительства. Вводилось также понятие регистрации по месту пребывания. Органами регистрации оставались структуры милиции, МВД. При пребывании не по месту проживания более десяти дней требовалось пройти процедуру регистрации в течение трех суток. Милиции полагалось штрафовать всех, кто не мог доказать, что находится на новом месте менее трех суток. Важным отличием новой системы прописки от советской было прикрепления человека не к местности, а к месту проживания — конкретной жилой площади. Права гражданина де-факто привязывались к территории проживания (город, район, поселок). Не имевшие собственной либо семейной недвижимости граждане превращались в почти бесправных лиц и изгоев. Им было трудно найти работу, их отказывались лечить и признавать в государственных органах.

Не ограничиваясь новым законом, Москва и некоторые другие субъекты РФ приняли собственные правила регистрации — еще более жесткие. В 1994 году в Москве устанавливался сбор в $4000 (в то время цена 5–6 комнатной квартиры) за регистрацию лица, ранее не проживавшего в столице. Его отмена произошла лишь в 1997 году. По всей стране получение любой регистрации становилось сложным, забюрократизированным делом, требующим массы времени, а часто и немалых денег. Временная и постоянная прописка (регистрация по месту жительства и по месту пребывания) сохранила разрешительный характер. Даже при покупке жилья прописаться в нем было непросто. В Москве милиция повсеместно проверяла документы граждан. При отсутствии временной или постоянной регистрации взимался штраф или, чаще, вымогалась взятка.

Как и прежде, прописка проставлялась в паспорте. Вместо старых советских внутренних и заграничных паспортов вводились новые внутренние и заграничные паспорта. Графа «национальность» отменялась. Но пока оставались бюрократические барьеры для миграции граждан, это могло быть лишь условным шагом к представлению о населении страны как о единой нации. Заграничный паспорт требовалось получать отдельно по месту прописки. Выездных виз не существовало, но заграничный паспорт являлся, в сущности, такой визой. На получение его часто уходило несколько месяцев. Внутри страны функцию визы выполняла регистрация.

Права граждан реализовывались по принципу наличия прописки. Проживавшие не по месту постоянной регистрации лица фактически лишались права на бесплатное медицинское обслуживание по общенациональному медицинскому полису. Они не могли обычным путем устроить детей в детский сад и школу. Большая часть экономически активного, молодого и средневозрастного населения не могла приобрести и зарегистрировать автотранспорт, получить водительские права, взять в банке кредит. Переселяясь на работу в другой город, граждане России оказывались бесправными чужаками. В Москве им приходилось избегать встреч с правоохранительными органами, представители которых безнаказанно выслеживали приезжих с целью получения взяток. В таких условиях для большинства граждан РФ единство страны оставалось фикцией.

Однако было бы ошибочно считать, что создание новой паспортной и регистрационной системы произошло спонтанно или противоречило экономической ситуации. 1990-е годы были периодом крайнего хозяйственного упадка страны. Шел болезненный распад старой социальной структуры общества. Власть, отражавшая интересы новых собственников, старалась не создавать механизмы административного регулирования миграции населения, а пресечь ее. Как и в период упадка Римской империи, требовалось удержать население на старых местах, фактически воспрепятствовав ему менять место проживания. Отличие состояло в том, что Россию ожидал не крах от вторжения варваров, а кризис 1998–1999 годов и последующий бурный рост экономики.

Пережив тяжелый перелом 1998–1999 годов, Россия очутилась в новых хозяйственных условиях. Трудовые ресурсы страны оказались востребованными. Начался приток иностранных инвестиций. Новый подъем мировых цен на нефть обеспечил рост прибыли российских монополий. Сложились новые экономические структуры: корпорации, банки. Заработала промышленность. Казавшиеся лишними рабочие руки были востребованы, потребовался даже массовый приток иностранных рабочих. Бюрократическая система регистрации, паспортного контроля и дискриминации граждан по территориальному признаку стала мощным тормозом экономического роста. В 2003 году была отменена ответственность граждан за пребывание без регистрации.

В 2004 году срок регистрации увеличился с 3-х дней до 90. С этого времени миллионы людей получили возможность жить без прописки, лишь периодически выезжая в другие города и оставляя билеты как доказательство срока своего прибытия. Другим крайне умеренным шагом стало упрощение процедуры выписывания; получение новой регистрации по месту жительства аннулировало старую регистрацию.

Предприятия начали массово принимать на легальную работу иногородних граждан. Однако, проживая не по месту прописки, граждане оставались ограниченными в правах. Действующие нормы противоречили Конституции РФ. Вердикты Конституционного суда оставались без результатов. Масштаб полицейского произвола не стал меньше. Получение постоянной регистрации, не имея собственного жилья, так и осталось дорогой и крайне сложной.

По мере того как экономический рост требовал все больше рабочих рук, получить их становилось все сложнее. Переезд на новое место, где имелась подходящая работа, означал для миллионов россиян серьезные проблемы с бюрократией и потерю многих прав. В результате, при свободном движении товаров и капиталов, в стране не существовало свободной миграции работников. Это затрудняло компаниям подбор персонала и лишало людей лучшего заработка. Реальные инвестиции рисковали повиснуть в воздухе: предприятия не могли работать без нужного персонала. Регистрационно-паспортная система дробила рынок труда, снижая экономические мотивы миграции специалистов.

ОСНОВНЫЕ ВЫВОДЫ:

1. Исторические корни регистрационной и паспортной систем лежат в глубоком прошлом. Российское общество не являлось первым обществом, основанным на прикреплении человека к профессии и месту проживания. Порядок, при котором не существовало свободы смены места проживания и свободы передвижения, возник еще в древности. Наиболее полное выражение он получил в период упадка Римской империи, отразившись в законодательстве (надолго ставшем образцовым) — позднем римском праве (вульгарном праве).

Возникновение феодализма привело к широкому распространению прикрепления людей к месту обитания, роду занятий и господину.

2. Основанием для будущей регистрационной и паспортной системы в России стало установление крепостного права в XVI – XVII веках. Оно не являлось признаком отсталости страны, но отвечало долгосрочным экономическими интересам феодальной знати, связанной с мировым рынком. Прежде всего крепостническая «патронажная регистрация» распространялась на сельское население, но очень часто крепостными были и рабочие.

3. В начале XVIII века в России осуществилась паспортизация населения с отражением в документах сословного положения подданных. Прежде всего введение паспортов было направленно против крестьян. Над ними устанавливался полный контроль, вплоть до продажи крепостных без земли с отделением от семьи. Пребывание крестьян где-либо вне места постоянного жительства без выданного хозяином паспорта могло рассматриваться как бегство и считалось противозаконным. Паспортизация населения и установление жесткого контроля над ним (в том числе и над лично свободными людьми) были неотделимы от установления крепостнических порядков, превративших большую часть жителей страны в рабов.

4. В отличие от России страны Западной Европы развивались в ином направлении, подчиняя при этом развитие России своей логике. Превращение Англии и Нидерландов в мировые промышленные и торговые центры позволило дворянским хозяйствам в России работать на экспорт. За рубеж поставлялись хлеб, пенька, лен и другие товары. Построенные при Петре I заводы также в значительной мере работали на экспорт (чугун, руды, иное сырье), опираясь на подневольный труд. В то же время в Западной Европе ширилось использование свободного наемного труда, что требовало не ужесточения контроля над миграцией населения (как было в России), а отказа от него.

5. Произошедшие на Западе в XVIII – XIX веках буржуазные революции привели к исчезновению как феодальных отношений, так и феодального права. Подданные превратились в граждан, завоевав также свободу передвижения и право беспрепятственно избирать место проживания. Сложились национальные рынки товаров, капиталов и труда. Это способствовало быстрому экономическому развитию, созданию передовой для своего времени индустрии и обширных транспортных сетей.

6. В России на протяжении XVIII – XIX веков (вплоть до отмены крепостного права) контроль над подданными со стороны бюрократии делался все строже. Появились заграничные паспорта. Во внутренних паспортах стало фиксироваться вероисповедание. Когда объективные условия потребовали от монархического правительства отмены крепостного права, паспортную систему пришлось менять. Крестьяне перестали быть собственностью и получили юридическую самостоятельность. При этом право в российской империи осталось сословным. Сословная принадлежность фиксировалась в каждом паспорте.

7. Отмена крепостного права и признание за всеми подданными правовой самостоятельности способствовали экономическому развитию России. При этом миграция возросла, так как многие бывшие крепостные превратились в наемных работников. Паспортную систему потребовалось менять. Особенно ощутимой оказалась необходимость перемен после снижения мировых цен на хлеб (со времени мирового кризиса 1873–1878 годов по последние годы XIX столетия), приведшего к массовой миграции из деревень и индустриальному росту России. Институт прописки был сохранен. Прописка носила разрешительный характер. Получение ее не оплачивалось. Подданные освобождались от обязанности всегда иметь с собой паспорт. Однако проживать где-либо без прописки воспрещалось. Паспорта являлись долгосрочными документами, но для получения заграничного паспорта требовалось подавать прошение.

8. После 1905 года российские подданные всех сословий получили возможность относительно свободно избирать место жительства. Революция принудила Николая II отменить откупные платежи, крестьяне теперь превращались в полноценных собственников небольших земельных наделов. Они также получали право покидать родные места, поскольку более не удерживались обязанностью внесения откупных платежей. Эти изменения отвечали задачам быстрого индустриального развития России начала XX века. Полицейский контроль сохранялся, как сохранялись запреты для «неблагонадежных и опасных политических элементов» проживать в промышленных центрах. Паспорта и прописка документов в полиции сохранялись.

9. 1917–1918 годы принесли отмену паспортов и прописки. Сохранялись лишь заграничные паспорта. Любой документ, выданный на конкретное лицо, становился удостоверением личности. В стране устанавливалась полная свобода передвижения граждан и выбора ими места проживания.

10. В результате сосредоточения всей власти в руках бюрократической прослойки общества и падения мировых цен на хлеб (влияние глобального кризиса 1929–1933 годов), в СССР развернулась форсированная принудительная коллективизация. Строго-административными методами проводилась индустриализация. Достижения прежних лет в сфере либерализации системы прописки были аннулированы. В 1933 году в стране была восстановлена паспортная система. В 1935 году появилась разрешительная прописка. Сельские жители не получали паспортов, полностью лишаясь права покидать места проживания без санкции властей. Жесткое административное управление капиталовложениями дополнялось не менее жестким управлением миграцией трудовых ресурсов, имевших низкую материальную заинтересованность.

11. К середине 1950-х годов обнаружился кризис «сталинской прописки», выразившийся в массовом бегстве колхозников в города. Проблемы приобрели общеэкономический характер, потребовав от власти реформирования паспортной и регистрационной системы. Сельские жители получили паспорта. В СССР произошло смягчение паспортного и регистрационного режима при сохранении почти полного государственного регулирования на рынке труда и контроля над передвижением населения. Паспорта стали бессрочными. В них сохранилась графа «национальность». Заграничные паспорта существовали отдельно от внутренних. Для выезда за рубеж требовалась выездная виза. Прописка выполняла функцию внутренней визы, дававшей разрешение на проживание и работу в данном регионе страны. Перемена места жительства осталась связанной с переменой места работы.

12. Отмена прописки в 1991–1993 годы оказалась непродолжительной и формальной. В 1993 году был установлен порядок регистрации по месту жительства и регистрации по месту пребывания. В России вводился строгий антимиграционный режим. Прописка и временная регистрация де-факто получали разрешительный характер. Вводимый вопреки Конституции РФ порядок прикрепления населения к местам проживания (по закону — к конкретной жилой площади) лишал граждан возможности свободного передвижения по стране с беспрепятственным выбором места проживания. В государстве сохранялось деление на внутренние и заграничные паспорта с фиксированием в первом типе документа места прописки. Реализация многих гражданских прав ограничивалась административно определяемыми зонами. Экономическим основанием установления подобного порядка являлся глубокий кризис социально-экономической структуры общества, связанный с разрушением прежних хозяйственных институтов и несформированностью новых. В этих условиях государство стремилось удержать население на «насиженных местах».

13. В 2000-е годы произошло незначительное смягчение режима прописки. После экономического кризиса 1998–1999 годов Россия вступила в полосу хозяйственного подъема. В стране сформировались адекватные мировым экономические институты, резко возрос спрос на рабочую силу, начался приток иностранных инвестиций. Действующая паспортная и регистрационная система стала мощным тормозом хозяйственного развития. В 2003–2004 годах были приняты первые, крайне слабые шаги по ее либерализации. Однако основные проблемы так и не были решены: регистрационный режим остался преградой для миграции населения и набора необходимого персонала компаниями. В стране с повсеместным распространением свободного движения капиталов и товаров рабочая сила по-прежнему остается в огромной степени прикрепленной к месту, определяемому регистрацией.

ИСПОЛЬЗУЕМЫЕ ИСТОЧНИКИ:

1. Википедия (материалы разделов «Прописка» и «Паспорт»): http://ru.wikipedia.org
2. История паспорта в России: http://www.pasporta.com/97.html
3. История паспорта, Электронный журнал «Час суда»: http://www.chas-suda.net/?div=articles&page=2
4. Кагарлицкий Б. Ю. Периферийная империя: Россия и миросистема. М., 2004.
5. Колташов В., Кагарлицкий Б., Романенко Ю., Герасимов И. Кризис глобальной экономики и Россия (Доклад Института глобализации и социальных движений). М., 2008.
6. Колташов В. Г. «Средний класс» в России: материальное положение, сущность, сознание. Аналитический журнал «Левая политика» №1, 2007. С. 46–53.
7. Колташов В.Г. Прописка. Информационно-аналитический журнал Института проблем глобализации «Глобальная альтернатива», 2006. http://www.aglob.ru
8. Краткий экономический словарь. М, 1958.
9. Полукарова Н. История паспорта. Электронная страница журнала «Второй паспорт»: http://www.citizenship.ru/index.php?art=202&no=11
10. Покровский М.Н. Русская история. М., 2005.
11. Постановление СОВМИНА СССР от 28.08.1974 № 677 об утверждении положения о паспортной системе СССР: http://pravo.levonevsky.org/baza/soviet/sssr4482.htm
12. Роговин В.З. Сталинский неонэп. М., 1994.
13. Материалы сайта нелегалов Москвы: http://www.nelegal.ru
14. Современная экономика. Ростов-на-Дону, 1998.

Источник: Книга "Паспортно-регистрационная система Российской Федерации. Анализ эффективности" /Под ред. Б. Л. Панича, Е. В. Ринн. — С.-Пб., 2009. — 240 с. ISBN 978-5-98240-055-0

СТАТЬИ >> ФИНАНСОВЫЕ РЫНКИ

Товарно-сырьевые облигации

Кучаев А.И., ведущий аналитик Института финансовых исследований

Дисбаланс в развитии реального и финансового секторов экономики, лежащий в основе наиболее заметных мировых событий последних десятилетий, может стимулировать широкое распространение новых финансовых инструментов, более тесно связывающих эти две области.

Одним из примеров таких инструментов являются товарные облигации (commodity-linked bonds).

По сути это обычные облигации, но их параметры (ставка купона, цена исполнения) «привязаны» к котировкам товарных инструментов.

Рассмотрим простой пример: товарная облигация с ценой погашения равной максимуму номинальной стоимости (1000 долл.) и стоимости 10 баррелей нефти сорта Urals. Если цена нефти на момент погашения составляет меньше 100 долл./барр., владелец облигации получит ее номинальную стоимость, если же больше 100 долл./барр. – номинальную стоимость плюс «нефтяную» премию. Такая облигация эквивалентна портфелю из обычной облигации и call-опциона на нефть и, соответственно, стоит дороже обычной.

Выпуск такой облигации нефтегазовой компанией позволил бы ей снизить стоимость привлеченных средств в обмен на долю в сверхприбыли от спекулятивно высоких цен на нефть и тем самым уменьшить свои финансовые риски.

Безусловно, компания могла бы разместить облигации и опционы по отдельности. Но этот путь имеет свои существенные недостатки. Торговля опционами на биржах жестко регулируется, позиции ограничены по объему, и ликвидность быстро снижается с увеличением срока обращения. Кроме этого, с учетом специфики деятельности нефтегазовых компаний, характеризующейся длительным периодом эксплуатации месторождений, наиболее приемлемым вариантом инжиниринга товарной облигации является привязка купона облигации к сырьевым котировкам. В таком исполнении ренто- зависимые платежи по долговым обязательствам могут быть привязаны к предполагаемому объему добычи, что позволяет обслуживать долг самым естественным образом. Подобрать эквивалентный портфель к такой облигации будет уже крайне сложно.

Более того, банки при оценке портфеля будут стараться максимально возможно захеджировать свои риски. Но как показано в [1], рынок производных бумаг имеет достаточно слабый потенциал прогнозирования будущих цен, поэтому существует вероятность получить несостоятельную оценку риска для портфеля и, как следствие, для проекта в целом.

Покупателями товарных облигаций могут стать потребители энергоресурсов (компании или даже страны), на состояние которых негативно сказываются высокие цены на энергоносители.

Например, хорошо известно, что такие государства, как Китай, Индия и др., субсидируют внутренние цены на нефтепродукты для стимулирования роста своих экономик. При этом Китай и Индия являются мировыми лидерами по приросту потребления энергоресурсов, и вопрос обеспечения поставок в будущем стоит у них наиболее остро. Самый распространенный подход к решению данной задачи – участие в международных проектах. Это позволяет иметь физическую нефть, хотя совершенно не гарантирует, что она будет недорогой.

В подобных проектах инвестиционное соглашение заключается, как правило, в формате СРП или сервисного контракта и представляет собой двухстороннее соглашение между государством-владельцем месторождения и консорциумом компаний, участвующих в разработке. Все основные параметры (норма доходности, принцип разделения добытой нефти и др.) жестко фиксируются на момент подписания.

Со временем такое соглашение «устаревает», поскольку не имеет внутренних механизмов подстройки к текущей рыночной ситуации. И чем быстрее меняется конъюнктура, тем быстрее происходит «старение» соглашения и тем больше стремление одной из сторон поменять начальные условия. Этим во многом и объясняется массовый пересмотр соглашений, прокатившийся по многим странам за последние несколько лет.

Чем более волатилен рынок, тем, во-первых, быстрее он меняется и, соответственно, быстрее «устаревают» соглашения и, во-вторых, тем сложнее сторонам прийти к новым договоренностям. Все это негативно сказывается на графике реализации самих проектов, что еще сильнее увеличивает неопределенность на рынке.

Подход, предлагаемый нами, предполагает только финансовые взаиморасчеты. Владелец облигации заранее знает свой финансовый результат «в единицах энергоресурсов». Платежи по ней он может переводить в физические объемы либо через покупки на спотовом рынке, либо через механизм арбитражной поставки на рынке фьючерсов.

Такой подход удобен еще тем, что оставляет государству право самому определять, когда и как разрабатывать свои ресурсы. Проблема в том, что зачастую стороны в международных проектах преследуют разные цели. Компании стремятся заработать прибыль. Интересы же государства могут быть гораздо шире. Они могут включать социальный, экологический и другие важные для него аспекты, и кроме того – они могут меняться в зависимости от ситуации.

Рассмотрим еще один простой пример: товарная облигация номинальной стоимостью D с квартальной процентной ставкой равной α*ρ, где ρ – цена нефти сорта WTI на момент выплаты купона, а α – некоторая постоянная величина. Очевидно, такая облигация эквивалентна долгосрочному контракту с квартальной поставкой нефти в объеме α*D. Только в отличие от контракта облигация может торговаться и иметь рыночную котировку.

Допустим, ее текущая стоимость β*D , а стоимость эквивалентной обычной бескупонной облигации составляет γ*D. Для простоты будем считать, что купон выплачивается только один раз в самом конце. Это означает, что покупатель платит за нефть, которую он «получит» в момент погашения облигации, цену в размере ñ=(β-γ)/α .

Если риски неисполнения обязательств по товарной облигации ничтожны и стоимость хранения нефти пренебрежимо мала, то цена ñ совпадает с текущей рыночной ценой ñ0. В общем же случае, ñ ≠ ñ0, и разница между ними отражает оценку участниками рынка существующих рисков текущих держателей облигаций. Если облигация имеет широкое распространение, то ее стоимость будет отражать усредненные глобальные риски.

Если сравнивать облигацию с форвардным (фьючерсным) контрактом, то последний имеет совсем другую структуру взаиморасчетов – в момент заключения контракта фиксируется цена, денежные переводы между покупателем и продавцом не производятся. В момент исполнения контракта владелец контракта получает 1 баррель нефти по ранее согласованной цене.

Взаиморасчеты по контрактам
Взаиморасчеты по контрактам

На практике, для открытия фьючерсной позиции нужна лишь незначительная начальная маржа. Этот факт активно эксплуатируется спекулянтами, что приводит к известному явлению, когда число «бумажных» баррелей намного превышает объем контрактов, связанных с физическими поставками. При значительных изменениях цены может происходить массовое закрытие спекулятивных позиций, которое порой может приобретать лавинообразный характер.

Выпуск товарной облигации, напротив, сопряжен с существенными финансовыми затратами. Поэтому первичное размещение такой бумаги спекулянтам осуществлять будет невыгодно. На вторичном рынке их участие возможно, но количество открытых позиций в любом случае будет ограничено.

Рассмотрим на примере, как производитель и потребитель могли бы снизить свои риски с помощью товарной облигации. Допустим, потребитель прогнозирует рост потребления энергоресурсов (нефти, газа, угля и т.д.) и обеспокоен уровнем предложения на рынке. Производитель, возможно, не столь оптимистичен в оценках роста спроса, и поэтому стоит перед дилеммой надо ли инвестировать в разработку новых месторождений. Будем предполагать, что производитель подходит к этому вопросу только с точки зрения цены – будут ли энергоресурсы стоить выше некоторой определенной величины, гарантирующей безубыточную разработку месторождения.

Допустим, что в ходе переговоров потребитель и производитель достигли согласия

1. по долгосрочной цене, устраивающей обе стороны, ñ*;

2. для привлечения инвестиций производитель выпускает товарные облигации (для наглядности будем считать, что добыча занимает короткий промежуток времени) с единственной купонной выплатой в размере (γ+α(ñ - ñ*))*D на конец периода добычи, где γ – доходность эквивалентной обычной бескупонной облигации. Механизм выпуска может быть разным. Например, весь выпуск может быть выкуплен потребителем по номинальной стоимости или полностью или частично размещен на рынке при гарантии со стороны потребителя выкупить весь не размещенный остаток по номиналу.

В результате

1. производитель
a. привлекает инвестиции для разработки месторождения;
b. имеет возможность самому определять график разработки.

2. потребитель
a. получает в обмен на инвестиции рыночные ценные бумаги;
b. имеет право либо продать их в любой момент, либо получить в конце периода обращения денежные средства, эквивалентные стоимости энергоресурсов заранее определенного объема;

3. потребитель и производитель совместно делят риски. Если цена падает ниже ñ* , то убытки терпят обе стороны. Если же цена оказывается выше ñ* , и производитель и потребитель получают прибыль.

В истории были примеры использования товарных облигаций на энергоресурсы [2]. В конце 70-х годов прошлого века, еще до появления рынка фьючерсов на WTI, правительство Мексики выпустило облигации, известные как Петробонды (Petrobonds).

Период обращения облигаций составлял 3 года, ставка купона – 12,66% в год. Цена исполнения определялась как максимум номинала (1000 песо) и стоимости 1,95 барреля нефти плюс сумма всех полученных купонов. С помощью Петробондов правительство Мексики смогло не только привлечь деньги под более низкие проценты, но и захеджировать часть будущей добычи от колебаний нефтяных цен.

Энергоресурсы являются не единственным примером использования товарных облигаций. Подобные инструменты могут быть использованы и в других товарных секторах – золото, металлы, продовольственные продукты и др.

Литература:

[1] Alquist, Ron and Kilian, Lutz, (2010), What do we learn from the price of crude oil futures? Journal of Applied Econometrics, 25, issue 4, p. 539-573, http://econpapers.repec.org/RePEc:jae:japmet:v:25:y:2010:i:4:p:539-573.
[2] Bank of Canada Working Papers 2004-20. Commodity-Linked Bonds: A Potential Means for Less-Developed Countries to Raise Foreign Capital, J.Atta-Mensah
Источник: ИФИ
Прыг: 068 069 070 071 072 073 074 075 076 077 078
Шарах: 100