СТАТЬИ >> МАКРОЭКОНОМИКА

Экономика слов, чисел, рассуждений и мнений

Автор: Бopис Aбрaмoвич Paйзбepг, доктор тeхнических и экономических наук, пpoфессор, главный научный сотрудник Института мaкроэкономических исследований при Миниcтepcтве экономического развития и торговли РФ.

Экономика не представляет собой точную науку. Представление о ней как области знаний, оперирующей только формулами, математическими зависимостями, числами и расчетами, глубоко ошибочно. Объектом изучения экономической науки являются не только вещи и физические объекты, поддающиеся количественному изменению и описанию, но и биологическая природа, менее подверженная количественному анализу. Главная фигура экономики — человек, люди; их экономическое поведение во многом не поддается числовому измерению. На экономические процессы влияет психология, которую не измеришь числом.

Люди, далекие от экономической теории, глубоко не изучавшие экономику, воспринимающие ее на основе бытовых представлений и сообщений средств массовой информации, чаще всего считают экономическую науку чисто количественной, пользующейся языком чисел и методом расчетов, вычислений. Получая заработную плату или пенсию, уплачивая деньги за покупки, слушая сообщения о количестве собранного зерна, валютном курсе рубля и величине внешнего долга страны, читая о количестве потребляемых товаров и услуг, человек поневоле воспринимает экономику количественным образом, а экономическую науку считает умением рассчитывать числовые величины, показатели. Поэтому столь часто приходится слышать голоса граждан, возмущенных тем, что экономика отклонилась от тех уровней, которые были провозглашены в планах, программах, прогнозах, предвыборных и других обещаниях: «Неужели ученые-экономисты не могли верно рассчитать заранее?»

Увы, представление об экономической науке, теории как областях знаний, оперирующих только формулами, математическими зависимостями, числами, расчетами, глубоко ошибочно. Как показывает анализ экономической, хозяйственной деятельности на всех уровнях: государства, предприятия, фирмы, домашнего хозяйства — только примерно 40% экономических проблем, задач решаются посредством количественных, числовых расчетов, с помощью математики, а точнее — арифметики. Остальные задачи, а их большинство, носят преимущественно качественный характер и не могут быть решены посредством только четырех действий арифметики. Подобного рода задачи, наиболее трудные для экономической науки, называют неформализуемыми или частично формализуемыми.

Например, ни один ученый-экономист в мире не сможет однозначно убедить только расчетами, в каком возрасте следует предоставлять пенсию, сколько надо производить табачных изделий, в какой мере оказывать иностранную помощь другим государствам и оказывать ли ее вообще; какова должна быть продолжительность рабочего дня, какие цены следует регулировать, а какие нет, надо ли ограничивать производство и продажу спиртных напитков, табачных изделий.

Вряд ли методами математики или формальной логики можно обосновать тот факт, что пенсионный возраст в России для мужчин установлен на пять лет выше, чем для женщин, хотя продолжительность жизни мужчин почти на десять лет меньше, чем женщин.

Такие и великое множество других экономических проблем решаются качественными методами: посредством социального анализа, использования аналогий, опроса общественного мнения, коллективного обсуждения, основываясь на логике рассуждений, наконец, посредством интуиции, на основе так называемых эвристических методов. Здесь уже экономическая наука пользуется не столько цифрами, сколько логикой жизни, мнением сведущих людей, сложившимися тенденциями и превращается из количественной, числовой в качественную, описательную, словесную (вербальную).

Это неизбежное следствие того, что объектом изучения экономической науки являются не только вещи, физические объекты, поддающиеся количественному изменению и описанию (да и то не в полной мере, ибо даже погоду люди не в силах строго рассчитать, предсказать), но и биологическая природа, менее подверженная количественному анализу. Главная фигура экономики — человек, основные действующие лица в экономике — люди, а их экономические действия, поведение во многом не вписываются ни в какие количественные шкалы, не поддаются чисто числовому измерению.

Об этом наглядно свидетельствует тот факт, что в экономической науке наряду с чисто количественными категориями «объем производства и потребления», «денежные доходы и расходы», «цены», «производительность», «темпы экономического подъема и спада» — широко применяются качественные понятия: «справедливость», «благотворительность», «образ жизни», «равенство возможностей», «духовные потребности», «интересы», а также полуколичественные: «эффективность», «полезность», «удовлетворение потребностей», «рынок», «выгода», «предпочтения», «приоритеты». Необходимо иметь в виду, что даже те экономические величины, показатели, которые в принципе являются числовыми, счетными, то есть поддаются расчету, во многих случаях не могут быть точно вычислены, определены. так как экономическая наука не овладела методами их расчета или для осуществления такого расчета нет необходимых исходных данных.

Большинство экономических понятий и категорий, в том числе таких, как труд, деньги, цены, финансы, доход, относится к типу « размытых», не поддающихся единому, однозначно трактуемому определению, что, однако, не лишает их смысла и не препятствует практическому использованию. Экономические законы, а точнее, закономерности носят преимущественно качественный характер, трактуются весьма общо, поэтому использование положений экономической науки на практике сопряжено с рядом трудностей и требует профессионализма, если угодно — искусства, и уж точно, глубоких знаний, опыта.

Экономической науке очень непросто учесть сумму факторов политического характера, оказывающих сильное влияние на хозяйственную деятельность. В весьма заметной степени на экономические процессы влияет индивидуальная, групповая и общественная, социальная психология, которую не измеришь числом.

Как это ни печально, но экономика не представляет собой точную науку, что ясно из предыдущих рассуждений. То обстоятельство, что слишком многое в экономике просто не поддается выражению числами, цифрами, свидетельствует о неправомерности отнесения ее к классу точных наук. Будучи по своей природе наукой общественной, экономика все же стоит гораздо ближе к таким естественным наукам, как физика, химия, биология, чем, скажем, история, философия, право, социология. Это связано с тем, что природные, естественные богатства служат основным источником хозяйственной деятельности, непосредственно вовлекаются в производственные процессы, распределительные отношения. Но в то же время прямая причастность экономической науки к человеку, семье, производственным и социальным коллективам, общественным интересам, отношениям людей отдаляет экономику от точных и естественных наук, приближая к заведомо «неточным» общественным наукам.

Хотелось бы присоединиться к мнению профессора Р. Хайлбронера: «Экономисты первыми согласятся, что от их дисциплины не приходится ждать прогнозов, которые бы хоть сколько-нибудь приближались по своей точности к тем, что дают технические науки, медицина или астрономия... Более того, функции, описывающие экономическое поведение, в отличие от тех, что описывают «поведение» звезд или частиц, несут на себе неизгладимый отпечаток волеизъявления или интерпретации. Именно с этим связана неопределенность всех социальных теорий; ведь смена ожиданий под воздействием сигналов, которые нигде, кроме как в голове экономического агента, не регистрируются, может даже знак поведенческих функций изменить на противоположный».

Итак, каждому, кто приступает к изучению экономики или углубляет свои познания в ней, необходимо уяснить, что от этой науки нельзя требовать или ожидать того, чего она не может дать в принципе, в силу своей природы, своих естества и сути.

Понятия «верно» или «неверно», «правильно» или «неправильно» применительно к экономике следует применять с большой осторожностью. Они применимы лишь к математическим действиям, используемым в экономике, к утверждениям об имевших место экономических фактах, событиях, а также к смыслу общепринятых экономических понятий. Что же касается истолкования экономических событий, их причин и следствий, благоприятности и неблагоприятности, то мнения об этом могут быть различными у разных людей и неправомерно априори считать утверждения одних заведомо правильными, а других — неверными, ошибочными. То же самое касается и принимаемых экономических решений, которые одним кажутся удачными, верными, а другим — наоборот. Существует ряд экономических учений, течений, школ, которые по-разному трактуют, воспринимают, оценивают одни и те же экономические события, явления.

Добавим, что на изучение, познание экономики накладывает существенный отпечаток специфика измерения, фиксации экономических показателей. Практически невозможна непрерывная регистрация количественно измеримых показателей. Ряд величин по своей природе дискретны и могут быть определены только раз в час, день, месяц или даже в год. Это относится и к выпуску продукции, и к доходам, и к расходам, и к платежам, которые в отличие от давления и температуры невозможно измерять и регистрировать непрерывно. Хуже того, если фиксация экономических величин происходит в стоимостном, денежном измерении, то мы вынуждены пользоваться «резиновым метром», ибо цены и курсы валют «ползут», изменяются во времени. Отсутствие твердой системы «единиц мер и весов» также отличает экономику от физики и других естественных наук, приводит к объективно обусловленной расплывчатости, неопределенности экономической науки. Поэтому наблюдаемое иногда стремление к избыточной «точности» экономических расчетов и оценок приводит чаще всего к иллюзорным эффектам, ошибочным выводам и бесплодным потерям времени в погоне за многозначными цифрами, в которых доверительностью, надежностью обладают одна-две, в лучшем случае три, цифры.

В этом смысле экономической науке противопоказан технократический, чисто инженерный подход. Экономические объекты, частью которых являются люди, — это не мосты, не здания, не машины, которые можно рассчитать, спроектировать, построить, заставить быть такими, как желает того конструктор. А ведь даже в инженерном деле допустима погрешность расчетов в пределах 5%. В экономике же, особенно когда речь идет о будущем, об отдаленной перспективе, зачастую трудно поручиться и за 10%, а то и за первый знак рассчитываемого показателя.

Так что экономика — это, с одной стороны, наука цифр, расчетов, числовых показателей, определяемых с той или иной степенью достоверности, а с другой стороны, наука суждений, предположений, мнений, умозаключений, утверждений.

Экономика кажущаяся и истинная

Определенным, пусть небольшим набором экономических знаний вынужден обладать и пользоваться каждый человек. Ведь еще с детства он погружен в экономическую среду, существование в которой требует хотя бы минимальных представлений об этой среде. Вряд ли найдется хоть один зрелый человек, который не представляет, что такое производство, потребление, деньги, цены, доходы, расходы. В подавляющем большинстве случаев такие знания обретены не путем изучения экономической науки, а из жизни, от других людей.

Это не мешает многим людям быть глубоко убежденными в том, что они прекрасно знают и понимают, что представляют собой эти с виду простые, а в действительности сложнейшие экономические понятия и какова истинная суть связанных с ними экономических процессов. Иногда приходится удивляться тому, с какой легкостью и непосредственностью человек, не раскрывший ни одного учебника по экономике, не изучавший и не желающий изучать экономическую науку, формулирует категоричные, беспрекословные суждения об экономике страны, о действиях правительства.

Те, кто не изучал математику, физику, химию, вряд ли станут отстаивать как самую верную и истинную свою собственную точку зрения по поводу того, чему равен квадрат разности двух чисел, в чем проявляется: закон равенства действий и противодействия и какова валентность углерода в той или иной химической реакции. Иное дело экономика (пожалуй, как и медицина), в которой почти каждый считает себя великим знатоком и специалистом на том лишь основании, что он знаком с отдельными фактами и способен интерпретировать их и делать из них свои собственные выводы вне зависимости от того, как они соотносятся с экономической наукой. В особенности с подобными явлениями приходится сталкиваться в России периода постсоветских экономических реформ, где поголовная экономическая малограмотность и некомпетентность соседствует с величайшей смелостью, напористостью экономических суждений.

Наиболее часто встречающиеся в экономических рассуждениях и утверждениях ошибки, свойственные людям, далеким от экономической науки или недостаточно, постигшим ее азы, заключаются не том, что они воспринимают кажущееся в экономике как действительное.

Существует ряд причин и поводов считать кажущееся в экономике истинным, чему подвержены многие люди.

Экономическая наука учит, что из частных наблюдений нельзя делать общие выводы. Между тем, если у отдельно взятого человека снижаются доходы, он склонен утверждать, что снижение доходов — массовое явление. Если цены увеличиваются в одном городе, его жители начинают утверждать, что наблюдается общий рост цен. Если цена определенного продукта, необходимого покупателю, возрастает больше, чем цены на другие, менее нужные ему товары, покупатель оценивает уровень инфляции по «своему», «критическому» товару, даже не задумываясь об остальных.

Даже близкие к экономике и экономической науке лица в большинстве случаев склонны рассматривать экономические зависимости как однофакторные, то есть по, сути анализируют воздействие на наблюдаемый результат только одной причины тогда и там, где в действительности проявляется влияние многих причин, действие ряда факторов.

Принято считать, что увеличение денежных доходов семьи ведет к росту ее благосостояния. Но если рост денежных доходов сопровождается одновременным увеличением цен, инфляцией, то этот второй фактор способен кардинально изменить картину. При росте цен, превышающем рост доходов, благосостояние семей, каждого человека будет уменьшаться.

Приведем еще один представительный пример непредставительности однофакторных подходов, суждений. Широко распространено мнение, что уровень благосостояния человека, семьи целиком зависит от их текущего денежного дохода. Существует даже понятие «низкодоходные слои населения» в которое вкладывается простой смысл: «кто мало денег получает — тот заведомо беден и живет убого». Но разве мало случаев, когда текущий денежной доход человека в виде заработной платы или пенсии весьма невелик, а между тем по имущественному богатству накопленным ценностям с ним не сравнятся люди, имеющие высокий текущий доход. Так что уровень благосостояния людей следовало бы оценивать не только по текущим денежным доходам, но и по накопленному богатству, имуществу, денежным сбережениям и другим факторам.

Отсюда вытекает необходимость применения не однофакторного, а гораздо более сложного, многофакторного анализа или изучения действия одного из факторов только в условиях, когда остальные факторы не оказывают определяющего влияния.

Экономические заблуждения значительной массы населения чаще всего возникают непреднамеренно просто потому, что кажущиеся простейшими гипотезы представляются безусловной истиной. Сказывается неумение мыслить комплексно, системно, учитывая разнообразие взаимосвязей и взаимодействий, всегда свойственное экономическим процессам. Одна из важнейших задач экономической науки — заложить основы системного экономического мышления и довести их до широких слоев населения, что позволило бы избавиться от ряда экономических ошибок.

К числу весьма распространенных и устойчивых заблуждений относится, например, представление о том, что снижение ставок и величины государственных налогов есть заведомое благо для граждан государства. Мыслящие таким образом то ли забывают, то ли не представляют, что налоги — главный источник бюджетных поступлений, а их уменьшение нанесет прямой удар бюджетному финансированию социальных программ, образования, здравоохранения, культуры. Что же касается благоприятного воздействия снижения налогов на рост, производства, то такой эффект хотя и возможен, но далеко не очевиден и может потребовать значительного времени, в течение которого источник расходов на социальные нужды будет подорван.

Еще одно часто встречающееся заблуждение заключается в представлении, что в условиях спада производства потребительских товаров и услуг можно не допустить и даже нельзя допускать снижения уровня жизни населения, объемов потребления. Люди, мыслящие подобным образом, игнорируют незыблемое положение, согласно которому ни одна страна, ни один народ не могут потреблять больше, чем они создают, получают, производят. Значит, если нет всеобъемлющих товарных запасов и поступления потребительских товаров извне, в виде импорта, то потребление, а с ним и уровень жизни в условиях спада производства предметов потребления будут снижаться адекватным образом. При этом перераспределение денежных доходов, благ не решает проблему, а способно лишь улучшить жизнь одних в сравнении с другими; при этом общая картина потребления не изменится.

Истинную экономику познать непросто даже с помощью экономической науки, но избегать заведомо ложных, ошибочных, искаженных представлений, явных заблуждений можно и нужно. Для этого по крайней мере не следует принимать кажущееся на первый взгляд за конечную истину; надо глубже осмысливать природу событий.

Источник: Элитариум



Шарах: 100

Рейтинг популярности - на эти публикации чаще всего ссылаются: