СТАТЬИ >> МИРОВЫЕ ФИНАНСЫ

О Юпитерах и быках в мире финансов

Автор: Валентин Юрьевич Катасонов, профессор кафедры международных финансов МГИМО, доктор экономических наук, член-корреспондент Академии экономических наук и предпринимательства.

Почему СМИ пишут о проблемах Греции, а не мировых банков …

Всем хорошо известна крылатая фраза Quod licet Jovi (Iovi) non licet bovi (лат. «Что дозволено Юпитеру, не дозволено быку»), авторство которой приписывается римскому трагику Публию Теренцию. С времен Теренция прошли тысячелетия, но его афоризм в сегодняшнем мире двойных стандартов стал еще более актуальным. Особенно - в мире финансов.

Кого же в современном финансовом мире следует считать быками? - Очень многих. Их правильнее было бы даже назвать баранами, с которых ростовщики и спекулянты постоянно «стригут шерсть», т.е. получают проценты и доходы от биржевых манипуляций. К быкам (баранам) относятся, прежде всего, простые граждане, которых мировые ростовщики действительно стремятся превратить в тупых баранов (так легче с них «стричь шерсть», т.е. заманивать в разного рода «финансовые пирамиды»). К быкам также относятся компании, функционирующие в реальном секторе производства (им постоянно нужны кредиты, кроме того, они вынуждены пользоваться целым рядом других «финансовых услуг» ростовщиков и спекулянтов). Быками можно назвать и большинство банков, находящихся на периферии мировой финансовой системы, которые становятся жертвой периодически возникающих мировых финансовых и банковских кризисов. Наконец, жирными быками, становящимися добычей ростовщиков и спекулянтов, становятся целые государства, опутанные сетью долгов и расплачивающиеся по этим долгам налогами со своих граждан.

Вот этой последней разновидности быков и посвящена значительная часть информационных сообщений, проходящих по каналам телевидения, интернета, газет и других печатных изданий. Все разговоры последнего года - о Греции, Испании, Италии, других странах, входящих в зону евро и Европейский союз. О том, какие у них высокие показатели внешнего долга, дефициты бюджетов, цены выпускаемых государственных долговых обязательств, кредитные рейтинги и т.д. и т.п. Спора нет - эти страны давно уже жили не по средствам, пользуясь безоглядно услугами мировых ростовщиков, все глубже увязая в долгах. Действительно в странах Европейского союза надо наводить финансовый и иной порядок (все споры лишь о том, каким способом наводить и за счет кого). Оставим сейчас в стороне этот серьезный вопрос и постараемся разобраться, кто сегодня в финансовом мире выступает в качестве Юпитеров.

Во-первых, это некоторые экономически развитые страны. Например, самый высокий уровень внешней задолженности в группе развитых стран у Японии - свыше 200% ВВП. Однако про этого Юпитера в СМИ - молчок. Почему? Причин много. Одна из них: страна восходящего солнца исправно и послушно покупает долговые обязательства американского казначейства за счет своих громадных валютных резервов. Хотя Япония - не самый главный Юпитер (она имеет также определенные свойства быка), ее на данном этапе исторического развития трогать запрещено. Среди развитых стран главным Юпитером являются Соединенные Штаты. У них государственный долг сегодня достиг 100% ВВП, а по абсолютному объему (почти 15 трлн. долл.) превышает суммарный долг всех государств еврозоны. Для сравнения: на начало нынешнего года уровень государственного долга в таких «критических» странах ЕС, как Португалия был равен 97% ВВП, Италия -118%, Испания - 60%. Я использую слово «критические», потому что финансовые аналитики «предрекают» дефолт этих (и ряда других) стран ЕС, а рейтинговые агентства выставляют им «оценки», которые (если использовать школьную пятибалльную шкалу) близки к двойке. В то же время Соединенным Штатам они выставляют исключительно пятерки, потому что США - Юпитер в мире финансов.

Во-вторых, еще более важными Юпитерами оказываются банки. Не все конечно, а те, которые принято называть «мировыми». Те, про которых принято говорить: «слишком большие, чтобы умереть». Мне не хотелось бы сейчас использовать эмоции для того, чтобы описывать этих «жирных котов». Эмоции оставим для тех, кто участвует в движении «Оккупируй Уолл-стрит». Было бы лучше, если б активисты этого движения объяснили широким слоям населения, каким образом эти «жирные коты» грабят народ. Если мы возьмем балансы мировых банков, то с удивлением увидим, что финансовое положение какой-нибудь Греции или Испании на фоне таких банков является не просто благополучным, а отличным. Обязательства этих банков перед клиентами по депозитным (пассивным) операциям во многие десятки раз превышают наличные ликвидные средства, с помощью которых покрываются эти обязательства. Примерно также выглядит соотношение долговых обязательств и собственного капитала банков. С точки зрения финансовой науки, любое предприятие, имеющее такие показатели, немедленно объявляется банкротом. Но только не банки. На профессиональном языке банкиров это называется «частичным покрытием обязательств» кредитных институтов. А на обычном языке это называется мошенничеством, причем таким, которое прикрывается государством. Во-первых, потому, что это прикрытие даже обеспечивается некоторыми законами, легализующими откровенное мошенничество. Во-вторых, в случае ожидаемого дефолта банка (банковские и финансовые кризисы) государство приходит на помощь таким «бессмертным» «жирным котам».

Кризис 2008-2009 гг. показал, что на Уолл-стрит был установлен «банковский социализм»: «жирные коты» получили триллионы (не миллиарды!) долларов из Федерального резерва и Казначейства США. В российских и мировых СМИ об этой стороне банковского бизнеса почти ничего не говорится (справедливости ради следует сказать, что в учебниках по экономике об этом также говорится очень невнятно). СМИ подобно собачке Тузик предпочитают носиться с «дохлой кошкой» под названием «долговой кризис в ЕС», эту «дохлую кошку» хитроумные банкиры побрасывают обозревателям, аналитикам, комментаторам, дикторам и прочим служителям «четвертой власти». А наши финансовые Юпитеры остаются в тени, обдумывая, каким образом сыграть еще одну партию покера с теми, кого они считают «тупыми баранами».

Еще раз повторяю: долговые и финансовые проблемы в Греции, Испании, Португалии, других странах ЕС надо решать. Но начинать надо с «жирных котов», или (по нашей терминологии) финансовых Юпитеров, штаб-квартиры которых находятся не только в Нью-Йорке, но также в Лондоне, Франкфурте, Париже, Цюрихе и других городах мира. Все эти Юпитеры незримыми нитями связаны с самым главным Юпитером мировой финансовой системы - Федеральной резервной системой США, которая делает деньги из воздуха и накачивает ими мировые банки. Именно в этих Юпитерах находится корень перманентного финансового кризиса.

К сожалению, кризис 2008-2009 гг. лишь немного вспугнул «жирных котов»; в общественной жизни не выявилось реальных сил, которые смогли бы повергнуть власть финансовых Юпитеров (движение «Оккупируй Уолл-стрит», по моему мнению, реальным потенциалом не обладает). Со стороны отдельных политиков и государственных деятелей были лишь отдельные эмоциональные всплески, которые к сегодняшнему дню почти полностью выдохлись. Наиболее ярким таким всплеском было решение Конгресса США провести с помощью Счетной палаты США аудит Федерального резерва. Счетная палата выявила, что указанное учреждение раздало кредитов в период последнего кризиса на 16 трлн. долларов. При этом перечислялись банки, которые были главными получателями (я об этом писал в октябре с.г. на РНЛ). Примечательно, что, как отмечает Счетная палата, ни один цент из этой сумму возвращен не был. Первым в списке Счетной палаты был банк Citigroup, который получил от Федерального резерва 2,5 трлн. долларов. Кстати, это почти в семь раз превышает нынешний государственный долг Греции, о котором говорят с утра до ночи как о «самом слабом звене мировой финансовой системы».

Может быть, банки продолжают «сидеть» на полученных деньгах? Ничего подобного! Они их уже раздали в виде кредитов (в том числе, тем же странами еврозоны). В начале ноября в Каннах прошла очередная встреча «двадцатки», на которой, как всегда, вяло «жевался» вопрос о надвигающемся кризисе (следующая волна). После встречи сразу же был составлен «черный список» мировых банков, которые опять оказались на грани коллапса (как в 2008 году) и превратились в угрозу для мировой финансовой системы. Кто в этом списке?

Из 29 вошедших в перечень компаний, критически важных для глобальной экономической стабильности, 17 - из Европы, 8 - из Америки, 4 - из Азии. В список были включены: Bank of America, Bank of China, Bank of New York Mellon, Banque Populaire, Barclays, BNP Paribas, Citigroup, Commerzbank, Crédit Agricole, Credit Suisse, Deutsche Bank, Dexia, Goldman Sachs, HSBC, ING Bank, JPMorgan Chase, Lloyds Banking Group, Mitsubishi UFJ, Mizuho, Morgan Stanley, Nordea, Royal Bank of Scotland, Santander, Société Générale, State Street, Sumitomo Mitsui, UBS, Unicredit Group и Wells Fargo. Обратим внимание, что в списке не только американские банки с Уолл-стрит, но также «приближенные» к ФРС банки других стран. В том числе европейских. Так, среди проблемных европейских финансовых организаций оказались немецкие Deutsche Bank и Commerzbank и крупнейшие банки Франции - BNP Paribas, Societe Generale, Credit Agricole и Banque Populaire, которые активно приобретали долговые бумаги Греции, Испании, Италии.

Примечательно, что «черный список» мировых банков содержит практически все кредитные институты, которые входят в известные списки журнала Форчун («сливки» мировых финансов). Кроме того, указанный список по своему составу очень похож на список Счетной палаты США (перечень банков, получивших 16 трлн. долларов). Самое удивительное: «черный список» не является секретным документом, но он почти не появлялся в российских СМИ. Наши охочие до сенсаций СМИ «не заметили» этого списка, который можно найти на ряде зарубежных сайтов. Нашей «четвертой власти» интереснее обсуждать проблемы Испании или Греции, выступающих в финансовом мире в роли быков. Таким образом, «четвертая власть» помогает «первой власти», т.е. Юпитерам «стричь шерсть» с тех, кого мы назвали быками (они же - бараны).

Источник: Русская линия

СТАТЬИ >> МАРКЕТИНГ, PR

Голосовой маркетинг: психология решения задач маркетинга

О чем говорит голос

Человек всегда рисует психологический портрет того, с кем включен в общение. Этот портрет создается на основе множества данных. Голос может рассказать о человеке очень многое. Иногда не так важно, что говорят, гораздо важнее - как. По мнению П.Экмана, крупнейшего специалиста по вопросам распознавания лжи, слова являются одним из наименее достоверных источников информации.

По голосу собеседника можно понять, как он к вам относится, искренен ли, какое у него эмоциональное состояние. Общаясь с человеком, можно сделать выводы о его личных качествах и особенностях. Можно даже представить физический образ незнакомого человека. Каждый из нас делает это ежедневно и в разных ситуациях: на работе, дома, в общественных местах...

Создав образ, человек неосознанно опирается на него в своих решениях, поведении, реакциях.

Интерес к феномену голоса возник много веков назад. Так, в древности, возник образ сирен в «Одиссее» Гомера; на более позднем этапе важное значение приобрели навыки владения голосом и речью в школах ораторского искусства в Древней Греции и Риме. В средневековой Италии данные о голосе даже вносились в паспорт.

Однако, проблема голоса не подвергалась научному исследованию, поскольку, в отличие от зрительного, слуховое восприятие не является ведущим для человека. И на сегодняшний день голос человека - явление весьма сложное и не полностью изученное.

Встречаются похожие голоса, но нет одинаковых. Даже имитаторы копируют не сам голос, а только манеру говорить. Эксперименты профессора Р. Фарманн доказали: сделать собственный голос неузнаваемым можно на протяжении всего 3-5 слов, затем индивидуальные признаки берут свое.

Голос каждого человека уникален. Существуют факторы, способные отражать индивидуальные характеристики человека. И существуют феномены восприятия, дающие возможность выявлять индивидуальные особенности. Вопрос в том, насколько адекватно происходит восприятие человека по его голосу!

Сегодня главным становится познание индивидуальности, и постановка проблемы голоса возникает в контексте общения. Очень важным является восприятие и построение адекватного целостного образа по голосу.

Во время общения человеку презентуются не только внешность, но и внутренний мир собе¬седника. Как это происходит? Как личность другого оказывается доступной стороннему наблюдателю? Как и на основе чего складывается ее образ? Эти вопросы затрагивают фундаментальные пробле¬мы психологической науки.

Голосообразование - сложная система, которая регулируется и произвольно, и непроизвольно, поэтому полностью контролировать ее невозможно.

Главная функция речевых движений заключается в передаче смысла, и сознание занято преимущественно этим. Поэтому неосознаваемые и малоосознаваемые компоненты голосообразования ярко отражают состояние и настроение человека. Они могут проявляться в мимолетных изменениях, в глотательных движениях, в слишком глубоком или, наоборот, поверхностном дыхании, в длинных паузах между словами и т.д. Голос способен приобретать массу оттенков - быть глухим, звонким, хриплым, мягким, дрожащим… Неосознаваемые и малоосознаваемые реакции могут быть очень информативными и, возможно, наиболее действенными в плане передачи эмоций в процессе общения.

Учёт неосознаваемых и малоосознаваемых компонентов речи имеет большое значение для ряда профессий типа «человек-человек».

Пример применения голоса при решении маркетинговых задач

Так, специалистами одного тренингового центра был проведён эксперимент в рамках профессионального обучения операторов крупного московского call-центра.

Ценность данного опыта в том, что работа специалистов отдела осуществляется только по телефону, т.е. они вынуждены ориентироваться лишь на голос своего собеседника.

До тренинга показатели были следующие: за 3 месяца работы приблизительно 300 операторов на проекте по продаже питьевой воды сделали только 10 продаж. Структура эксперимента.

В бизнес-тренинге приняли участие 56 операторов. В рамках корпоративного учебного центра с ними был проведен недельный тренинг, в котором вырабатывались навыки построения психологического портрета собеседника по голосу. Операторы должны были научиться с первых слов клиента определять его пол, примерный возраст, эмоциональное состояние, различные индивидуальные характеристики, потребности, а также сильные и слабые стороны, на которые можно было бы воздействовать. Далее операторы осуществляли привычную презентацию товара, используя навыки модуляции собственным голосом, полученные ранее.

Результатом эксперимента должно было являться увеличение количества продаж.

По итогам обучения и двух недель работы на проекте по продаже воды, были получены следующие статистические показатели: до тренинга эффективность работы более 300 операторов – 10 продаж. После обучения – 56 операторов сделали 25 продаж.

Для повышения производительности труда операторов была применена авторская инновационная тренинговая методика обучения «психоголосовому резонансу». Краткая формула этой методики состоит из нескольких последовательных этапов познания партнера по общению через его голос и последующего вступления с ним в контакт с помощью специально созданного голосового и психологического резонанса:

1. Теоретическое познание феномена человеческого голоса.
2. Развитие навыка восприятия отдельных качеств человека в его голосе.
3. Развитие навыка выражения голосом собственных особенностей.
4. Выработка навыка оценки психологического портрета собеседника по голосу.
5. Выработка навыка вступления с собеседником в «психоголосовой резонанс».
6. Выработка навыка коррекции «психоголосового резонанса» на основе обратной связи.

Методика психоголосового резонанса

Данная методика предлагает иной подход к процессу общения. Так, предлагается увидеть, а точнее, услышать в собеседнике живого человека, личность. Человек, овладевший данной методикой, во время разговора вступает с собеседником в психоголосовой резонанс. Сначала он производит мгновенный комплексный анализ, выстраивая максимально адекватный образ собеседника, выбирая необходимые стратегии для работы с ним. Далее, используя уже свой голос, воздействует на собеседника, добиваясь как голосового, так и психологического резонанса. На осознанном уровне специалист управляет беседой, мышлением и образами партнера. Вычленяя в звучании голоса и в голосовых реакциях главные потребности, специалист может преподнести информацию таким образом, что потенциальный клиент почувствует желание приобрести данный коммерческий продукт.

Научные исследования показали, что, когда человек просто слушает речь, его голосовые связки совершают колебательные движения, беззвучно воспроизводя услышанное, что также обеспечивает понимание. Методика обучения «психоголосовому резонансу», тренирует человека на восприятие более тонких аспектов голосового звучания, чем в обыденной жизни.

Возникающий резонанс обеспечивает успешность решения бизнес-задач. Получая максимально полное представление о системе, используя достигнутый резонанс, можно эффективно управлять самой этой системой, отслеживая изменения состояния собеседника, осознанно влияя на эти изменения воздействием.

Обработка результатов

Нулевая гипотеза исследования заключалась в том, что обучение никак не повлияет на успешность работы операторов. Эта гипотеза не подтвердилась.

Таблица №1. Успешность работы обученных и необученных операторов.

Успешность\обученность Обученные Необученные Всего
Успешные 15 10 25
Неуспешные 41 300 341
Всего 56 310 366

Вывод: обученные по данной методике операторы работают намного успешнее необученных.

Производительность труда в расчете на одного оператора увеличилась примерно в тридцать раз за счет обучения. Вероятность такого вывода больше, чем 99.9% .

Анализ полученных результатов

Данный простой пример показывает, что человек может считывать своего собеседника по голосу и эффективно работать с получаемым образом. Однако, резкое увеличение эффективности после тренинга говорит и о том, что человеку необходимо обучение для выработки навыка построения психологического портрета, а также навыка использования получаемой информации.

Стоит также отметить и результаты «обратной связи» стажеров по итогам обучения. Все они отметили тот факт, что стали лучше и быстрее понимать, что за человек с ними общается.

Стажеры научились более тонко и отслеживать изменения настроения и реакций собеседника. Что же касается личностных качеств, то они воспринимались стажёрами как некий целостный образ.

Многие стажеры отметили, что после подготовки, услышав голос собеседника, стали больше доверять своим выводам о нем. Возможно, это говорит о том, что, какой бы опыт ни был у человека, эффективно он его сможет использовать только после того, как он будет выведен на осознанный уровень и проанализирован.

Обучение человека распознавать индивидуальные характеристики собеседника по голосу может применяться не только в сфере повышения продаж. Так, данный подход можно использовать и в работе правоохранительных органов, например, при составлении фотопортрета для ориентировок. Кроме того, на основе психологического портрета преступника, составленного по его голосу, можно будет прогнозировать его возможные действия.

Для политической сферы данный подход не только даёт возможность построения более выигрышной стратегии общения с избирателями, но и позволит повысить эффективность переговоров в дипломатической среде.

Собственно, методика обучения психоголосовому резонансу будет эффективно работать во всех сферах, где люди вынуждены взаимодействовать друг с другом, давая возможность улучшить взаимопонимание.

автор: Балянин Константин Юрьевич
бизнес-тренер, психолог-консультант с 9-летним стажем,
консультативный член Профессиональной Психотерапевтической Лиги
+7 (495) 797-12-63;
+7 (903) 103-26-30;
trening@balyanin.ru
www.balyanin.ru

СТАТЬИ >> ФИНАНСОВЫЙ МЕНЕДЖМЕНТ

Синхронизация управленческого и финансового учета

Автор: А.Б. Полозов

В последние несколько лет все больше и больше финансовых директоров задумываются о вопросе перевода управленческого учета и отчетности своего предприятия на рельсы МСФО или по крайней мере максимального сближения (если не полной конвергенции) управленческого и финансового учета.

Насколько целесообразна такая синхронизация для компании?

Для начала разберемся с терминологией.

Учет бывает разный

С финансовым учетом все более-менее понятно – считается общепризнанным определение, что это процесс сбора, обработки, агрегации, классификации и передачи информации о финансовом положении предприятия и результатах его деятельности за определенный отчетный период внешним пользователям с целью принятия ими экономических решений.

Так как процесс финансового учета завершается формированием финансовой отчетности, то фактически вторая половина этого определения, собственно, дает формулировку понятия «финансовая отчетность» – как концентрированного (через агрегацию и классификацию данных) источника информации о предприятии, передаваемой внешним пользователям для выработки ими решений по поводу данного отчитывающегося предприятия.

Если говорить о финансовой отчетности, составленной по стандартам МСФО, то Совет по МСФО под внешними пользователями в первую очередь подразумевает инвесторов, хотя круг пользователей финансовой отчетности обозначен в целом как достаточно широкий и включает также кредиторов, контрагентов, клиентов, сотрудников предприятия и даже государственные органы и общественность. «Концептуальные положения по подготовке финансовой отчетности по МСФО» (так называемый Framework) в параграфе 11 упоминают и нужды менеджмента, которые могут решаться путем использования финансовой отчетности, составленной по МСФО, но допускают, что управленцам для принятия решений по планированию и контролю за деятельностью компании может потребоваться и дополнительная информация.

Методологически финансовый учет подкреплен фундаментом, состоящим из системы концепций, принципов, правил и конкретных методик учета. Если мы имеем в виду конкретно систему МСФО, то речь идет прежде всего о стандартах и интерпретациях МСФО, а также обо всей сопутствующей стандартам методологической базе и накопленном международном опыте их применения.

С определением управленческого учета и отчетности дело обстоит чуть сложнее, поскольку однозначного определения нет и разные авторы дают свои определения, подчеркивающие отдельные нюансы. По мнению автора статьи, управленческий учет можно определить как систему информационного обеспечения процесса управления предприятием.

В отличие от финансовой, управленческая отчетность может формироваться не только за определенные периоды, но и под конкретные и разнообразные запросы руководства. Кроме того, обычно регулярная управленческая отчетность формируется на более частой основе, чем отчетность по МСФО (не только ежемесячно, но и еженедельно или ежедневно). Основная ее цель – служить для руководства инструментом внутреннего контроля и оценки деятельности компании. В отличие от привычных для финансовой отчетности форм отчетов управленческая отчетность может быть очень разнообразна по форматам и включать, например, такие формы отчетов, как исполнение бюджета денежных средств, анализ затрат подразделений, величина и структура cебестоимости производимой продукции или услуг, динамика дебиторской и кредиторской задолженности.

Все эти формы обычно составляются не только с большей частотой, чем финансовая отчетность, но и в более ранние сроки, что диктуется потребностями руководства оперативно принимать решения. Понятно, что скорость составления управленческих отчетов часто достигается за счет принесения в жертву их точности и аккуратности. Нередки случаи, когда отчет с одинаковым названием (например, «Отчет о прибылях и убытках») за один и тот же период может показывать абсолютно разные, если не диаметрально противоположные результаты (прибыль против убытка) в финансовой и управленческой отчетности.

Кроме того, общепринято, что в систему управленческого учета входят работа с вопросами бюджетирования, прогнозирования и планирования, анализ прибыльности продуктов и линий бизнеса, калькулирование себестоимости и ценообразования, вопросы контроля за центрами возникновения прибыли и затрат.

Единой нормативно-правовой базы, регламентирующей организацию системы управленческого учета предприятия, не существует – ни на международном уровне, ни в плане руководства или направления управленческого учета предприятий в России со стороны правительства или Минфина. Здесь справедливости ради нужно отметить, что Международная федерация бухгалтеров (International Federation of Accountants, IFAC) выпускает международные стандарты управленческого учета. Однако мало кто в России детально знаком с ними, и еще меньше предприятий реально применяют эти стандарты на практике.

В результате компании оставлены «без присмотра» в области организации и формирования методологии управленческого учета, и поэтому их учетные методики в нюансах и деталях (включая и измерители результатов деятельности) значительно различаются даже у сходных предприятий одной отрасли. Примером может служить внутренняя оценка своей работы компаниями телекоммуникационной отрасли России: одни используют показатель EBITDA (еarnings before income taxes, depreciation and amortization), а другие OIBITDA (operating income before income taxes, depreciation and amortization). Но даже те компании, которые используют EBITDA, включают в состав этого показателя разные статьи. Например, для одних компаний расходы, связанные с одноразовым списанием малоценных активов, учитываются в EBITDA (как операционные расходы), а для других – попадают «ниже» строки EBITDA (они рассматриваются как расходы по амортизации, начисленной единовременно в размере 100 % от стоимости малоценного основного средства).

Обычно к нормативным документам, разработанным компанией для организации собственного управленческого учета, можно отнести:

    – учетную политику по управленческому учету;

    – положения и инструкции по ведению управленческого учета;

    – план счетов управленческого учета;

    – систему дополнительных меток, атрибутов, признаков и кодов, используемых для кодирования статей бюджета, статей затрат, видов продукции и услуг, центров ответственности, направлений деятельности, используемых для различных видов финансового анализа;

    – методики по порядку документооборота при ведении управленческого учета.

Разные компании делают различный упор на отдельные «атомарные» признаки своих хозяйственных операций для целей управленческого учета и анализа – будь то уровень детального «разложения» договорной информации, широта применения МВЗ (место возникновения затрат), ЦФП (центр формирования прибыли) или ЦФО (центр финансовой отчетности). Все это разнообразие, присущее управленческому учету, наводит на неизбежную мысль: а есть ли возможность изменить методологические подходы во внутреннем учете предприятия, каким-то образом стандартизировать их и поднять на новый качественный уровень? В связи с этим в последние годы многие компании различных отраслей начали использование стандартов МСФО (по крайней мере отдельных) как методологической основы для формирования своей управленческой отчетности.

И действительно, ведь если МСФО на весь мир провозглашают своей целью максимально прозрачное, адекватное и «рыночно-ориентированное» отражение всех хозяйственных операций (включая самые сложные финансовые, «забалансовые» и «риск-ориентированные»), то почему бы не использовать уже разработанный международным сообществом этот мощный инструментарий для принятия управленческих решений на основе такой высококачественной методологической базы?

Попробуем разобраться.

Синхронизация?

Драйверами в пользу слияния управленческой отчетности и отчетности по МСФО являются следующие факторы:

1. Достаточная проработанность методологической базы МСФО в области теории. Всем известен жестко регламентированный процесс принятия новых стандартов МСФО, которые «обсуждают всем миром», прежде чем они приобретают силу закона для предприятий, формирующих свою отчетность по МСФО.

2. «Обкатка» стандартов МСФО на практике, причем значительным количеством ведущих предприятий мира во всех отраслях. Это значит, что любая компания может детально изучить огромный, реально накопленный практический опыт использования МСФО в своей отрасли и выбрать наилучшие альтернативы их применения, используя «лучшие практики».

3. Снижение стоимости ведения учета в компании. Содержание двух раздельных подразделений, в которых часто занято несколько десятков высококвалифицированных (а значит, и высокооплачиваемых) профессионалов всегда не только затратно, но и создает сложные вопросы эффективности взаимодействия, потерь времени и информации.

4. Реконсилиация (выверка) и поиск разниц в результатах по управленческому учету и по МСФО. На крупном предприятии такие различия могут быть материальными: по МСФО компания может быть прибыльной, а по управленческим данным – убыточной (например, в связи с разным подходом к учету резервов под обесценение активов или к расчету оценок по доходности начатых инвестиционных проектов). Еще хуже, когда у компании обратная ситуация, если при этом финансовое руководство еще и затрудняется отыскать точные причины разниц (из-за многообразия и сложности своей организационно-учетной сткруктуры и используемых методологий).

5. Дисциплинирующая роль МСФО, направленная на предотвращение злоупотреблений руководства дочерних компаний и структурных подразделений. При всей своей ориентированности на «общие принципы» и, на первый взгляд, довольно размытый характер таких понятий, как «нейтральность», «объективность» и «профессиональное суждение», тем не менее стандарты МСФО довольно сложно «обхитрить», особенно если их использование на практике проверяется внешними аудиторами.

Это означает, что там, где для целей управленческого учета (а значит, и соответствующих бонусов, часто основанных на показателе EBITDA, управленческой прибыли и прочих, которыми можно манипулировать в управленческом учете) «рисуется» положительный финансовый результат, строгое применение правил МСФО позволит увидеть высшему руководству компании или холдинга более справедливую картину реальной эффективности отдельных субхолдингов, подразделений и продуктов.

Одним из основополагающих качественных принципов формирования отчетности по МСФО является консерватизм, и он может служить хорошим барьером (при правильном применении) от «рисования» управленческой отчетности отдельными представителями нижестоящего менеджмента.

Более жесткий подход МСФО будет «головной болью» и неприятным сюрпризом для нерадивых менеджеров, но «твердые» цифры в отчетности, которыми нельзя манипулировать по своему желанию, как раньше, заставят их относиться к учетной функции и отчетам в целом с большим уважением (по крайней мере, манипулировать результатами при использовании стандартов МСФО гораздо труднее, и это требует сознательного сговора нескольких руководителей). А это приведет, в свою очередь, к более строгой учетной дисциплине и, как следствие, к более высокому качеству отчетности.

6. Продолжая тему бонусов управленцев, вознаграждений и системы мотивации персонала в целом, можно особо отметить, что внедрение МСФО в управленческую отчетность поможет не только сохранить, но и улучшить систему стимулирования нужных результатов путем ее доработки. Например, часто компании в качестве основного условия для премирования ставят достижение целей по объему продаж, при этом принижая роль других важных факторов, напрямую связанных с ними, например собираемость дебиторской задолженности.

В результате внедрения МСФО для внутренних учетных целей появляется «равная игровая площадка» для всех подразделений, которая позволит более-менее объективно, справедливо и равномерно оценить эффективность работы менеджеров различных подразделений. Например, путем заполнения матрицы показателей, основанных на «теоретически» более прозрачных и объективных данных по МСФО, можно установить управленцам конкретные количественные цели по собираемости дебиторской задолженности и другим показателям МСФО, не являющимся напрямую только цифрой объема продаж. Таким образом можно добиться не только снижения продаж клиентам с сомнительным кредитным рейтингом, но и реально увеличить фактический приток денежных средств в компанию.

7. Положительное влияние внедрения МСФО на улучшение внутренних процессов, планирования, бюджетирования и путей ведения бизнеса менеджментом.

В классической теории финансов принято считать, что учет и отчетность следуют за операционной деятельностью компании и являются лишь ее производной, «пост-фактумным» отражением.

Однако в реальном мире на самом деле возможна и обратная связь – когда сами стандарты отчетности влияют на способ ведения бизнеса. Примером может послужить самый последний стандарт МСФО (IFRS) 9 «Финансовые инструменты», который значительную роль отводит бизнес-моделям компании по управлению финансовыми активами. Если такие модели компанией не разработаны, являются слабыми или не формализованы, то сам факт наличия стандарта МСФО 9 и его требований подталкивает руководство разработать, уточнить и задокументировать все свои бизнес-модели в отношении работы с финансовыми активами.

В более широком смысле система учета не только является производной от бизнеса, но и сама активно влияет и формирует его: менеджеры крупных российских компаний уже вынуждены рассматривать учетные последствия своих бизнес-решений и тем самым изменять их – с учетом потенциальных выгод и проблем с презентацией и раскрытием в отчетности.

Например, если у компании есть выбор со структурированием контракта по совместной продаже товаров и услуг, то она просто обязана детально рассмотреть его нюансы и последствия с учетом требований стандарта МСФО (IAS) 18 «Выручка», чтобы не оказаться в ситуации, когда значительная часть доходов окажется отсроченной (непризнанной в отчетном периоде) на несколько лет. Другим примером может служить отказ от продажи части ценных бумаг из портфеля «Удерживаемые для погашения» в связи с опасением «быть наказанными» аудиторами за нарушение правил, предписанных стандартом МСФО (IAS) 39 «Финансовые инструменты: признание и оценка» и получить дисквалификацию инвестиционного портфеля в своей отчетности на два последующих года.

Также стандарты учета влияют и на структуру организационной деятельности (здесь трудно переоценить роль стандарта МСФО (IFRS) 8) и даже на иерархию и систему внутренних контролей и внутреннего аудита на предприятии. Примером положительного воздействия МСФО (IFRS) 8 может служить его требование (в параграфе 34) о необходимости раскрытия информации по поводу крупных клиентов и связанной с этим концентрацией операционных рисков бизнеса. Сейчас компании обязаны представлять внешним пользователям информацию о своей зависимости от главных клиентов и описывать ситуации, где продажи одному клиенту превышают 10% от общего объема реализации. Это заставляет руководство задуматься о своей зависимости от крупных клиентов – ведь многие привыкли к этому и не воспринимают как серьезный риск ведения бизнеса. В результате больше усилий менеджмента может быть направлено на поиск альтернативных клиентов (например, в других регионах или даже странах) и в целом на диверсификацию клиентской базы.

В российской практике сегментная информация, требуемая для раскрытия по МСФО (IFRS) 8, чаще всего составляется по стандартам РСБУ, которые стремятся к все более полному сближению с МСФО. Возникает логичный вопрос: можно ли форсировать этот процесс на своем предприятии и добиться более прозрачной и справедливой картины на уровне субхолдингов и подразделений, а не только на консолидированном уровне? Вопрос, конечно, риторический.

8. Всеобъемлющий характер МСФО. Международные стандарты покрывают не только все отрасли, но и все основные виды хозяйственных операций. Это означает, что последовательное применение МСФО в качестве основы для составления управленческой отчетности позволит улучшить ее качество за счет «равномерного» подхода к отражению всех экономических событий независимо от их природы.

9. Ориентированность МСФО на справедливую стоимость. Отражение многих активов и обязательств по справедливой стоимости значительно повышает практическую ценность отчетности – ведь теперь ее данные отражают не исторические цифры о приобретениях зданий, ценных бумаг или других статей, а реальную стоимость, т.е. ту сумму, которая на самом деле ожидается от дальнейшего использования или реализации того или иного актива.

Такая природа используемой информации меняет и характер действий менеджмента, его природу: превращает их из «реактивных» и запоздалых в «проактивные» и аккуратные, когда важные хозяйственные решения принимаются руководителями не со значительным временным лагом, а своевременно и с наибольшей выгодой для акционеров.

Широкое использование концепции справедливой стоимости начинает ориентировать менеджмент на управление ожидаемыми будущими денежными потоками (одна из основных моделей определения справедливой стоимости). Это, в свою очередь, означает естественное выравнивание и сближение интересов владельцев бизнеса и нанятых ими менеджеров, часто решая глубокие конфликты между этими двумя ключевыми для любого бизнеса сторонами, принимающими основные решения. Ориентация на создание новой стоимости для акционеров становится целью самого менеджмента, которая нередко на практике бывает подменена погоней за очередными KPI (ключевыми показателями деятельности), а они легко могут стать предметом манипулирования, особенно если от них зависит вознаграждение менеджеров. Ориентация на справедливую стоимость выбивает почву из-под ног тех структурных менеджеров, которые прячут от высшего руководства реальное состояние дел (в случае его ухудшения), прикрываясь старыми подходами к исторической стоимости или, например, более агрессивной (по сравнению с МСФО) учетной политикой в области раннего признания доходов и завышения стоимости активов.

10. Унификация МСФО и управленческого учета облегчает автоматизацию процесса составления отчетов. Переход к единой унифицированной учетной политике значительно улучшает перспективы и уменьшает сложность автоматизации процесса формирования этих двух видов отчетностей. Использование новых информационных платформ, метод «тонкого клиента», когда учетная информация может вводиться различными подразделениями (включая географически удаленные) через Интернет и обрабатываться немедленно в режиме онлайн – все это значительно облегчает перспективы для эффективного и качественного формирования автоматизированной управленческой и МСФО-отчетности.

11. Наличие «облегченной» версии МСФО в виде стандарта для малых и средних предприятий (МСФО для МСП, изданный в июле 2009 г.) позволяет использовать более простой вариант МСФО в качестве основы новой, улучшенной методологии для составления управленческой отчетности.

12. Положительный опыт крупнейших западных компаний и банков по сближению МСФО и управленческого учета. В связи с принятием стандарта МСФО (IFRS) 8 «Операционные сегменты» и его обязательным применением публичными компаниями начиная с 2009 г., выяснилось, что многие крупные западные компании имеют на самом деле лишь минимальные расхождения между своей управленческой и МСФО-отчетностью. Дело в том, что стандарт МСФО 8 предписывает предприятиям раскрывать сверку активов и результатов своей деятельности по внутренним (т.е. управленческим) отчетам и по отчетам, составленным на основе МСФО. Анализируя данную сверку, можно проанализировать и сделать вывод об основных разницах между этими двумя видами отчетности, которые существуют у отчитывающегося предприятия.

Например, у такого гиганта, как Дойче Банк, где, казалось бы, при его масштабах и огромном количестве дочерних компаний по всему миру ожидаются десятки, если не сотни разниц в методологии для внутренней и внешней отчетности, на самом деле их не более пяти. В частности, в отчетности Дойче Банка (который принял досрочное применение МСФО 8) за 2008 г., приведены следующие статьи расхождений в результатах:

    – Хеджируемые статьи учтены по рыночной стоимости в управленческом учете, но по амортизированной стоимости в МСФО (видимо, эта разница возникла применительно к экономическим хеджам, когда учет хеджирования в некоторых ситуациях по хеджированию справедливой стоимости не был применен сознательно); в результате прибыль банка по МСФО была выше на ˆ450 млн.

    – Торговля собственными акциями (ее финансовый результат был учтен в управленческом учете, но элиминирован в МСФО – в связи с особенностями учета казначейских акций); в результате прибыль по МСФО по данной статье была больше на ˆ80 млн.

    – Элиминирование внутригруппового арендного дохода: прибыль по МСФО была меньше на ˆ37 млн (т. е. для целей управленческого учета эти доходы и связанная прибыль были показаны в формате «гросс»).

    – Разницы возникли также по процентным расходам (эти статьи не были аллокированы на конкретные сегменты).

    – Прочие статьи вне зоны контроля руководителей сегментов.

Примером компании, где была проведена практически полная синхронизация финансовой и управленческой отчетности на основе международно признанных стандартов (в данном случае ГААП США), является немецкий гигант «Даймлер Бенц». Когда еще в 1997 г. эта компания перешла на ГААП США, она объявила, что будет использовать эти международные стандарты для целей как внешней (финансовой), так и внутренней (управленческой) отчетности. Уже в то время была оценена (и прямо объявлена) ценность от возможности осуществлять мониторинг деятельности руководителей нижестоящих структур на основе качественной финансовой информации об их подразделениях и в целом от увеличения прозрачности и эффективности внутренней отчетности.

Одновременно с переходом на ГААП США для целей управленческой отчетности руководство «Даймлер Бенц» провело детальный анализ своих операционных рабочих процессов и вслед за этим сразу учредило систему эффективного внутреннего контроля за соблюдением принципов ГААП США подразделениями в процессе формирования ими своей управленческой отчетности. Несомненно, правильным решением было учреждение следующих правил составления внутренней отчетности по стандартам ГААП США в концерне:

    – строгое соблюдение и использование всеми учетными субъектами универсальной, единой для всех компаний и подразделений концерна учетной политики по управленческому учету и отчетности;

    – использование единой надежной ИТ-платформы;

    – подбор и постоянное обучение квалифицированного персонала;

    – регулярные проверки процессов формирования управленческой отчетности в различных подразделениях департаментом внутреннего аудита концерна.

По словам одного из руководителей «Даймлер Бенц», «все эти меры позволили получать топ-менеджменту внутреннюю отчетность, которая точно представляла все разнообразные международные виды деятельности группы, и дали возможность правлению оказаться в позиции, когда различные риски были идентифицированы на самой ранней стадии, и эффективно принимать соответствующие контрмеры». Очевидно, что благодаря привнесению международных стандартов в зону своей управленческой отчетности «Даймлер Бенц» добился как минимум совершенствования многих внутренних процессов (операционных, учетных, информационных), что в результате привело к существенному повышению качества управления таким крупным и сложным бизнесом.

13. МСФО представляют собой уже гармонизированную в международном плане систему учетных принципов, которые могут смело использовать компании любой страны. В современных условиях ни у одной страны нет даже формального обоснования сказать, что «стандарты МСФО неприменимы к нашим экономическим реалиям» (такой аргумент часто приходилось слышать на просторах СНГ в период начального перехода на МСФО, когда многие в России, на Украине, в Казахстане говорили о необходимости якобы модифицировать МСФО с целью их адаптации к «особым условиям» и «национальным особенностям» экономик этих стран). Имеющаяся глобально гармонизированная модель учета в качестве основы должна быть особо привлекательной для использования во «внутренних целях» компаниями, имеющими обширные операции в различных странах за рубежом.

14. Более широкий, «сущностный» взгляд МСФО на экономические реалии предлагает отличную возможность для управленческого учета выйти за узкие рамки конкретизированного планирования и перейти к глобальной картине ведения бизнеса, с более широким углом зрения на составление бизнес-планов.

15. Перенос основы МСФО – принципов объективности, прозрачности, честности в отчетности – с отношений только с внешними пользователями на внутреннюю корпоративную жизнь. Тем самым «этически направленные» принципы МСФО (непредвзятость, нейтральность, справедливое и правдивое отражение реальности) могут не только значительно улучшить внутрикорпоративную культуру, но и придать дополнительной уверенности высшему менеджменту, что внутренняя отчетность, составленная нижестоящими руководителями, не содержит искажений.

МСФО стоят за защиту информации, предоставляемой тем, кто принимает управленческие решения, от приукрашивания мнимыми успехами (то, что в западной практике учета называется window-dressing). Часто такие манипуляции со стороны подчиненных призваны скрыть проблемы их подразделения (что было причиной крупнейших проблем и даже банкротств некоторых международных банков, таких как Бэрингс Банк Великобритании, когда огромные убытки от дилинга не попали в систему управленческой отчетности из-за преднамеренного неотражения их трейдером банка).

16. Организационное упрощение структуры процессов формирования различных видов отчетности ввиду устранения подчас конкурирующих управлений МСФО и управленческой отчетности, снятие потенциальных конфликтов между руководителями отчетных подразделений.

17. Лучшие возможности для внутренней финансовой интеграции вновь приобретенных дочерних компаний – как отечественных, так и (особенно) зарубежных – в случае если оба (родительская компания и новая «дочка») используют МСФО в качестве основы своей системы управленческой отчетности.

Использование единой методологической платформы не только ускоряет сам процесс финансовой интеграции в группе, но и снижает стоимость формирования консолидированной управленческой отчетности – в связи с тем, что отсутствует необходимость идентифицировать все учетные разницы и делать трансформационные корректировки (которые необходимы для приведения данных разных компаний группы к «общему знаменателю»).

Этот фактор особенно важен для компаний с активной деятельностью в области приобретения новых бизнесов, слияний и присоединений.

18. Повышение эффективности за счет своеобразного «аутсорсинга» функции методологии управленческого учета в сторону Совета по МСФО. В связи с тем что основой управленческого учета становятся МСФО, с предприятия практически полностью снимается задача разработки, обновления и поддержания учетной политики по управленческому учету. Теперь все сложные вопросы отражения в учете тех или иных хозяйственных операций решаются «умными головами» в Лондоне с вовлечением лучших экспертов в области учета и отчетности со всего мира. Соответственно, отпадает необходимость в наличии отдела методологии управленческого учета, и кроме снижения стоимости информации облегчается процесс управления финансово-экономической функцией предприятия.

19. Репутационные выгоды для компании. Оказаться в «тренде» перевода управленческого учета на МСФО для предприятия значит оказаться в одном ряду с ведущими мировыми локомотивами бизнеса, для которых наличие значительных финансовых, людских и информационных ресурсов позволяет сблизить эти два вида учета первыми (вспомним пример Дойче Банка, описанный выше). Несомненно, что продолжающееся развитие самих стандартов МСФО «вглубь» (по степени охвата детализации определенных проблем) и «вширь» (по объему и количеству рассмотренных для целей учета хозяйственных операций) предоставляет возможность для их использования в качестве основы для управленческого учета не только передовыми западными и международными конгломератами, но и компаниями второго и даже третьего «эшелона» в различных странах.

20. Фактическое использование финансовой отчетности топ-менеджерами. Вряд ли кто-либо сегодня будет доказывать, что финансовая отчетность не нужна менеджерам компании и что для принятия всех управленческих решений им будет достаточно только управленческой отчетности.

Использование финансовой отчетности, особенно составленной по качественным, общепризнанным стандартам (таким как МСФО), является необходимым условием для большинства топ-менеджеров при принятии многих важных решений. Ответственного руководителя волнует структура финансового баланса его предприятия; ему важно понимать влияние МСФО на отражение в отчетности операций инвестиционного характера или, например, транзакций, связанных с вопросами финансирования компании (в частности, при выборе природы эмитируемых ценных бумаг, будь то конвертируемые облигации, акции или векселя: несмотря на одну сумму, все они отражаются в финансовом учете по-разному и будут иметь различное влияние на прибыли предприятия).

Менеджменту нужны не только прогнозные данные о будущих периодах, необходимые для планирования (в чем, как считалось ранее, и заключались главная ценность и основное «преимущество» управленческой отчетности над финансовой), но и (возможно, даже в большей степени) реальные исторические данные. Правдивая, справедливая финансовая информация (а именно она – по крайней мере теоретически – и является продуктом МСФО) об уже произошедших хозяйственных событиях крайне нужна управленцам для адекватного понимания результатов их труда в прошлом, для принятия решений о вознаграждении и мотивации персонала и других ключевых аспектов деятельности менеджмента.

21. Возможность сравнивать «план» и «факт». Очевидно, что наибольшая ценность от сравнительного анализа планов, прогнозов, бюджетов, оценок, допущений с одной стороны и фактического состояния дел и реализации многочисленных планов разной срочности с другой может быть достигнута только при единой методологической базе формирования обоих. Наилучшим образом эта цель может быть достигнута при полной синхронизации методических подходов в управленческом и финансовом видах учета. На практике многие управленческие анализы не могут быть полноценно сформированы до закрытия книг финансовой отчетности. Кроме того, нет ничего противоречивого, если бюджеты компании будут составляться исходя из прогнозируемых цифр по МСФО – наоборот, это только приведет к облегчению и повышению качества проводимого впоследствии анализа исполнения и контроля.

22. «Разъединенность» управленческой и финансовой отчетности, которая действительно создает дополнительные проблемы для предприятия. Исторически сложившееся «разведение» этих видов отчетности значительно затрудняет понимание реальной картины прибыльности или убыточности бизнеса. Корень проблемы представляет система использования различных измерителей и показателей в этих видах отчетности для одних и тех же событий. Например, своеобразным грубым аналогом понятия «операционная прибыль» в МСФО может быть EBITDA – но это далеко не одно и то же (разницы могут быть гигантскими за счет невключения в последний показатель различных статей). Кроме того, сам показатель EBITDA может иметь совершенно разное наполнение у разных предприятий даже одной отрасли. Разница в системе измерений создает путаницу у руководства: а какие же показатели и измерения «более правильные»? Почему результаты по «внутренней» отчетности совершенно другие, чем за этот же период и для этих же подразделений – по «внешней»?

23. Восприятие рынком. Несомненно, внешние пользователи финансовой-отчетности обратят внимание на изменение методологии управленческого учета компании в плане ее «сдвига» в сторону МСФО – они увидят это из анализа сегментной отчетности, изучая таблицы сравнения результатов компании по МСФО и по внутренней отчетности.

Можно ожидать положительной реакции рынка, так как синхронизация управленческой и финансовой отчетности в определенной мере будет значить для инвесторов конец ненавистной им «информационной асимметрии», когда только руководство компании благодаря своей внутренней, «реальной» отчетности знает о подлинном состоянии дел, а внешние пользователи несут повышенные риски использования приукрашенных данных для принятия ими своих инвестиционных решений (печальные примеры этого нам дали крупнейшие компании своего времени и сегмента: «Энрон», «УорлдКомм» и другие гиганты бизнеса, которые уже прекратили свое существование из-за проблем, скрытых от инвесторов и не отраженных во «внешней» отчетности). В послекризисном мире, когда многие инвесторы и так напуганы «черным ящиком» с информацией о том, что творится в компании на самом деле, за фасадом внешней отчетности, вопросы повышения доверия и выравнивания уровня доступа к информации являются ключевыми. Неограниченный доступ менеджмента к информации о всех аспектах компании должен быть максимально сближен с объективно ограниченным доступом для внешних пользователей (даже для текущих инвесторов – в сравнении с возможностями и внутренними знаниями исполнительных руководителей). Речь, естественно, идет не о некоем искусственном ограничении доступа менеджеров к информации о своем собственном предприятии, а о максимально возможном выравнивании информационного поля для менеджеров и акционеров – для того чтобы обе категории пользователей могли оценивать деятельность компании исходя из абсолютно идентичной системы ее измерителей.

Кроме того, с точки зрения внешней реакции перевод управленческого учета на МСФО может облегчить выход на внешние рынки и работу с зарубежными компаниями, усилить доверие к себе со стороны и улучшить отношения с кредиторами, контрагентами по бизнесу и клиентами (ввиду ликвидации потенциально «двойной» бухгалтерии и заявления об этом всем внешним пользователям через свою финансовую отчетность).

24. «Построение» дополнительной стоимости (т. е. «капитализация») на базе факта, что МСФО уже внедрены в компании. Никто не спорит, что процесс перевода финансовой отчетности на стандарты МСФО – сложный, проблемный, длительный и дорогостоящий. Как правило, в течение нескольких лет в него бывают вовлечены дорогие внешние эксперты (консультанты, аудиторы). Теперь, когда этот процесс наконец закончен и предприятие начало самостоятельно, полностью силами своих сотрудников, готовить финансовую отчетность по МСФО (в настоящее время во многих компаниях аудиторы действительно выполняют функцию только заверения отчетности, а не ее формирования, как несколько лет назад), почему бы не использовать этот мощный признанный инструментарий и не капитализировать на нем путем переноса уже понесенных расходов на внедрение МСФО и на область управленческого учета? При этом не потребуется нести значительных первоначальных затрат, связанных с переводом управленческого учета на новую методологию – у компании уже есть собственные обученные кадры, владеющие нюансами МСФО, отработанные методики и поставленные ИТ-процессы.

Наверное, главным ответом на этот риторический вопрос будет: инерция, сила привычки, предубеждение (об «обязательной необходимости» разделения управленческого и финансового учета), а иногда и косность мышления.

Очевидно, что сам факт использования высококачественных стандартов МСФО поднимет управленческий учет на новый качественный уровень, сделает его «более профессиональным». Наш (возможно, ограниченный) собственный анализ отчетности западных компаний (крупных и средних) в области раскрытия разниц по МСФО 8 между внутренней и внешней отчетностью показывает, что, осознав эту истину, они полностью отказались от управленческого учета в пользу финансового, на основе которого менеджмент и принимает свои операционные решения.

25. Релевантность и актуальность всех принципов и правил МСФО для управленческого учета. Вряд ли кто-либо из разумных пользователей управленческой отчетности будет спорить и доказывать, что ему не важны принципы «сущность выше формы» или надежность и уместность информации, на основе которой он принимает свои решения. А ведь это одни из основополагающих принципов МСФО. Другие положения МСФО, быть может, менее концептуального уровня, также важны для управленцев, ищущих качественную информационную основу для планирования и контроля за деятельностью компании, например признание отложенных налоговых последствий всех хозяйственных операций или признание выручки, когда она действительно заработана, а не «нарисована».

26. Облегчение работы с внешними аудиторами. Казалось бы, какое отношение внешние аудиторы имеют к внутренней, управленческой отчетности, если их задача – подтвердить достоверность внешней, финансовой отчетности? Однако не надо забывать, что по мере развития стандартов МСФО Совет по МСФО все больше склоняется к взгляду на финансовое положение и результаты деятельности компании «глазами менеджмента». Три последних стандарта (IFRS 7, IFRS 8, IFRS 9) – тому явное подтверждение. Будь то раскрытие информации об управлении рисками и ликвидностью, стоимости сегментных активов или бизнес-модели по управлению финансовыми активами – все эти данные должны быть представлены в отчетности внешним пользователям так, как они на самом деле существуют в процессах реального управления компанией.

Следовательно, для того чтобы внешние аудиторы могли с чистой совестью подписаться под всей этой информацией в годовом финансовом отчете компании, они должны – помимо данных финансового учета – детально изучить и протестировать цифры управленческого учета. А это уже практически второй аудит. Именно поэтому у компаний со значительными разницами между управленческим и финансовым учетом часто в разделе о сегментной отчетности можно увидеть слова «не аудировано» напротив цифр и сумм, связанных с данными из управленческого учета (например, в таблицах по реконсилиации сумм активов и доходов в управленческом и МСФО-учетах).

В случае если различия между методологиями управленческого и финансового учета минимальны (или, в идеале, их нет вообще), работа внешних аудиторов в части вышеперечисленных стандартов МСФО значительно облегчается и можно ожидать, что компания сможет избежать неприятной фразы «Неаудированные данные» о части своих цифр.

27. Последний фактор (и вечный вопрос) – кто является пользователем отчетности? Давайте задумаемся: а почему, собственно, отчетность предприятия о своей деятельности за период должна быть разной в зависимости от того, кому она предназначена? Разве это само не наводит на мысль о некоей ущербности того или иного варианта? Может быть, эта «другая» отчетность содержит более правдивую информацию? Или, если допустить, что обе они правдивые, одна составлена более качественно, чем другая? Но тогда кому вообще нужна эта вторая, «некачественная» отчетность?

Похоже, что с развитием информационных технологий и широким внедрением ERP (полномасштабных систем планирования и учета ресурсов предприятия) пришло время, когда любая отчетность (кроме налоговой – это епархия государства) должна быть беспристрастным отражением экономической реальности, в которой данное предприятие находится на отчетную дату.

Таким образом, становится очевидной необходимость сближения отчетностей компании для целей управленцев и для целей акционеров.

Прыг: 043 044 045 046 047 048 049 050 051 052 053
Шарах: 100