Автор: Смирнов А.С., старший преподаватель, эксперт по инвестициям.
Раздел VII. Циклические лидеры, циклические последователи и циклические аутсайдеры.

7.1. Региональная консолидация Европейской цивилизации в «Европейское сообщество» как пример следования за циклическим лидером.

Ранее обращалось внимание на то, что процесс консолидации в рамках рыночного глобального проекта для западной Европы протекал как бы в двух измерениях. Внешнем, в виде воздействия США: военного, финансового, торгового; и внутреннем, через экономическую и военно-политическую интеграцию ее регионов. Если смотреть на этот процесс с точки зрения сегодняшнего дня (2011 г.), можно говорить, что это было развитие двух моделях глобализации. Американской моноглобализации, достигшей зрелого состояния на рубеже XX-XXI в. и полицентрической глобализации, которая должна прийти на смену американской в 20-30-е гг. XXI в.

Естественно, несколько послевоенных десятилетий, когда Европа была поделена между двумя глобальными центрами, процесс ее экономической интеграции представлялся чем-то второстепенным в сравнение с глобальным противостоянием коммунистического и рыночного проектов. Более того, завершение европейской экономической интеграции было невозможно без победы одного из глобальных проектов, в случае с ЕС, рыночного.

Но, не смотря на всю внешнюю зависимость европейская интеграция имел свою глубокую внутреннюю логику, проистекавшую из тесной исторической и хозяйственной связи западноевропейских регионов. Она насчитывала многие столетия, со времени раннего средневековья. Но главным было то, что поражение Германии во Второй мировой войне привело к совсем другим следствиям, чем после Первой мировой. Теперь, в 60-70 гг. XX в. индустриальное общество достигло своей зрелости, когда резко расширились рынки сбыта потребительских товаров, а значит, у европейской интеграции появлялась реальная основа для устойчивого роста.

Вместе с тем, Германия, проиграв войну, понесла большие территориальные потери. Настолько, что ее основная часть – ФРГ, оставшаяся в пределах рыночного глобального проекта, практически сравнялась по населению с Италией, Англией и Францией, а по территории значительно уступала последней. К тому же, в ФРГ вошли наиболее экономически развитые земли, которые еще в X в. при Саксонской династии составляли первоначальную территорию Германского королевства. Эти западные земли (Саксония, Бавария, Швабия и др.) изначально являлись германским регионом Европейской цивилизации до его расширения на восток в XII-XIII вв. Тогда как восточные, более отсталые территории, в средние века захваченные у славян и пруссов, после 1945 г. были или отторгнуты, или вошли в состав ГДР, оказавшейся в пределах коммунистического глобального проекта.

Благодаря таким нескольким факторам, а также принудительной демилитаризации и угрозе экспансии коммунистического глобального проекта, в виде ГДР имевшего базу непосредственно внутри Германии, ФРГ должна была экономически интегрироваться со своим историческим врагом – Францией. Последняя также нуждалась в европейской интеграции, теряя рынки сбыта, источники сырья и сельхозпродукции на пространстве разваливавшейся колониальной империи.

Следовательно, и Франция, и Германия потеряли свой геополитический статус империй, колониальной и континентальной, соответственно.

Неудивительно, что именно министр иностранных дел Франции Шуман в мае 1950 г. огласил проект слияния угледобычи и черной металлургии Франции, ФРГ, Италии, Бельгии, Голландии и Люксембурга. На основе этого проекта возникло Европейское объединение угля и стали (ЕОУС).

Результатом дальнейшего взаимного сближения и компромиссов стало сначала Соглашение о стали и угле в 1951 г., а затем заключение в 1957 г. Римского договора о создании Европейского экономического сообщества (ЕЭС). Для нас здесь важно то, что это был цикл роста 1948-1957 гг. длинного цикла 1948-1974 гг.

Как мы увидим далее, и большинство последующих важнейшие расширения ЕЭС так же приходились именно на циклы роста, то есть, в первые короткие циклы длинных циклов. Первоначально ЕЭС представлял, только межрегиональное объединение, но не европейское. Например, в длинном цикле 1948-1975 гг. в него вошли все западноевропейские страны. Великобритания вместе с Данией и Ирландией, стала членом ЕЭС в самом конце этого цикла: в 1973 г, причем со многими оговорками. Последняя все еще оставалась центром постколониального Содружества Наций, а также важным мировым финансовым центром. К тому же, недостаточная емкость рынков внутри ЕЭС порождала необходимость сохранения элементов автаркии внутренних рынков. Это особенно было характерно для Франции 50-60 гг. Только в 80-е гг. французы отказались от достаточно жесткого влияния государства на хозяйственные процессы внутри страны. Причем, как и в Англии, здесь существовал обширный государственный сектор экономики, что означало наличие хозяйства с двойным дном. Одни отрасли, наиболее конкурентноспособные, специализировались на внешних рынках, прежде всего европейском, а другие их обслуживая, на внутреннем.

Дальнейшее расширение ЕЭС произошло в новом длинном цикле 1976-2001 гг. Причем теперь в Сообщество вошли страны южной Европы. Начало этому было положено снова в цикле роста, когда членом ЕЭС стала Греция. Затем в цикле инноваций Испания и Португалия (1986 г.). Но их экономика, имела явственные черты отсталости из-за господствоваших многие десятилетия принципов хозяйственной автаркии при диктаторах Франко и Салазаре. Наконец, к 1995 г. в ЕЭС вошли преимущественно, страны северной Европы: Швеция, Финляндия и Австрия. В результате, завершилось экономическое объединение европейских государств ранее не входивших в коммунистический глобальный проект.

Еще один важный пример, это последнее большое расширение Евросоюза, произошедшее уже после крушения коммунистического глобального проекта в 1989-1991 гг. Как известно, оно пришлось на 2003-2007 гг., то есть снова на цикл роста. В Евросоюз вошла большая группа восточноевропейских государств, ранее составлявших пространство коммунистического глобального проекта: Польша, Чехия, Венгрия, Румыния, Болгария и др.

Следовательно, Евросоюз не расширяется спонтанно и хаотично, а только в жестком соответствие с диалектикой коротких и длинных циклов и по различным региональным частям Европейской цивилизации. Сначала западные регионы в длинном цикле 1949-1975 гг.(50-70 гг.). Затем южные (70-80 гг.) и северные (90 гг.) в длинном цикле 1975-2001 гг. Наконец, восточные в 2003-2007 гг. в новом длинном цикле 2002-около 2028 гг. Причем два самых больших расширения происходили именно в цикле роста: соглашения об угле и стали, а позднее основание ЕЭС в 1957 г. и в 2003-2007 гг.

Если не считать некоторых мелких государств Балканского региона (Хорватия, Черногория, Сербия и др.), то можно говорить о завершении в основном интеграции Европейской цивилизации в цикле роста 2002-2009 гг. Такие страны как Турция или Украина, исторически и географически находящиеся за пределами Европейской цивилизации, вероятно, вообще не войдут в Евросоюз, да и вряд ли ему нужны.

Но если Европейская интеграция продолжится, то новое значительное расширение ЕС, на волне которого в европейское экономическое пространство может влиться и Украина, что следует ожидать не ранее чем после 2028 г., то есть в начале следующего длинного цикла в коротком цикле роста. Причем это не исключает более раннего вхождения в ЕС мелких балканских государств, той же Хорватии или Албании. Например, в цикле сдвига около 2018-2027 гг. гг. Эти мелкие государства, находящиеся в глубине Европейского континента, могут быть без затруднений поглощены Евросоюзом. Тогда как слаборазвитая экономически, большая по территории и населению, да еще находящаяся на стыке Европы и Евразии Украина, может и в 2028 г., в новом цикле роста оказаться за бортом Объединенной Европы, уже достигшей своих естественных границ в нынешнем длинном цикле.