СТАТЬИ >> ФИНАНСОВЫЙ МЕНЕДЖМЕНТ

Синхронизация управленческого и финансового учета

Автор: А.Б. Полозов

В последние несколько лет все больше и больше финансовых директоров задумываются о вопросе перевода управленческого учета и отчетности своего предприятия на рельсы МСФО или по крайней мере максимального сближения (если не полной конвергенции) управленческого и финансового учета.

Насколько целесообразна такая синхронизация для компании?

Для начала разберемся с терминологией.

Учет бывает разный

С финансовым учетом все более-менее понятно – считается общепризнанным определение, что это процесс сбора, обработки, агрегации, классификации и передачи информации о финансовом положении предприятия и результатах его деятельности за определенный отчетный период внешним пользователям с целью принятия ими экономических решений.

Так как процесс финансового учета завершается формированием финансовой отчетности, то фактически вторая половина этого определения, собственно, дает формулировку понятия «финансовая отчетность» – как концентрированного (через агрегацию и классификацию данных) источника информации о предприятии, передаваемой внешним пользователям для выработки ими решений по поводу данного отчитывающегося предприятия.

Если говорить о финансовой отчетности, составленной по стандартам МСФО, то Совет по МСФО под внешними пользователями в первую очередь подразумевает инвесторов, хотя круг пользователей финансовой отчетности обозначен в целом как достаточно широкий и включает также кредиторов, контрагентов, клиентов, сотрудников предприятия и даже государственные органы и общественность. «Концептуальные положения по подготовке финансовой отчетности по МСФО» (так называемый Framework) в параграфе 11 упоминают и нужды менеджмента, которые могут решаться путем использования финансовой отчетности, составленной по МСФО, но допускают, что управленцам для принятия решений по планированию и контролю за деятельностью компании может потребоваться и дополнительная информация.

Методологически финансовый учет подкреплен фундаментом, состоящим из системы концепций, принципов, правил и конкретных методик учета. Если мы имеем в виду конкретно систему МСФО, то речь идет прежде всего о стандартах и интерпретациях МСФО, а также обо всей сопутствующей стандартам методологической базе и накопленном международном опыте их применения.

С определением управленческого учета и отчетности дело обстоит чуть сложнее, поскольку однозначного определения нет и разные авторы дают свои определения, подчеркивающие отдельные нюансы. По мнению автора статьи, управленческий учет можно определить как систему информационного обеспечения процесса управления предприятием.

В отличие от финансовой, управленческая отчетность может формироваться не только за определенные периоды, но и под конкретные и разнообразные запросы руководства. Кроме того, обычно регулярная управленческая отчетность формируется на более частой основе, чем отчетность по МСФО (не только ежемесячно, но и еженедельно или ежедневно). Основная ее цель – служить для руководства инструментом внутреннего контроля и оценки деятельности компании. В отличие от привычных для финансовой отчетности форм отчетов управленческая отчетность может быть очень разнообразна по форматам и включать, например, такие формы отчетов, как исполнение бюджета денежных средств, анализ затрат подразделений, величина и структура cебестоимости производимой продукции или услуг, динамика дебиторской и кредиторской задолженности.

Все эти формы обычно составляются не только с большей частотой, чем финансовая отчетность, но и в более ранние сроки, что диктуется потребностями руководства оперативно принимать решения. Понятно, что скорость составления управленческих отчетов часто достигается за счет принесения в жертву их точности и аккуратности. Нередки случаи, когда отчет с одинаковым названием (например, «Отчет о прибылях и убытках») за один и тот же период может показывать абсолютно разные, если не диаметрально противоположные результаты (прибыль против убытка) в финансовой и управленческой отчетности.

Кроме того, общепринято, что в систему управленческого учета входят работа с вопросами бюджетирования, прогнозирования и планирования, анализ прибыльности продуктов и линий бизнеса, калькулирование себестоимости и ценообразования, вопросы контроля за центрами возникновения прибыли и затрат.

Единой нормативно-правовой базы, регламентирующей организацию системы управленческого учета предприятия, не существует – ни на международном уровне, ни в плане руководства или направления управленческого учета предприятий в России со стороны правительства или Минфина. Здесь справедливости ради нужно отметить, что Международная федерация бухгалтеров (International Federation of Accountants, IFAC) выпускает международные стандарты управленческого учета. Однако мало кто в России детально знаком с ними, и еще меньше предприятий реально применяют эти стандарты на практике.

В результате компании оставлены «без присмотра» в области организации и формирования методологии управленческого учета, и поэтому их учетные методики в нюансах и деталях (включая и измерители результатов деятельности) значительно различаются даже у сходных предприятий одной отрасли. Примером может служить внутренняя оценка своей работы компаниями телекоммуникационной отрасли России: одни используют показатель EBITDA (еarnings before income taxes, depreciation and amortization), а другие OIBITDA (operating income before income taxes, depreciation and amortization). Но даже те компании, которые используют EBITDA, включают в состав этого показателя разные статьи. Например, для одних компаний расходы, связанные с одноразовым списанием малоценных активов, учитываются в EBITDA (как операционные расходы), а для других – попадают «ниже» строки EBITDA (они рассматриваются как расходы по амортизации, начисленной единовременно в размере 100 % от стоимости малоценного основного средства).

Обычно к нормативным документам, разработанным компанией для организации собственного управленческого учета, можно отнести:

    – учетную политику по управленческому учету;

    – положения и инструкции по ведению управленческого учета;

    – план счетов управленческого учета;

    – систему дополнительных меток, атрибутов, признаков и кодов, используемых для кодирования статей бюджета, статей затрат, видов продукции и услуг, центров ответственности, направлений деятельности, используемых для различных видов финансового анализа;

    – методики по порядку документооборота при ведении управленческого учета.

Разные компании делают различный упор на отдельные «атомарные» признаки своих хозяйственных операций для целей управленческого учета и анализа – будь то уровень детального «разложения» договорной информации, широта применения МВЗ (место возникновения затрат), ЦФП (центр формирования прибыли) или ЦФО (центр финансовой отчетности). Все это разнообразие, присущее управленческому учету, наводит на неизбежную мысль: а есть ли возможность изменить методологические подходы во внутреннем учете предприятия, каким-то образом стандартизировать их и поднять на новый качественный уровень? В связи с этим в последние годы многие компании различных отраслей начали использование стандартов МСФО (по крайней мере отдельных) как методологической основы для формирования своей управленческой отчетности.

И действительно, ведь если МСФО на весь мир провозглашают своей целью максимально прозрачное, адекватное и «рыночно-ориентированное» отражение всех хозяйственных операций (включая самые сложные финансовые, «забалансовые» и «риск-ориентированные»), то почему бы не использовать уже разработанный международным сообществом этот мощный инструментарий для принятия управленческих решений на основе такой высококачественной методологической базы?

Попробуем разобраться.

Синхронизация?

Драйверами в пользу слияния управленческой отчетности и отчетности по МСФО являются следующие факторы:

1. Достаточная проработанность методологической базы МСФО в области теории. Всем известен жестко регламентированный процесс принятия новых стандартов МСФО, которые «обсуждают всем миром», прежде чем они приобретают силу закона для предприятий, формирующих свою отчетность по МСФО.

2. «Обкатка» стандартов МСФО на практике, причем значительным количеством ведущих предприятий мира во всех отраслях. Это значит, что любая компания может детально изучить огромный, реально накопленный практический опыт использования МСФО в своей отрасли и выбрать наилучшие альтернативы их применения, используя «лучшие практики».

3. Снижение стоимости ведения учета в компании. Содержание двух раздельных подразделений, в которых часто занято несколько десятков высококвалифицированных (а значит, и высокооплачиваемых) профессионалов всегда не только затратно, но и создает сложные вопросы эффективности взаимодействия, потерь времени и информации.

4. Реконсилиация (выверка) и поиск разниц в результатах по управленческому учету и по МСФО. На крупном предприятии такие различия могут быть материальными: по МСФО компания может быть прибыльной, а по управленческим данным – убыточной (например, в связи с разным подходом к учету резервов под обесценение активов или к расчету оценок по доходности начатых инвестиционных проектов). Еще хуже, когда у компании обратная ситуация, если при этом финансовое руководство еще и затрудняется отыскать точные причины разниц (из-за многообразия и сложности своей организационно-учетной сткруктуры и используемых методологий).

5. Дисциплинирующая роль МСФО, направленная на предотвращение злоупотреблений руководства дочерних компаний и структурных подразделений. При всей своей ориентированности на «общие принципы» и, на первый взгляд, довольно размытый характер таких понятий, как «нейтральность», «объективность» и «профессиональное суждение», тем не менее стандарты МСФО довольно сложно «обхитрить», особенно если их использование на практике проверяется внешними аудиторами.

Это означает, что там, где для целей управленческого учета (а значит, и соответствующих бонусов, часто основанных на показателе EBITDA, управленческой прибыли и прочих, которыми можно манипулировать в управленческом учете) «рисуется» положительный финансовый результат, строгое применение правил МСФО позволит увидеть высшему руководству компании или холдинга более справедливую картину реальной эффективности отдельных субхолдингов, подразделений и продуктов.

Одним из основополагающих качественных принципов формирования отчетности по МСФО является консерватизм, и он может служить хорошим барьером (при правильном применении) от «рисования» управленческой отчетности отдельными представителями нижестоящего менеджмента.

Более жесткий подход МСФО будет «головной болью» и неприятным сюрпризом для нерадивых менеджеров, но «твердые» цифры в отчетности, которыми нельзя манипулировать по своему желанию, как раньше, заставят их относиться к учетной функции и отчетам в целом с большим уважением (по крайней мере, манипулировать результатами при использовании стандартов МСФО гораздо труднее, и это требует сознательного сговора нескольких руководителей). А это приведет, в свою очередь, к более строгой учетной дисциплине и, как следствие, к более высокому качеству отчетности.

6. Продолжая тему бонусов управленцев, вознаграждений и системы мотивации персонала в целом, можно особо отметить, что внедрение МСФО в управленческую отчетность поможет не только сохранить, но и улучшить систему стимулирования нужных результатов путем ее доработки. Например, часто компании в качестве основного условия для премирования ставят достижение целей по объему продаж, при этом принижая роль других важных факторов, напрямую связанных с ними, например собираемость дебиторской задолженности.

В результате внедрения МСФО для внутренних учетных целей появляется «равная игровая площадка» для всех подразделений, которая позволит более-менее объективно, справедливо и равномерно оценить эффективность работы менеджеров различных подразделений. Например, путем заполнения матрицы показателей, основанных на «теоретически» более прозрачных и объективных данных по МСФО, можно установить управленцам конкретные количественные цели по собираемости дебиторской задолженности и другим показателям МСФО, не являющимся напрямую только цифрой объема продаж. Таким образом можно добиться не только снижения продаж клиентам с сомнительным кредитным рейтингом, но и реально увеличить фактический приток денежных средств в компанию.

7. Положительное влияние внедрения МСФО на улучшение внутренних процессов, планирования, бюджетирования и путей ведения бизнеса менеджментом.

В классической теории финансов принято считать, что учет и отчетность следуют за операционной деятельностью компании и являются лишь ее производной, «пост-фактумным» отражением.

Однако в реальном мире на самом деле возможна и обратная связь – когда сами стандарты отчетности влияют на способ ведения бизнеса. Примером может послужить самый последний стандарт МСФО (IFRS) 9 «Финансовые инструменты», который значительную роль отводит бизнес-моделям компании по управлению финансовыми активами. Если такие модели компанией не разработаны, являются слабыми или не формализованы, то сам факт наличия стандарта МСФО 9 и его требований подталкивает руководство разработать, уточнить и задокументировать все свои бизнес-модели в отношении работы с финансовыми активами.

В более широком смысле система учета не только является производной от бизнеса, но и сама активно влияет и формирует его: менеджеры крупных российских компаний уже вынуждены рассматривать учетные последствия своих бизнес-решений и тем самым изменять их – с учетом потенциальных выгод и проблем с презентацией и раскрытием в отчетности.

Например, если у компании есть выбор со структурированием контракта по совместной продаже товаров и услуг, то она просто обязана детально рассмотреть его нюансы и последствия с учетом требований стандарта МСФО (IAS) 18 «Выручка», чтобы не оказаться в ситуации, когда значительная часть доходов окажется отсроченной (непризнанной в отчетном периоде) на несколько лет. Другим примером может служить отказ от продажи части ценных бумаг из портфеля «Удерживаемые для погашения» в связи с опасением «быть наказанными» аудиторами за нарушение правил, предписанных стандартом МСФО (IAS) 39 «Финансовые инструменты: признание и оценка» и получить дисквалификацию инвестиционного портфеля в своей отчетности на два последующих года.

Также стандарты учета влияют и на структуру организационной деятельности (здесь трудно переоценить роль стандарта МСФО (IFRS) 8) и даже на иерархию и систему внутренних контролей и внутреннего аудита на предприятии. Примером положительного воздействия МСФО (IFRS) 8 может служить его требование (в параграфе 34) о необходимости раскрытия информации по поводу крупных клиентов и связанной с этим концентрацией операционных рисков бизнеса. Сейчас компании обязаны представлять внешним пользователям информацию о своей зависимости от главных клиентов и описывать ситуации, где продажи одному клиенту превышают 10% от общего объема реализации. Это заставляет руководство задуматься о своей зависимости от крупных клиентов – ведь многие привыкли к этому и не воспринимают как серьезный риск ведения бизнеса. В результате больше усилий менеджмента может быть направлено на поиск альтернативных клиентов (например, в других регионах или даже странах) и в целом на диверсификацию клиентской базы.

В российской практике сегментная информация, требуемая для раскрытия по МСФО (IFRS) 8, чаще всего составляется по стандартам РСБУ, которые стремятся к все более полному сближению с МСФО. Возникает логичный вопрос: можно ли форсировать этот процесс на своем предприятии и добиться более прозрачной и справедливой картины на уровне субхолдингов и подразделений, а не только на консолидированном уровне? Вопрос, конечно, риторический.

8. Всеобъемлющий характер МСФО. Международные стандарты покрывают не только все отрасли, но и все основные виды хозяйственных операций. Это означает, что последовательное применение МСФО в качестве основы для составления управленческой отчетности позволит улучшить ее качество за счет «равномерного» подхода к отражению всех экономических событий независимо от их природы.

9. Ориентированность МСФО на справедливую стоимость. Отражение многих активов и обязательств по справедливой стоимости значительно повышает практическую ценность отчетности – ведь теперь ее данные отражают не исторические цифры о приобретениях зданий, ценных бумаг или других статей, а реальную стоимость, т.е. ту сумму, которая на самом деле ожидается от дальнейшего использования или реализации того или иного актива.

Такая природа используемой информации меняет и характер действий менеджмента, его природу: превращает их из «реактивных» и запоздалых в «проактивные» и аккуратные, когда важные хозяйственные решения принимаются руководителями не со значительным временным лагом, а своевременно и с наибольшей выгодой для акционеров.

Широкое использование концепции справедливой стоимости начинает ориентировать менеджмент на управление ожидаемыми будущими денежными потоками (одна из основных моделей определения справедливой стоимости). Это, в свою очередь, означает естественное выравнивание и сближение интересов владельцев бизнеса и нанятых ими менеджеров, часто решая глубокие конфликты между этими двумя ключевыми для любого бизнеса сторонами, принимающими основные решения. Ориентация на создание новой стоимости для акционеров становится целью самого менеджмента, которая нередко на практике бывает подменена погоней за очередными KPI (ключевыми показателями деятельности), а они легко могут стать предметом манипулирования, особенно если от них зависит вознаграждение менеджеров. Ориентация на справедливую стоимость выбивает почву из-под ног тех структурных менеджеров, которые прячут от высшего руководства реальное состояние дел (в случае его ухудшения), прикрываясь старыми подходами к исторической стоимости или, например, более агрессивной (по сравнению с МСФО) учетной политикой в области раннего признания доходов и завышения стоимости активов.

10. Унификация МСФО и управленческого учета облегчает автоматизацию процесса составления отчетов. Переход к единой унифицированной учетной политике значительно улучшает перспективы и уменьшает сложность автоматизации процесса формирования этих двух видов отчетностей. Использование новых информационных платформ, метод «тонкого клиента», когда учетная информация может вводиться различными подразделениями (включая географически удаленные) через Интернет и обрабатываться немедленно в режиме онлайн – все это значительно облегчает перспективы для эффективного и качественного формирования автоматизированной управленческой и МСФО-отчетности.

11. Наличие «облегченной» версии МСФО в виде стандарта для малых и средних предприятий (МСФО для МСП, изданный в июле 2009 г.) позволяет использовать более простой вариант МСФО в качестве основы новой, улучшенной методологии для составления управленческой отчетности.

12. Положительный опыт крупнейших западных компаний и банков по сближению МСФО и управленческого учета. В связи с принятием стандарта МСФО (IFRS) 8 «Операционные сегменты» и его обязательным применением публичными компаниями начиная с 2009 г., выяснилось, что многие крупные западные компании имеют на самом деле лишь минимальные расхождения между своей управленческой и МСФО-отчетностью. Дело в том, что стандарт МСФО 8 предписывает предприятиям раскрывать сверку активов и результатов своей деятельности по внутренним (т.е. управленческим) отчетам и по отчетам, составленным на основе МСФО. Анализируя данную сверку, можно проанализировать и сделать вывод об основных разницах между этими двумя видами отчетности, которые существуют у отчитывающегося предприятия.

Например, у такого гиганта, как Дойче Банк, где, казалось бы, при его масштабах и огромном количестве дочерних компаний по всему миру ожидаются десятки, если не сотни разниц в методологии для внутренней и внешней отчетности, на самом деле их не более пяти. В частности, в отчетности Дойче Банка (который принял досрочное применение МСФО 8) за 2008 г., приведены следующие статьи расхождений в результатах:

    – Хеджируемые статьи учтены по рыночной стоимости в управленческом учете, но по амортизированной стоимости в МСФО (видимо, эта разница возникла применительно к экономическим хеджам, когда учет хеджирования в некоторых ситуациях по хеджированию справедливой стоимости не был применен сознательно); в результате прибыль банка по МСФО была выше на ˆ450 млн.

    – Торговля собственными акциями (ее финансовый результат был учтен в управленческом учете, но элиминирован в МСФО – в связи с особенностями учета казначейских акций); в результате прибыль по МСФО по данной статье была больше на ˆ80 млн.

    – Элиминирование внутригруппового арендного дохода: прибыль по МСФО была меньше на ˆ37 млн (т. е. для целей управленческого учета эти доходы и связанная прибыль были показаны в формате «гросс»).

    – Разницы возникли также по процентным расходам (эти статьи не были аллокированы на конкретные сегменты).

    – Прочие статьи вне зоны контроля руководителей сегментов.

Примером компании, где была проведена практически полная синхронизация финансовой и управленческой отчетности на основе международно признанных стандартов (в данном случае ГААП США), является немецкий гигант «Даймлер Бенц». Когда еще в 1997 г. эта компания перешла на ГААП США, она объявила, что будет использовать эти международные стандарты для целей как внешней (финансовой), так и внутренней (управленческой) отчетности. Уже в то время была оценена (и прямо объявлена) ценность от возможности осуществлять мониторинг деятельности руководителей нижестоящих структур на основе качественной финансовой информации об их подразделениях и в целом от увеличения прозрачности и эффективности внутренней отчетности.

Одновременно с переходом на ГААП США для целей управленческой отчетности руководство «Даймлер Бенц» провело детальный анализ своих операционных рабочих процессов и вслед за этим сразу учредило систему эффективного внутреннего контроля за соблюдением принципов ГААП США подразделениями в процессе формирования ими своей управленческой отчетности. Несомненно, правильным решением было учреждение следующих правил составления внутренней отчетности по стандартам ГААП США в концерне:

    – строгое соблюдение и использование всеми учетными субъектами универсальной, единой для всех компаний и подразделений концерна учетной политики по управленческому учету и отчетности;

    – использование единой надежной ИТ-платформы;

    – подбор и постоянное обучение квалифицированного персонала;

    – регулярные проверки процессов формирования управленческой отчетности в различных подразделениях департаментом внутреннего аудита концерна.

По словам одного из руководителей «Даймлер Бенц», «все эти меры позволили получать топ-менеджменту внутреннюю отчетность, которая точно представляла все разнообразные международные виды деятельности группы, и дали возможность правлению оказаться в позиции, когда различные риски были идентифицированы на самой ранней стадии, и эффективно принимать соответствующие контрмеры». Очевидно, что благодаря привнесению международных стандартов в зону своей управленческой отчетности «Даймлер Бенц» добился как минимум совершенствования многих внутренних процессов (операционных, учетных, информационных), что в результате привело к существенному повышению качества управления таким крупным и сложным бизнесом.

13. МСФО представляют собой уже гармонизированную в международном плане систему учетных принципов, которые могут смело использовать компании любой страны. В современных условиях ни у одной страны нет даже формального обоснования сказать, что «стандарты МСФО неприменимы к нашим экономическим реалиям» (такой аргумент часто приходилось слышать на просторах СНГ в период начального перехода на МСФО, когда многие в России, на Украине, в Казахстане говорили о необходимости якобы модифицировать МСФО с целью их адаптации к «особым условиям» и «национальным особенностям» экономик этих стран). Имеющаяся глобально гармонизированная модель учета в качестве основы должна быть особо привлекательной для использования во «внутренних целях» компаниями, имеющими обширные операции в различных странах за рубежом.

14. Более широкий, «сущностный» взгляд МСФО на экономические реалии предлагает отличную возможность для управленческого учета выйти за узкие рамки конкретизированного планирования и перейти к глобальной картине ведения бизнеса, с более широким углом зрения на составление бизнес-планов.

15. Перенос основы МСФО – принципов объективности, прозрачности, честности в отчетности – с отношений только с внешними пользователями на внутреннюю корпоративную жизнь. Тем самым «этически направленные» принципы МСФО (непредвзятость, нейтральность, справедливое и правдивое отражение реальности) могут не только значительно улучшить внутрикорпоративную культуру, но и придать дополнительной уверенности высшему менеджменту, что внутренняя отчетность, составленная нижестоящими руководителями, не содержит искажений.

МСФО стоят за защиту информации, предоставляемой тем, кто принимает управленческие решения, от приукрашивания мнимыми успехами (то, что в западной практике учета называется window-dressing). Часто такие манипуляции со стороны подчиненных призваны скрыть проблемы их подразделения (что было причиной крупнейших проблем и даже банкротств некоторых международных банков, таких как Бэрингс Банк Великобритании, когда огромные убытки от дилинга не попали в систему управленческой отчетности из-за преднамеренного неотражения их трейдером банка).

16. Организационное упрощение структуры процессов формирования различных видов отчетности ввиду устранения подчас конкурирующих управлений МСФО и управленческой отчетности, снятие потенциальных конфликтов между руководителями отчетных подразделений.

17. Лучшие возможности для внутренней финансовой интеграции вновь приобретенных дочерних компаний – как отечественных, так и (особенно) зарубежных – в случае если оба (родительская компания и новая «дочка») используют МСФО в качестве основы своей системы управленческой отчетности.

Использование единой методологической платформы не только ускоряет сам процесс финансовой интеграции в группе, но и снижает стоимость формирования консолидированной управленческой отчетности – в связи с тем, что отсутствует необходимость идентифицировать все учетные разницы и делать трансформационные корректировки (которые необходимы для приведения данных разных компаний группы к «общему знаменателю»).

Этот фактор особенно важен для компаний с активной деятельностью в области приобретения новых бизнесов, слияний и присоединений.

18. Повышение эффективности за счет своеобразного «аутсорсинга» функции методологии управленческого учета в сторону Совета по МСФО. В связи с тем что основой управленческого учета становятся МСФО, с предприятия практически полностью снимается задача разработки, обновления и поддержания учетной политики по управленческому учету. Теперь все сложные вопросы отражения в учете тех или иных хозяйственных операций решаются «умными головами» в Лондоне с вовлечением лучших экспертов в области учета и отчетности со всего мира. Соответственно, отпадает необходимость в наличии отдела методологии управленческого учета, и кроме снижения стоимости информации облегчается процесс управления финансово-экономической функцией предприятия.

19. Репутационные выгоды для компании. Оказаться в «тренде» перевода управленческого учета на МСФО для предприятия значит оказаться в одном ряду с ведущими мировыми локомотивами бизнеса, для которых наличие значительных финансовых, людских и информационных ресурсов позволяет сблизить эти два вида учета первыми (вспомним пример Дойче Банка, описанный выше). Несомненно, что продолжающееся развитие самих стандартов МСФО «вглубь» (по степени охвата детализации определенных проблем) и «вширь» (по объему и количеству рассмотренных для целей учета хозяйственных операций) предоставляет возможность для их использования в качестве основы для управленческого учета не только передовыми западными и международными конгломератами, но и компаниями второго и даже третьего «эшелона» в различных странах.

20. Фактическое использование финансовой отчетности топ-менеджерами. Вряд ли кто-либо сегодня будет доказывать, что финансовая отчетность не нужна менеджерам компании и что для принятия всех управленческих решений им будет достаточно только управленческой отчетности.

Использование финансовой отчетности, особенно составленной по качественным, общепризнанным стандартам (таким как МСФО), является необходимым условием для большинства топ-менеджеров при принятии многих важных решений. Ответственного руководителя волнует структура финансового баланса его предприятия; ему важно понимать влияние МСФО на отражение в отчетности операций инвестиционного характера или, например, транзакций, связанных с вопросами финансирования компании (в частности, при выборе природы эмитируемых ценных бумаг, будь то конвертируемые облигации, акции или векселя: несмотря на одну сумму, все они отражаются в финансовом учете по-разному и будут иметь различное влияние на прибыли предприятия).

Менеджменту нужны не только прогнозные данные о будущих периодах, необходимые для планирования (в чем, как считалось ранее, и заключались главная ценность и основное «преимущество» управленческой отчетности над финансовой), но и (возможно, даже в большей степени) реальные исторические данные. Правдивая, справедливая финансовая информация (а именно она – по крайней мере теоретически – и является продуктом МСФО) об уже произошедших хозяйственных событиях крайне нужна управленцам для адекватного понимания результатов их труда в прошлом, для принятия решений о вознаграждении и мотивации персонала и других ключевых аспектов деятельности менеджмента.

21. Возможность сравнивать «план» и «факт». Очевидно, что наибольшая ценность от сравнительного анализа планов, прогнозов, бюджетов, оценок, допущений с одной стороны и фактического состояния дел и реализации многочисленных планов разной срочности с другой может быть достигнута только при единой методологической базе формирования обоих. Наилучшим образом эта цель может быть достигнута при полной синхронизации методических подходов в управленческом и финансовом видах учета. На практике многие управленческие анализы не могут быть полноценно сформированы до закрытия книг финансовой отчетности. Кроме того, нет ничего противоречивого, если бюджеты компании будут составляться исходя из прогнозируемых цифр по МСФО – наоборот, это только приведет к облегчению и повышению качества проводимого впоследствии анализа исполнения и контроля.

22. «Разъединенность» управленческой и финансовой отчетности, которая действительно создает дополнительные проблемы для предприятия. Исторически сложившееся «разведение» этих видов отчетности значительно затрудняет понимание реальной картины прибыльности или убыточности бизнеса. Корень проблемы представляет система использования различных измерителей и показателей в этих видах отчетности для одних и тех же событий. Например, своеобразным грубым аналогом понятия «операционная прибыль» в МСФО может быть EBITDA – но это далеко не одно и то же (разницы могут быть гигантскими за счет невключения в последний показатель различных статей). Кроме того, сам показатель EBITDA может иметь совершенно разное наполнение у разных предприятий даже одной отрасли. Разница в системе измерений создает путаницу у руководства: а какие же показатели и измерения «более правильные»? Почему результаты по «внутренней» отчетности совершенно другие, чем за этот же период и для этих же подразделений – по «внешней»?

23. Восприятие рынком. Несомненно, внешние пользователи финансовой-отчетности обратят внимание на изменение методологии управленческого учета компании в плане ее «сдвига» в сторону МСФО – они увидят это из анализа сегментной отчетности, изучая таблицы сравнения результатов компании по МСФО и по внутренней отчетности.

Можно ожидать положительной реакции рынка, так как синхронизация управленческой и финансовой отчетности в определенной мере будет значить для инвесторов конец ненавистной им «информационной асимметрии», когда только руководство компании благодаря своей внутренней, «реальной» отчетности знает о подлинном состоянии дел, а внешние пользователи несут повышенные риски использования приукрашенных данных для принятия ими своих инвестиционных решений (печальные примеры этого нам дали крупнейшие компании своего времени и сегмента: «Энрон», «УорлдКомм» и другие гиганты бизнеса, которые уже прекратили свое существование из-за проблем, скрытых от инвесторов и не отраженных во «внешней» отчетности). В послекризисном мире, когда многие инвесторы и так напуганы «черным ящиком» с информацией о том, что творится в компании на самом деле, за фасадом внешней отчетности, вопросы повышения доверия и выравнивания уровня доступа к информации являются ключевыми. Неограниченный доступ менеджмента к информации о всех аспектах компании должен быть максимально сближен с объективно ограниченным доступом для внешних пользователей (даже для текущих инвесторов – в сравнении с возможностями и внутренними знаниями исполнительных руководителей). Речь, естественно, идет не о некоем искусственном ограничении доступа менеджеров к информации о своем собственном предприятии, а о максимально возможном выравнивании информационного поля для менеджеров и акционеров – для того чтобы обе категории пользователей могли оценивать деятельность компании исходя из абсолютно идентичной системы ее измерителей.

Кроме того, с точки зрения внешней реакции перевод управленческого учета на МСФО может облегчить выход на внешние рынки и работу с зарубежными компаниями, усилить доверие к себе со стороны и улучшить отношения с кредиторами, контрагентами по бизнесу и клиентами (ввиду ликвидации потенциально «двойной» бухгалтерии и заявления об этом всем внешним пользователям через свою финансовую отчетность).

24. «Построение» дополнительной стоимости (т. е. «капитализация») на базе факта, что МСФО уже внедрены в компании. Никто не спорит, что процесс перевода финансовой отчетности на стандарты МСФО – сложный, проблемный, длительный и дорогостоящий. Как правило, в течение нескольких лет в него бывают вовлечены дорогие внешние эксперты (консультанты, аудиторы). Теперь, когда этот процесс наконец закончен и предприятие начало самостоятельно, полностью силами своих сотрудников, готовить финансовую отчетность по МСФО (в настоящее время во многих компаниях аудиторы действительно выполняют функцию только заверения отчетности, а не ее формирования, как несколько лет назад), почему бы не использовать этот мощный признанный инструментарий и не капитализировать на нем путем переноса уже понесенных расходов на внедрение МСФО и на область управленческого учета? При этом не потребуется нести значительных первоначальных затрат, связанных с переводом управленческого учета на новую методологию – у компании уже есть собственные обученные кадры, владеющие нюансами МСФО, отработанные методики и поставленные ИТ-процессы.

Наверное, главным ответом на этот риторический вопрос будет: инерция, сила привычки, предубеждение (об «обязательной необходимости» разделения управленческого и финансового учета), а иногда и косность мышления.

Очевидно, что сам факт использования высококачественных стандартов МСФО поднимет управленческий учет на новый качественный уровень, сделает его «более профессиональным». Наш (возможно, ограниченный) собственный анализ отчетности западных компаний (крупных и средних) в области раскрытия разниц по МСФО 8 между внутренней и внешней отчетностью показывает, что, осознав эту истину, они полностью отказались от управленческого учета в пользу финансового, на основе которого менеджмент и принимает свои операционные решения.

25. Релевантность и актуальность всех принципов и правил МСФО для управленческого учета. Вряд ли кто-либо из разумных пользователей управленческой отчетности будет спорить и доказывать, что ему не важны принципы «сущность выше формы» или надежность и уместность информации, на основе которой он принимает свои решения. А ведь это одни из основополагающих принципов МСФО. Другие положения МСФО, быть может, менее концептуального уровня, также важны для управленцев, ищущих качественную информационную основу для планирования и контроля за деятельностью компании, например признание отложенных налоговых последствий всех хозяйственных операций или признание выручки, когда она действительно заработана, а не «нарисована».

26. Облегчение работы с внешними аудиторами. Казалось бы, какое отношение внешние аудиторы имеют к внутренней, управленческой отчетности, если их задача – подтвердить достоверность внешней, финансовой отчетности? Однако не надо забывать, что по мере развития стандартов МСФО Совет по МСФО все больше склоняется к взгляду на финансовое положение и результаты деятельности компании «глазами менеджмента». Три последних стандарта (IFRS 7, IFRS 8, IFRS 9) – тому явное подтверждение. Будь то раскрытие информации об управлении рисками и ликвидностью, стоимости сегментных активов или бизнес-модели по управлению финансовыми активами – все эти данные должны быть представлены в отчетности внешним пользователям так, как они на самом деле существуют в процессах реального управления компанией.

Следовательно, для того чтобы внешние аудиторы могли с чистой совестью подписаться под всей этой информацией в годовом финансовом отчете компании, они должны – помимо данных финансового учета – детально изучить и протестировать цифры управленческого учета. А это уже практически второй аудит. Именно поэтому у компаний со значительными разницами между управленческим и финансовым учетом часто в разделе о сегментной отчетности можно увидеть слова «не аудировано» напротив цифр и сумм, связанных с данными из управленческого учета (например, в таблицах по реконсилиации сумм активов и доходов в управленческом и МСФО-учетах).

В случае если различия между методологиями управленческого и финансового учета минимальны (или, в идеале, их нет вообще), работа внешних аудиторов в части вышеперечисленных стандартов МСФО значительно облегчается и можно ожидать, что компания сможет избежать неприятной фразы «Неаудированные данные» о части своих цифр.

27. Последний фактор (и вечный вопрос) – кто является пользователем отчетности? Давайте задумаемся: а почему, собственно, отчетность предприятия о своей деятельности за период должна быть разной в зависимости от того, кому она предназначена? Разве это само не наводит на мысль о некоей ущербности того или иного варианта? Может быть, эта «другая» отчетность содержит более правдивую информацию? Или, если допустить, что обе они правдивые, одна составлена более качественно, чем другая? Но тогда кому вообще нужна эта вторая, «некачественная» отчетность?

Похоже, что с развитием информационных технологий и широким внедрением ERP (полномасштабных систем планирования и учета ресурсов предприятия) пришло время, когда любая отчетность (кроме налоговой – это епархия государства) должна быть беспристрастным отражением экономической реальности, в которой данное предприятие находится на отчетную дату.

Таким образом, становится очевидной необходимость сближения отчетностей компании для целей управленцев и для целей акционеров.


СТАТЬИ >> МИРОВАЯ ЭКОНОМИКА

«Вторая волна» стартовала

Над мировой экономикой вновь сгущаются тучи: место уверенности заняла тревога. Рынки утратили положительную динамику первой трети 2011 года, а эксперты все чаще говорят о приходе «второй волны». Какие процессы вызывают подобные оценки? Вырвался ли джин мирового кризиса из бутылки и что ожидает Россию? Об этом и многом другом рассуждает руководитель Центра экономических исследований Института глобализации и социальных движений (ИГСО) Василий Колташов.

Все больше публикаций появляется о том, что «вторая волна» кризиса началась или надвигается. Как связан рецидив кризиса с долговыми проблемами в Европе и США?

До конца октября биржевой спад развивался на фоне отсутствия национальных дефолтов. Было объявлено также, что греческий долговой кризис разрешен (обещано списать 50% долга страны) и это совпало со стабилизацией на биржах. Произошло укрепление рубля и евро, а доллар ослаб. Однако временное устранение угрозы первого дефолта в Южной Европе может сработать в дальнейшем также как снятие угрозы банкротства США в августе, то есть не сработать как долговременный фактор сдерживания рыночного спада.

Министр финансов США Тимоти Гайтнер заявил летом: без продолжения прежней денежной политики страна сможет избегать дефолта не более чем до августа. Мир замер в ожидании технического дефолта Соединенных Штатов, но его так и не последовало – Обама капитулировал перед республиканской оппозицией. Нельзя исключать, что решающее значение в требовании изменить финансовую политику США сыграла ее бесполезность в 2011 году для американской индустрии. Президент сам вынужден был признать, что справиться с экономическими проблемами правительству не удается. Это не стало следствием внутренней тяги Обамы к самокритике, а было результатом потери им значительной доли поддержки избирателей.

Маневрируя в летней борьбе с республиканцами, Обама пытался внушить публике, что отстаивает ее интересы, а вовсе не защищает финансовые корпорации. Он грозил увеличить налоги на богатых и обещал рабочие места. Республиканская оппозиция давила на президента с позиции бесполезности и растратности его политики. В качестве аргумента не трудно было привести состояние экономики и американских потребителей. На фоне политических баталий в США рынки в июне-июле оставались в застойном состоянии; наблюдалась стагнация нефтяных цен. Если за это время США не приняли бы решение о сокращении долларовой эмиссии и усилении экономии, логично было ожидать новой повышательной рыночной волны. Не ясно лишь одно – сколько времени она могла продолжаться.

Еще полгода назад Барак Обама выглядел победителем «первой волны» мирового кризиса. Сейчас картина предстает иной; отчасти вина за это возлагается на перемены в денежной политике США. Какие события стоят за изменением их монетарного курса?

Повышенное внимание американских институтов к бюджетному кризису в Греции маскировало весной-летом подготовку к изменению денежной политики США. Неясность выражал кризис финансово-экономической политики США, что уже переломило повышательный тренд на торговых площадках планеты. Рынок ждал сохранения США прежней денежной политики. Как только очевидной стала бы тщетность подобных надежд, начался бы отход капиталов в доллары. Цены на нефть перешли бы от вялых колебаний к снижению. Доллар начал бы усиление. Именно это и произошло позднее в августе-сентябре.

Борьба республиканцев против политики президента Обамы привела к серьезным уступкам с его стороны. США начали коррекцию денежной политики, что перевернуло восприятие рынками ситуации в мировой экономике. Как минимум «неплохо» превратилось в «нехорошо», каково реально и было положение. Наряду с ужесточением бюджетной политики, встал вопрос о контроле над деятельностью ФРС. Положение ФРС при Обаме позволяло ей без санкции властей осуществлять эмиссию доллара и самовольно использовать средства, полученные от продажи американских долговых обязательств. При детальном расследовании деятельности ФРС встал бы вопрос о необходимости национализации этого центрального банка. Но даже периодический контроль мог помочь усилению доллара, а главное — сократить денежную эмиссию в пользу финансовых спекулянтов.

Согласно выступлению американского сенатора Барни Сандерса по результатам аудита ФРС, эта организация предоставила за время кризиса на 16 трлн. долларов «серых» кредитов. Незаконную помощь получали американские и иностранные банки. По словам Сандерса, Федеральный резерв предоставлял многомиллиардные займы банкам, в которых работали его бывшие сотрудники. Так, JP Morgan Chase получил от ФРС 390 млрд. долларов финансовой помощи. Генеральный директор банка прежде являлся членом совета директоров Нью-Йоркского филиала ФРС. Проценты по «теневым» кредитам ФРС являлись чрезвычайно низкими, близкими к нулевому значению. Беспрецедентный аудит ФРС стал возможен благодаря поправке к закону о реформе финансового сектора Wall Street, предложенной сенатором Барни Сандерсом. Проверка Федерального резерва стала частью оппозиционного наступления на Обаму.

Что же ко всему этому подвигло? Еще зимой обнаружилось противоречие между выгодным финансовым корпорациям курсом Обамы и интересами промышленного капитала. Дешёвый доллар перевешивали повышение сырьевых цен и обесценивание денежных капиталов компаний.

Что привело к нынешним биржевым показателям?

Август начался на мировых биржах спокойно. Казалось, что снятие угрозы банкротства США должно помочь новому оживлению. Однако минуло несколько дней, и произошел первый обвал. Без объявления о запуске новой программы денежной подпитки, биржевой барометр вновь начинал показывать реальное состояние экономики. Рынки ожидали изменения финансовой политики США; их не устраивал компромисс между президентом-демократом и республиканцами.

После серии биржевых обвалов в первой половине августа наступила пауза. Падение прекратилось, что скорее было похоже на перемирие банков-спекулянтов и американских политических элит. Власти США получили шанс вернуться к старой денежной политике, но не могли им воспользоваться. Со 107 долларов за баррель нефть марки Brent поднялась почти до 110 долларов. Восстановление оказалось коротким, и биржи вновь стало лихорадить. Виной тому явился не только разворот, пусть и частичный, в финансовой политике США, но и проблемы в реальной экономике. Трактовать кризис как исключительно финансовый было бы ошибкой. Финансовыми были механизмы сдерживания спада, как только они ослабли, экономический кризис дал признаки усиления.

В октябре наступила новая пауза. Воспринимать ее как завершение прежнего острого периода было бы как минимум преждевременно.

Как Вы оцениваете экономическую ситуацию в США?

Еще 25 августа президент США вынужден был признать, что его правительству не удается решить злободневные проблемы национальной экономики. «Уровень безработицы по-прежнему слишком высок», - заключил Обама. По его словам, дальнейшее «восстановление экономики» будет сопровождаться ростом безработицы, что президент США не предлагал рассматривать как проявление кризиса. Согласно проведенному незадолго до этого опросу населения, 86% были убеждены в том, что экономическая ситуация в США ухудшилась. В июне этот показатель составлял 80%. Примечательно, что 49% (согласно августовскому опросу) считали, что ухудшения произошли только в прошлом месяце.

Американская администрация пытается убедить мир, что все обстоит не так уж плохо. Официальная статистика пока не фиксирует сокращения промышленного производства; оно растет медленно, как и занятость. В сентябре уровень безработицы остался равен 9,1%, как в августе. Промышленные мощности были загружены в сентябре на 77,4%. Однако падение на сырьевых и фондовых рынках можно трактовать как сигнал — отражение проблем со сбытом товаров. Проблема вряд ли является американской: розничные продажи в США выросли за сентябрь на 1,1%, что считается хорошим показателем. Правда, иную картину дает строительная отрасль; здесь явно видны признаки застоя, если не спада.

Картину в экономике осложняют денежные инъекции властей, они не прекращены и в Соединенных Штатах. Корпорации продолжают получать финансовую поддержку, а пределы государственного долга достигнуты далеко не везде. Однако если бросить взгляд на Западную Европу, то положение там стоит признать худшим, чем в США.

Правильно ли, что официальная статистика не ухватывает пока признаков «второй волны», тогда как рынки в августе-октябре давали иную картину?

Совершенно верно. Причина здесь кроется как в «медлительности» статистики, так и в нежелании правительств показывать подлинное состояние. Декларируемые государствами мира данные о продолжающемся росте ВВП и лишь в последнее время отмечаемом его замедлении невозможно рассматривать как объективную информацию. Коррекция экономической статистики происходит много после вступления в силу негативных факторов, которые она обязана заранее улавливать и оглашать.

В 2010 году Россия пережила фантастический взлет цен на многие пищевые продукты. За 2011 год ситуация стала лучше или не стала много хуже в ценовом отношении. Но почему в магазинах все больше импортного продовольствия?

Ведущие западные торговые сети исповедуют принцип: низкие закупочные цены – низкие розничные цены. В России действует иное правило. Стремясь получить наименьшие закупочные цены, бизнес старается удержать высокие розничные цены. В условиях свободы закупки товаров за пределами страны, вполне естественно выбор делается не в пользу отечественных производителей, то есть в пользу более высокой нормы прибыли. Играет роль здесь и неразвитость инфраструктуры, которую власти – занятые обеспечением выгодного сырьевого экспорта – не заинтересованы развивать.

Эксперты констатируют, что в составе многих продуктов – молочных, колбасных изделий доля импортных составляющих очень велика. Фактически беднейшая часть общества вынуждена питаться отчасти с огородов, а отчасти за счет импортируемого мяса, сои и молока. Хлеб и крупы в основном остаются еще российскими.

Россия дорогая страна; вновь грозящее ослабление рубля по итогам падения сырьевых цен скорее нанесет удар по внутреннему рынку, чем вызовет бум российского замещения импорта. История с ростом цен в стране не закончена и как только цены на нефть опустятся, рубль будет опущен по отношению к доллару, а цены – естественно поднимутся. Замещение импорта будет иметь место, но чем заместить разрушенный потребительский спрос? Экономика России все более обретает периферийные черты. Специализацией ее остается сырье и в угоду его вывозу на внешние рынки, для внешних производителей товаров, открывается рынок страны. Однако в связи с кризисом можно ожидать повышение веса внутреннего производства продовольственных товаров, но реализация этой перспективы связана с отстранением от власти сырьевого бизнеса.

Недавно было объявлено о скором принятии России в ВТО, этого, похоже, наконец хочет Запад. Как вступление страны в ВТО повлияет на внутренне производство и рынок продовольствия?

Ничего хорошего России от членства в ВТО ждать не приходится. В конце мая наш институт представил подробный Доклад «Вступление России в ВТО: угроза экономической катастрофы» (http://www.igso.ru/articles.php?article_id=340). ВТО необходимо сырьевым монополиям; внутренний рынок будет открыт для иностранных товаров намного больше, чем сейчас. ВТО станет ударом для российских товаропроизводителей. Экспортеры выиграют, население — проиграет. Влияние на экономическую ситуацию в стране будет отрицательным, что вероятно окажется особенно ощутимо в свете обострения глобального кризиса.

Каковы на Ваш взгляд ценовые перспективы бензина и дизельного топлива на внутреннем рынке?

Если мировые цены на нефть продолжат падение, в рамках развития «второй волны» кризиса катящейся на биржах с августа, то рост цен на топливо в России более всего вероятен в рамках ослабления рубля. Медленная или быстрая девальвация национальной валюты при понижательном нефтяном тренде более чем ожидаема. Рост цен на топливо — один из важнейших источников роста цен вообще. Огромные расстояния России и 20% доля затрат на транспорт в цене товара каждый раз делают рост цен на бензин и дизель весьма ощутимым для населения. Дорожает пользование транспортом, как личным, так и общественным. Менее всего рост топливных цен сказывается на услугах, но здесь решающую роль играет большая их уязвимость на рынке: на них люди легче готовы экономить.

Нефтяные компании давно считают российские цены на бензин и дизельное топливо для рядовых потребителей низкими. Государство контролируется как раз этими — сырьевыми группами бизнеса, оно оказывается не заинтересовано всерьез противостоять росту цен на топливо. Популистские вмешательства некоторых высших чиновников не работают, потому, что никто не хочет, чтобы они работали. При снижении мировых цен на нефть и при наличии твердого, а не качающегося рубля цены на бензин не могли бы расти.

В ЕС бензин остается по российским меркам очень дорогим. Так из-за налогов греки вынуждены платить за литр 1,7 евро. Этот уровень пока предел мечтаний российского сырьевого бизнеса для внутреннего рынка. Но не стоит думать, что цена в евро за литр для России не достижима.

Вспоминается история с безрезультатными пожеланиями правительства, адресованными компаниям ТНК-ВР и «Газпром нефть» по случаю повышения цен на бензин. В случае нового скачка цен на топливо действовать будут так же?

Вероятно, да. Вообще механизмы регулирования цен в России работают очень странно. По какой-то неведомой причине первый министр тратил свое рабочее время на публичную критику компаний «Газпром нефть» и ТНК-ВР. Они имели полное право игнорировать пожелания правительства. Однако если правительство стремилось бы как-то регулировать цены внутри страны, то оно могло бы не ограничиваться пожеланиями. Нужно было бы принять законодательные или распорядительные меры: установить максимум коммерческих цен и порядок ценового образования. В противном случае критика корпораций за нежелание следовать рекомендациям власти выглядит наивно, если не цинично. Совершенно неясно, почему они должны отказывать себе в дополнительной прибыли, если государство не желает ее ограничить в интересах населения.

Вряд ли будет справедливо, если власти примутся кого-то наказывать за игнорирование новых благих пожеланий. Если бы государство стремилось добиться результата, а не продекларировать свою гуманистическую позицию перед лицом населения, то действовали бы без рекомендаций и угроз репрессий, а в рамках закона и своих обязанностей. Когда мы увидим новый взлет цен на топливо, вряд ли власти ответят компаниям преследованиями. Все как и прежде будет походить на социальную рекламу государства. До социального популизма это не дотягивает.

В России автомобиль иногда называют атрибутом «среднего класса», если только он не слишком старый. Как вы оцениваете его границы сегодня в «посткризисную» эпоху, и каково будущее этой прослойки в связи с перспективами экономики?

Границы среднего класса невозможно провести точно. И дело не только в том, что классификация является узкой – потребительской, но и в том, что социальные гарантии значат очень много. Доля среднего класса в России вряд ли может справедливо оцениваться свыше 10-12%. Мерить средний класс в стране нужно западными стандартами, причем разница в цене жизни во многом уже не в нашу пользу. Примерный месячный доход представителя среднего класса должен равняться 1-1,5 тысячам евро в регионах и 2-2,5 тысячам евро в столице. Такую зарплату получают немногие россияне. И на такие деньги в России можно получить условия жизни хуже, чем в Западной Европе. Вообще средние слои есть лишь класс потребления, но не социально-экономический класс.

Самоотнесение к среднему классу ничего не значит. Однако, беда в том, что коммерциализация образования и медицины вскоре сократит этот слой довольно сильно. Россияне, относимые к средним слоям, живут относительно ровно именно потому, что экономят на гарантиях. Если они за все будут платить, то очень быстро потеряют и самоуверенность, и выпадут из категории средних слоев — попадут в массу обнищавшего населения. У нас же принято измерять все по заниженной планке, чтобы показать насколько все вроде бы благополучно. На деле же очень не многие россияне живут сносно. И если официальная статистика все время констатирует рост реальных доходов, а чиновники обещают его на будущее, то вряд ли всерьез стоит к этому относиться. Несмотря на стабилизацию рынков в октябре, еще не означающую прекращение черной полосы, на рост российской экономики особо не стоит рассчитывать. А без этого повышение уровня жизни будет существовать лишь в отчетах бюрократии.

Как бы не был малочислен отечественный средний класс, его ожидает судьба европейских и американских средних слоев — сокращение. Причем немалую роль в этом сыграет государство.

Каковы в таком случае перспективы рынка труда? И как они связаны с разными сегментами российской экономики?

Все зависит от того, смогут неолиберальные власти планеты или нет сдержать развитие кризиса и насколько времени. В октябре «вторая волна» в ее биржевом исполнении оказалась заморожена уверениями по поводу того, что банкротство Греции невозможно. Стране списали 50% долга, такое решение принято. В ЕС увеличен резервный фонд — до 1 трлн евро. Беда в том, что бюджетно-долговой кризис в Европе только следствие проблем в экономике. Как показывает опыт 2009-2010 годов развитие кризиса можно заморозить, можно даже инициировать некое оживление. Но все это временные решения, причин мирового кризиса не устраняющие и условий для нового подъема не создающие; поэтому оживление в экономике является всякий раз ложным — тупиковым.

Для России решающее значение имеют мировые цены на сырье. С мая на этом рынке прервана повышательная динамика. И если нефть подросла после недавнего падения, то алюминий остается подешевевшим. Финансовые круги планеты дождались решения европейского долгового вопроса. Вероятно, в ЕС дефолтов до конца года не будет, но возможность продолжения спада на сырьевом рынке сохраняется. Сохраняется она и для фондового рынка. В результате российская экономика может вновь начать быстро сжиматься, что обернется увольнениями. И от властей мало что зависит: их влияние на глобальные процессы невелико, что отражает периферийное положение экономики России. Даже банковская стабильность не более чем обман. Разбор дел «Банка Москвы» указывает, что до 50% активов в портфелях отечественных кредитных институтов в критический момент могут предстать как плохие.

Ориентированные на внутренний рынок сферы экономики более слабы, а главное менее защищены политически. Сырьевой сектор и крупные банки могут рассчитывать на поддержку государства. Но производственные и торговые предприятия среднего уровня уязвимы. Особенно плохо влияет на них слабость российских потребителей. Если «второй волне» удастся развернуться, а она уже проявилась в августе-октябре на мировых биржах как пугающий рецидив 2008 года, то можно ожидать немалых сокращений. Вероятно, повторится ситуация 2008-2009 годов, и компании будут стараться уменьшить свой персонал на 10-20%. Но нельзя исключать, что «разрешение» долгового кризиса в ЕС заморозит рынки на некоторое время, а негативный сценарий перенесется на декабрь или даже на 2012 год.

Власти России планируют удерживать контроль над процессами в экономике до окончания избирательного сезона. При резком ухудшении конъюнктуры они будут пытаться сдержать рост безработицы, раздавая субсидии и заказы. Средства должна дать новая приватизация.

Многие констатируют, что Почта России работает последний год заметно хуже. Не результат ли это той самой подготовки к приватизации?

Это, безусловно, так. Однако чиновники отчитываются о повышении коммерческой эффективности Почты. В 2009 году она впервые после 2005 года получила прибыль и обошлась без убытков. 2010 год обернулся наращиванием доходов. Эти данные должны показать потенциальным инвесторам, что покупка акций новой компании не безвыгодное дело. Приватизация нашего времени отличается от приватизации 1990-х годов. Почта России получает право на работу с кредитами, депозитами, а также на инкассацию. То есть она конструируется как интересная компания.

Мне кажется, что Почта России по итогам 2011 года сможет нарастить доходы за счет роста пользования ее услугами. Также существует механизм расширения числа сервисов не пересылочного профиля, что может быть реализовано позднее. Так возможно расширить торговлю сувенирами, освоить выпуск и продажу копий старинных российских литографий. Еще одним вариантом может стать развитие сервиса быстрой доставки корреспонденции. Если здесь Почта России добьется успеха и предложит невысокие цены, то она потеснит на рынке частные почтовые структуры. Почте недостает средств на модернизацию и создается впечатление, что она старается повысить интенсивность труда и сократить персонал. Менеджмент жалуется что рабочие «сжирают» 60% выручки, что ничего доброго людям не обещает. Ясно, что не технические решения, а увольнения станут инструментом повышения «производительности труда», как ее понимает менеджмент.

Когда вы говорили об уязвимости российских банков, вы имели в виду и «Сбербанк России»?

Сбербанк не только крупнейшая российская кредитная организация по объему активов, но и наиболее надежная. За первое полугодие банк увеличил чистую прибыль по МСФО (международным стандартам финансовой отчетности) почти втрое по сравнению с аналогичным периодом прошлого года. Возросла она до 176,1 миллиарда рублей с 64,3 миллиарда рублей. Но если проблемы возникнут у всего банковского сектора, то и Сбербанк должен будет тоже бороться с трудностями.

Крупнейшие российские банки расширили ипотечное кредитование; в первой половине 2011 года Сбербанк снизил ставку до 8%, но затем она поднялась. Российские банки редко готовы давать кредиты населению ниже 9,5%, однако ведущие институты смогли поддержать кредитами строительную отрасль. Но процентные ставки настолько высоки, что давление негативных процессов в мировой экономике может вернуть как российский рынок, так и кредитную отрасль в состояние кризиса. Снять его в 2009 году было чрезвычайно сложно. Более всего помогли в этом шаги Белого дома, породившие глобальную финансовую стабилизацию.

Как и в банковской сфере, на рынке страхования государство будет предотвращать возможные банкротства удалением с рынка слабых игроков. Управляемый передел рынка остается наиболее вероятной перспективой, как в условиях стабильности, так и при развитии спада. Отказ от введения новых видов обязательного страхования может быть продиктован политическими соображениями. Обязательное страхование недвижимости может и не быть введено. Кстати и с девальвацией рубля власти будут осторожны, пока процедуры выборов не завершатся. Но это не означает, что от ослабления национальной валюты откажутся при новом снижении сырьевых цен.

Если говорить о банковском секторе, то существует еще проблема «безвозвратных» кредитов. Где корень этого явления?

«Безвозвратные» кредиты, это форма вывода капиталов из банков. Заинтересованные лица из числа владельцев и руководителей таким образом извлекают средства нужные им на других направлениях бизнеса; способ, безусловно, не чистый. Проблема существует не только в банках именуемых государственными. Такие же кредиты могут выдаваться частными банками. В некачественных с точки зрения банка решениях бывают заинтересованы члены руководства самого этого банка. Это просто может быть чрезвычайно выгодно.

ВТБ вынужден был реструктурировать задолженность Mirax Group по облигациям под выгодный процент. Аналитики задаются вопросом, как банк мог вложить столь большие деньги в такой проблемный актив? Однако Mirax Group долгое время являлся успешным бизнесом. Проект динамично развивался, а проблемы появились лишь с началом мирового кризиса. Ситуация вполне стандартная.

Увод капиталов из госбанков это проблема акционеров – включая правительство. В зависимости от того сумеют ли они поставить руководство под контроль и будут ли заинтересованы крупнейшие из них в изменении ситуации и возможны перемены к лучшему. На сегодня успешно преодолевшим многие старые проблемы выглядит Сбербанк. ВТБ, напротив, демонстрирует картину укоренения проблем. Нельзя забывать, что рядом с бедой недостаточно качественного управления стоит проблема добросовестности менеджмента.

Не так давно было объявлено о присоединении 45 российских компаний к Глобальному договору ООН (The Global Compact), что оценивается как выражение растущего внимания бизнеса к социальной ответственности. Каковы причины присоединения компаний к соглашениям такого типа?

Основной интерес присоединения состоит для российских компаний в возможности показать иностранным инвестором свою адекватность международным стандартам. Но никакого мотива реально следовать нормам Глобального договора ООН для российского бизнеса нет. Сам договор – исключительно имиджевое начинание. С российской действительностью принципы Договора согласуются плохо, но и с общемировой действительностью все не лучше. Однако проблемы здесь нет, поскольку договор носит скорее пропагандистский характер, чем базу для каких-либо изменений в сфере экологичности бизнеса или его социальной ответственности.

Для отечественного бизнеса реализация бумаг на внешних рынках и привлечение заемных средств из-за рубежа требует срочно «дотянуть» свой имидж до западных стандартов. В реальности повышения уровня социальной ответственности бизнеса нет, но есть рекламная игра вокруг этого понятия. О реальной социальной ответственности отечественных компаний могут много рассказать работающие в подполье профсоюзы.

Если на момент перейти от экономики к политике: как Вы считаете, почему кандидатом в президенты стал Владимир Путин, а не Дмитрий Медведев и можно ли говорить о конце миллиардера Михаила Прохорова как политика?

Не думаю что все кончено для Прохорова — политика. Его устранение с поста лидера партии «Правое дело» с избранием Путина кандидатом в президенты связано, но связано и с экономической конъюнктурой в мире. Путин имеет репутацию человека эпохи экономического роста, если не творца этого роста. Разумеется, подъем 2000-х годов несправедливо записывать на его адрес, однако Медведев авторитетом в обществе похвастать не может. С весны явной стала угроза большого спада в экономике, а с августа ситуация еще осложнилась. Мировые цены на сырье снизились по сравнению с апрелем и партии власти нужен надежный и авторитетный лидер — человек, повышающий в глазах населения уровень легитимности режима. Это так же важно как добиться наибольшей явки.

Прохоров оказался не нужен умеренной путинской аппаратной партии. И его со скандалом убрали с поста. Однако он показал себя человеком жесткой классовой позиции, хотя ему и пришлось отыгрывать назад некоторые исторические заявления. Правый фланг неолибералов может востребовать его как лидера позднее, уже в момент возрождения в стране политической борьбы, когда классы и группы в них начнут отстраивать свои политические структуры. Случится это на новой фазе глобального кризиса. В настоящем выдвижение Путина рушит план радикальных неоконсерваторов о быстром смещении официальной политики в сторону жесткого неолиберализма: на конструктивном «левом фланге» должна была оказаться «Единая Россия», а правая партия — вырасти справа. Отсюда и падение чиновного интереса к «Справедливой России».

Можно предположить, что в силу обстоятельств, курс государственной политики еще сместится вправо. Россияне совершенно не готовы к импорту из Европы методов прямого переложения издержек кризиса на население, но им с этим еще предстоит столкнуться.

Какое влияние оказывал мировой экономический кризис на Россию в последние годы и что грозит нам в перспективе?

В мире есть признаки обострения кризиса, который никуда не исчез после 2008 года. Он лишь был искусственно – за счет политики США отведен на стартовые позиции. С них он пытался сорваться вперед несколько раз, но всякий раз был сдержан новыми валютными вливаниями в банки. Сейчас планета переживает биржевой кризис, фазу зарождения нового индустриального спада. Обусловлена она объективно – слабостью массовых потребителей, как и спад 2008-2009 годов.

В 2010-2011 годах российский внутренний рынок получил мощнейшие удары. Рост цен на продукты питания ослабил и без того небогатых потребителей. Поэтому исходя из внутренних причин в России все готово для экономического спада. С началом в августе мирового снижения на биржах, российский фондовый рынок начал обваливаться.

В российской экономике на начало 2011 года не наблюдалось столь же мощных признаков депрессии как в Южной Европе или арабских государствах. Если некоторые страны проиграли от стабилизации 2009-2010 годов, то Россия в лице сырьевых монополий выиграла. Но зависимость страны от событий на внешнем рынке увеличилась. И если до осени 2008 года власти страны были искренне уверены, что глобального кризиса бояться нечего, то в 2011 году они начали нервничать задолго до «черного» августа. Сферы экономики ориентированные на экспорт уже теряют доходность, а ориентированные на внутренний рынок производственные сферы очень слабы. При видимости лучшего положения в 2009-2011 годах из-за высоких цен на нефть, экономика России более уязвима, чем экономики США или стран Западной Европы.

С августа мировая экономика переживает биржевой спад, начало крушения спекуляций. Октябрьскую заморозку биржевого спада еще нельзя рассматривать как продолжительную. Тем более, что 1 ноября произошло новое биржевое падения, последовавшее за ложным обещанием греческого главы правительства Папандреу провести референдум о членстве в еврозоне и судьбе долга. Нужно также заметить, что история бюджетно-долгового кризиса в ЕС не закончена. Пока он проявился на юге еврозоны, но Франция и Германия не застрахованы от него: государственные долги их значительны.

Сигналом предстоявшего падения рынков стала коррекция в мае. Затем наступила пауза в несколько месяцев. Крайне важно, что события 2011 года стали повторением аналогичных событий 2009 и 2010 годов. Тогда тоже происходили коррекции и наступали летние паузы, но рост рынков возобновлялся осенью. Изменение денежной политики США, переход к ее более скромной - «экономной» форме, привел к тому, что два года искусственно откладывавшийся обвал начался. Общей тенденцией для экономик мира остается падение на фондовых и сырьевых биржах, что наконец приведет мировой кризис в фазу депрессии. Необходимо приготовиться к тому, что мир может пережить даже более сильное падение, чем в 2008-2009 годах. И если ему не дадут развернуться, то кризис вернется в 2012 году. В силу закономерности он должен выполнить сперва разрушительную работу, чтобы потом начать созидательную.

Россия с мая несет потери от снижения мировых цен на сырье. Цена золота с 2008 по 2011 год увеличилась в два раза. Это значит, что при цене барреля нефти в 100 долларов, российский бизнес получал примерно 50 долларов начала 2008 года. Однако пока логично ожидать укрепления доллара при падении цен на сырье. Снижение цены нефти — перспектива на ближайшие месяцы, если кризис не будет вновь на время заморожен. Затем ей предстоит оставаться на пониженном уровне довольно долго, возможно, несколько лет. Даже нынешние цены на нефть и металлы душат промышленность и разрушают потребительский спрос в Европе и Северной Америке. Обвал сырьевых цен — крах спекуляций на сырьевых рынках ослабит давление на мировую индустрию, но поднимет его для России. Ее, видимо, ждет гораздо большее обострение социально-экономических проблем, чем страны Запада.

Какова на Ваш взгляд экономическая прочность России? Какое влияние на страну могут оказать разворачивающиеся процессы?

Фактически можно говорить о том, что «вторая волна» развивается уже как минимум три месяца (август-октябрь). Столько времени о ней сигнализируют фондовые и сырьевые биржи планеты. Но подползла она еще весной и только из-за фальши официальной экономической статистики ее не удается выявить. Но, в России по независимым оценкам снижение промышленного производства идет с зимы. Власти страны полны оптимизма, однако экс-министр финансов Кудрин постарался поскорее оставить свой пост: он понимает, что не должен пасть жертвой «второй волны», а справиться с ней не рассчитывает.

При серьезном снижении цен на сырьевые товары, российские денежные резервы иссякнут за год. Смягчать кризис власти готовятся по старому методу, раздавая помощь монополиям. Никаких структурных, а тем более, социально-политических мер в их запасе нет. Они рассчитывают переждать «вторую волну», как это уже было в 2008-2009 годах. А еще они надеются на то, что все в мире после кризиса останется так же, как и было. Но этого точно не будет. Впереди технологический переворот, включая революцию в электроэнергетике. На место финансовой глобализации придет глубокая региональная интеграция экономик.

Беседу вёл Алексей Козлов, rabkor.ru

Колонка Василия Колташова


СТАТЬИ >> ЭЛЕКТРОННЫЙ БИЗНЕС

Закон «О национальной платежной системе» - мнение экспертов

Экспертное мнение - Как принятие закона "О национальной платежной системе" изменит работу участников рынка электронных денег?

Виктор Достов, председатель совета ассоциации «Электронные деньги»

Основная новация закона заключается в том, что все операторы рынка электронных денег должны получить статус кредитной организации. Но при этом законодатель предусмотрел для таких компаний упрощенную форму небанковских кредитных организаций. У ряда операторов уже есть аффилированные банки, в частности, у Qiwi есть Киви Банк, у WebMoney есть своя НКО «Сетевая расчетная палата», поэтому для них вступление закона в силу мало что изменит.

У тех операторов, у которых отсутствует своя НКО, есть несколько вариантов. Один из вариантов — создание своей НКО с нуля — потребует немалых затрат, которые можно оценить от 1 млн долларов. Понятно, что для компании «Яндекс-деньги», которая сейчас является единственным крупным оператором на рынке ЭД без своей НКО, это «подъемные» деньги. Небольшие компании, которые занимают меньше 5% рынка, должны будут либо найти эту сумму, либо найти банк, который согласится по договору эмитировать для них электронные деньги за определенное вознаграждение.

Далеко не все банки согласятся на такое сотрудничество, так как если компания небольшая, то и объемы у нее будут соответственные, а значит, и неинтересные банку. Поэтому не исключено, что некоторые компании, работающие на рынке ЭД, вынуждены будут закрыться. Так, например, уже поступила платежная система «ВКонтакте», которая посчитала, что затраты, которые повлечет вступление закона о НПС в силу, не соответствуют той прибыли, которую она получает от своей деятельности.

Евгения Завалишина, генеральный директор электронной платежной системы «Яндекс.Деньги»

На приведение своей деятельности в соответствие с требованиями закона у нас есть еще год с момента вступления его в силу. Поэтому сейчас мы внимательно прорабатываем все варианты дальнейшего развития бизнеса в новых условиях. С точки зрения регулирования у нас есть выбор: получить специальную лицензию НКО либо проводить электронные платежи в рамках банковской организации. У каждого из этих вариантов есть свои плюсы и свои минусы, но, конечно, нужно признать, что в любом случае у нас возникнут дополнительные затраты и потребуется определенная перестройка бизнес-процессов.

Принимать решение о конкретных шагах мы будем после вдумчивого анализа — какой из вариантов позволит предложить нашим пользователям наилучший сервис, как это соотносится с интересами наших партнеров и в конце концов, как это решение повлияет на наши доходы и дальнейшее развитие бизнеса.

Несмотря на все предстоящие хлопоты, мы считаем, что принятие закона — хорошая новость для нашего рынка. Ведь закон впервые вводит важные определения и общие правила. Появилось понятие электронного платежного средства, определен порядок выпуска в обращение электронных денег, описаны ключевые условия деятельности: сроки отчетности, лимиты платежей, правила идентификации. Безусловно, в целом это событие позитивное: без четкой нормативно-правовой базы даже успешные системы электронных денег не могли строить долгосрочных бизнес-стратегий.

Вероятно, не обойдется и без потерь — новичкам станет несколько труднее входить на рынок. Вспомним, что первым громким событием, с которым связали закон сразу после подписания у президента, стало заявление социальной сети «ВКонтакте» о закрытии своей платежной системы. Но, честно говоря, я полагаю, что основная причина все-таки не в затратах на лицензирование. Скорее уж дело в том, что ребята из «ВКонтакте» просто поняли: это совсем другой бизнес, его нужно совсем по-другому строить. Причем он в некотором смысле более «скучный», чем их собственный — ведь они сегодня работают в очень бурном и динамичном сегменте Интернета. А мы живем на стыке интернет-бизнеса и финансовых услуг, на нашем рынке свои стандарты в области безопасности, у нас особая система отношений с партнерами, у нас совершенно другие требования к построению бизнес-процессов, к управлению изменениями, к внутреннему контролю… В общем, совсем другая жизнь.

Конечно, сегодня рынок только начинает осознавать различные последствия — как в смысле затрат, так и в смысле новых возможностей — принятия закона о НПС. И анализировать первые реальные результаты закона, его воздействия на отрасль нужно будет примерно через год. Ведь самое интересное сейчас только начинается.

Ксения Великина, PR-директор WebMoney Transfer

Отрасль электронных денег набрала за последние годы такие обороты и так стремительно развивается, причем это касается не только Интернета: активное развитие мы наблюдаем и в мобильных платежах, и в терминальных платежах, что законодательной власти нужно было принять этот закон, чтобы легализовать рынок. Безусловно, принятие закона даст определенный толчок развитию мобильных платежей. Это раз. И во-вторых, мы думаем, что принятие закона повлечет за собой перестройку рынка и создание мелкими игроками альянсов с банками.

Система WebMoney по сути закрепила свой статус, поскольку мы и раньше уделяли много внимания юридической проработке вопросов. Так, например, гарантом по WebMoney-рублям всегда являлась НКО, поэтому на работе нашей системы это нововведение никак не отразится. Что касается мелких платежных систем, то у них действительно появляется потребность в легализации.

См. также:
- Текст закона "О национальной платежной системе"
- Комфортность, выполнимость и обоснованность требований нового закона о НПС

Источник: Журнал "Микрофинанс" (№3 (8) 2001г.

Прыг: 048 049 050 051 052 053 054 055 056 057 058
Шарах: 100






Удаление зуба спб

Протезирование, лечение и отбеливание зубов, имплантация и др

smilecity.spb.ru

Программа производственного контроля

Подготовка и подача отчета об организации производственного контроля

gc-eco.ru

Кредит Украина

Кредит на карту онлайн 24/7 Мгновенный онлайн кредит на карту. На любые

кредит.net